Фанфики

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Фанфики » Развлекаемся » | Ctrl+V |


| Ctrl+V |

Сообщений 161 страница 170 из 748

161

Trading Yesterday - Shattered

0

162

Private Messaging Disabled For New Users To reduce spam, there is a short 24 hour waiting period before new users are allowed to send private messages.

Private Messageing will be functional on February 8, 2011, 1:24 am PST (US Pacific Standard Time/West Coast).

0

163

Мои фанфики:

В поцессе:
*Я умираю без тебя!*
«Утерянное в прошлом!» (пишем я, Elisabet Wolf и Дадя Бельведер)
«Во вляпалась-то или пешочком по пустыне!».
♥≈Встреча подарившая любовь≈♥.
"Моя История" - приостановлен.
Пока я жива...(пишу я и Юля)
♥ Беспощадная овечка влюбила в себя льва ♥. - приостановлен.

0

164

http://forumfan.forumbb.ru/

0

165

Глава 13 Вегас - Эдвард (Часть 1)
Еще дома я просмотрел карту Лас-Вегаса, соизмеряя свои возможностями с желаниями. Белла выросла в богатой, обеспеченной семье, было бы неправильным, чтобы она венчалась в примитивной мелкой церквушке в джинсах и единственной кофточке, в которой выехала из больницы. Мне бы хотелось хоть в чем-то угодить ее, наверняка завышенным, вкусам. Поэтому я заранее по карте выбрал не самую шикарную, но все же достаточно крупную церковь, а также ювелирный салон, где мы смогли бы приобрести более-менее приличные кольца.
Чем ближе мы были к цели, продвигаясь по переполненным улочкам яркого Вегаса, тем сильнее меня охватывало волнение и настоящее предвкушение. Мое сердце забилось в неровном ритме, когда я увидел церковь – она превзошла все ожидания, она была белоснежной и воздушной, и подходила для сегодняшней церемонии на все сто. То, что надо!

Белла нервно захихикала, провожая глазами красивое белое здание с голубыми куполами, и попыталась прикрыть смущение кашлем.
- Все будет хорошо, - пробормотал я ей, чувствуя нарастающее возбуждение от предстоящей церемонии. – Это совсем не страшно.
- Я не боюсь, - ответила она, но ее голос прозвучал хрипло и нервозно. – Нет, правда, ни капельки. Просто это так… - она осеклась, подбирая слово, но я закончил за нее:
- Быстро, - ухмыляясь.
- Ага, - Белла раскраснелась от смущения и взволнованно теребила то пряжку джинсов, то локон своих волос. – Но я привыкну, обещаю!
- Не сомневаюсь, - я заглушил мотор и вытащил ключи.

Некоторое время мы просидели в полной тишине, даже не двигаясь. Я давал ей время прийти в себя. Решение пожениться было принято в спешке, я хотел, чтобы оно стало осознанным, хотя бы немного. Ну, или если она передумает, я тоже принял бы это.
- Ты готова? – прошептал я, считая необходимым удостовериться, что она не выходит за меня насильно, под воздействием обстоятельств. Белла коротко кивнула, прижимая ладони к груди и пытаясь унять взволнованное дыхание. – Не передумала? – уточнил я в последний раз, и она замотала головой.

В ювелирном салоне я не мог оторвать от нее глаз, я не глядел на витрины. Лучшим бриллиантом здесь была девушка, которая примерно через… час? – станет моей женой. Кажется, от захватывающей перспективы я совершенно потерял голову, потому что все, на что был способен, это неотрывно смотреть на ее сияющее лицо. Мысли о церемонии были подавляющими, принося столько счастья, что я и представить себе не мог такого.

- А сколько у нас денег? – прошептала Белла, и только это смогло вернуть меня к реальности.

Я нехотя перевел взгляд на витрину, около которой мы стояли, пробежав глазами по ценам. Я постарался ничем не выдать своих чувств, потому что, по всей видимости, мы оказались у стенда с самыми дорогими украшениями. Я даже не задумывался до этой секунды, какого кольца достойна Белла, но хотел дать ей возможность выбрать самой. Мы были слишком мало знакомы, чтобы я знал ее вкус, и я боялся ударить в грязь лицом, предложив что-то слишком простое. Наилучший выход – предоставить выбор самой Белле. Тем более, что теперь, благодаря немалому материальному вложению доктора Каллена, я мог позволить себе почти любой подарок.

Видимо, на моем лице все-таки промелькнула неуверенность, потому что Белла решительно взяла меня за руку и увела от стенда с бриллиантами. Она ходила и смотрела, выбирала и вздыхала, но ни разу больше ее глаза так не загорелись, как у той, первой, витрины. Наконец она остановилась, ее глаза потускнели, и она устало, со вздохом, произнесла:
- Эдвард. Кольцо – это всего лишь предмет. Неважно, какое оно будет, - она взяла меня за обе руки, заглядывая в глаза. – Мне важно только то, что мы будем вместе. Пожалуйста, выбери такое, которое можешь себе позволить, я буду любить его независимо от цены, потому что ты подаришь его мне. Я люблю тебя, а не кольцо.

Я не стал скрывать, насколько мне приятно было услышать то, что она сказала, мое лицо расплылось в счастливой улыбке. Вот уже не в первый раз она так твердо признавалась мне в своих чувствах, отчего хотелось воспарить в небеса и летать до головокружения. Но от ее слов еще сильнее захотелось сделать ей именно такой подарок, который она действительно запомнит. Развернув Беллу в обратную сторону, я решительно подвел ее к первой витрине, с удовлетворением наблюдая, как ее глаза мгновенно загорелись снова. Я был прав – именно здесь ей что-то понравилось, больше нигде. Это и было определяющим фактором – купить то, что будет иметь для нее настоящее значение.

Я обнял ее сзади за талию и тихо, в самое ухо прошептал, объясняя свою позицию предельно четко:
- Послушай меня. У нас не получится шикарной свадьбы, которую ты заслуживаешь – с гостями, друзьями и шикарным банкетом. У нас нет благословения родителей. У нас, скорее всего, не будет постоянного дома, потому что нам придется прятаться, и мы должны быть готовы уехать из города в любой момент. Кольцо – это символ моей любви, и это единственное, что мы можем позволить себе сделать правильно. Оно на всю жизнь. Могу я хотя бы одно из всего перечисленного сделать хорошо? Выбирай любое, - и я легонько подтолкнул ее вперед, чуть наклоняя к витрине.

Белла учащенно задышала и показала пальцем на изумительное колечко из белого золота с вкраплениями бриллиантов, самый крупный из которых был голубого цвета. Я немедленно представил, насколько хорошо оно подойдет к ее глазам, и, не раздумывая, решил взять его. Пять с половиной тысяч долларов, если я возьму сразу и мужское – немыслимая для меня сумма, но сейчас это не имело ровно никакого значения, я бы отдал все сокровища мира за сияние глаз любимой. Она стоила и большего.

С неожиданным трепетом, чувствуя невероятный волнительный подъем в груди, я примерил колечко на палец любимой, и мы оба уставились на него, затаив дыхание. Оно подошло идеально, даже размер менять не придется. Находясь под властью охвативших меня бурных эмоций, я взял Беллу за обе руки, ловя ее взгляд. Мое сердце выскакивало из груди. В ее глазах заблестели трогательные слезы, когда она посмотрела на меня.
- Ты выйдешь за меня замуж? Сегодня? – взволнованно спросил я, надеясь, что сейчас мое предложение прозвучало получше, чем в больнице. Более настоящее. Более правильное. Имя вслух я благоразумно произносить не стал.
- Да, - ответила Белла, и мы пытались не обращать внимания на неистовство продавщицы, которой мы еще даже не отдали деньги.

Я с улыбкой стер слезы с ее румяных щек, затем легонько поцеловал.
- Ты в церкви тоже будешь плакать? – шутливо поинтересовался я, смягчая ее волнение своей беззаботностью.

Нас снова прервала продавщица, и пришлось отвлечься, чтобы заплатить, наконец, за кольцо. Мужское было без бриллиантов, но на нем виднелся замысловатый узор, такой же, как и на женском. Смотрелось солидно, но, как и сказала Белла – неважно, какое кольцо, важно то, что оно означает. Это навело меня на мысль о гравировке. Я хотел, чтобы подарок имел даже более глубокое значение, чем брак. Что-то… вечное и нерушимое. Неподвластное времени. Неподвластное ничему земному. Что-то, несущее высшую цель. Я хотел, чтобы Белла поняла – наш брак важен для меня не только совместной жизнью, а чем-то гораздо большим. Чтобы стать счастливой, она должна прежде всего стать свободной: от страха, от зависимости. И я сделаю ее такой, чего бы мне это ни стоило. Я буду ее защитником, опорой и проводником в мир света. Так что я сделал надпись, которая звучала почти как приказ: «Fight. The love stronger than the death».

Мы вернулись в машину, ожидая, когда гравировка будет готова, и когда немного уменьшат кольцо для меня. Я предложил Белле купить свадебное платье, но она со смехом отказалась, вновь уверяя меня, что все это для нее неважно. Впечатленный очередным признанием, я перетянул девушку на свое сидение, к себе на колени, и мы целовались до потери пульса, благо, что стекла в машине были тонированные, и нас никто не видел.

Затем мы получили кольца и поехали к той самой церкви с голубыми куполами.
- Точно не хочешь платье? – повторил я, не в силах удержать серьезное выражение лица – похоже, у меня скоро заболят щеки, так много, как сегодня, я еще никогда не улыбался. Я был счастлив.
- Если ты передашь мне сумку, думаю, я найду в ней что-нибудь подходящее, - загадочно улыбнулась в ответ Белла.

Точно! Я вышел из машины, чтобы подождать ее. Я смотрел на церковь, в которой через полчаса произойдет наше венчание, и думал о будущем. Дверца позади меня хлопнула, и я обернулся, чтобы посмотреть на свою невесту. И моя челюсть грохнулась на дорогу.

На ней было платье до колен жемчужно-белого цвета, усыпанное мелким мерцающим бисером. Конечно, это не было свадебным платьем, оно было вечерним, богатым и абсолютно великолепным. Но оно было белым, и прикрывало достаточно, чтобы сойти для церемонии. И оно определенно шло ей, будто было сшито специально для нее. Является ли это совпадением, вновь озадачился я неуместным вопросом – мой мозг меня когда-нибудь прикончит, он всегда работает неправильно, раздумывая над вещами, совершенно неподходящими к ситуации.

Изумление не сползало с моего лица, я все еще не мог найти свою челюсть.

- Ну что, пойдем? - Белла широко улыбалась, полностью удовлетворенная реакцией, которую произвела. Она шагнула ближе, и я увидел, что на ней к тому же надеты туфли на высоченных шпильках. За счет них ее рост почти сравнялся с моим.
- Ты… ты невероятно красива… - промямлил я, растеряв весь свой словарный запас.
- Спасибо, - мурлыкнула Белла, не переставая улыбаться, и подала мне руку жестом, который я видел только в кино. Так королевы подают руку королям. Я покрутил ее вокруг, разглядывая с восхищением, граничащим с жадностью. Хм, надеюсь, мой вид не смущает ее? Потому что мне переодеться во что-то подходящее такому платью не представлялось возможным. Может, стоило все-таки купить смокинг?

Улыбнувшись, я обнял ее за талию и повел вперед.

Внутри церковь утопала в белых цветах. Построенная в таком символическом городе, как Вегас, она была всегда готова к приему влюбленных, жаждущих пожениться без промедлений. Я улыбнулся священнику, стоящему у аналоя. Он доброжелательно выслушал нас, но нахмурился, заглянув в документы.
- Разрешение родителей у вас есть?
- Что? – Белла недоуменно и испуганно посмотрела на меня, но я был невозмутим.
- Нам обоим будет двадцать один меньше, чем через месяц. Неужели это сильно влияет на процесс? У нас нет родителей, - добавил я для верности. Почти правда.

Священник все еще выглядел хмурым.
- В таком случае, предлагаю вам заглянуть через месяц, тогда не будет никаких проблем.

Я вздохнул. В этом мире ничего не решается без денег, и церковь – не исключение.
- Уверен, мы можем уладить этот вопрос, - сказал я, твердо глядя священнику в глаза.
- Уверен, вы можете уладить его, но не в нашей церкви, - он отдал документы мне обратно. – Мы солидное заведение. Более… простые церкви уступят вашей просьбе.

Я поджал губы. Белла дернула меня за руку.
- Пойдем, - сказала она. – Найдем попроще… Мне все равно, где…
- Мне не все равно, - не дал я ей договорить. Какое-то время мы со священнослужителем буравили друг друга глазами, затем он прищурился.
- Почему вы так торопитесь? Месяц – это так мало…
- Моя невеста – беременна, - ответил я.

Его глаза сверкнули, а Белла опустила голову и сильно покраснела. Я сжал ее руку. Священник закатил глаза.
- Милая девушка, - обратился затем он к Белле с улыбкой, - присядь, нам с твоим будущим мужем нужно отойти поговорить наедине.

Белла смотрела на меня испуганно, когда я усадил ее на первый ряд мягких кресел, но я успокоил ее коротким поцелуем и обещанием, что все будет хорошо.

Мы зашли в кабинку для исповеди, и священник начал что-то бормотать об отпущении моих грехов. Окошко приоткрылось, просовывая мне бумажку, на которой коротко и ясно было написано: «1500 $»

Я отсчитал деньги, даже и не думая отвечать ни на один вопрос. Исповедоваться продажному священнику, да еще который набивает себе цену – худшее, что я мог себе вообразить. Этот вынужденный фарс с прятаньем в кабинке немало меня раздражал.

- А теперь скажи мне, сын мой, - заунывным голосом пытался добиться от меня правды он, - вы сбежали, не получив благословения родителей? Так?
- Я не исповедаться к вам пришел, - отрезал я, и с этими словами добавил сверху еще небольшую сумму и просунул обратно в окно.

Священник мгновенно примолк, подсчитывая деньги, а я сразу покинул это место, оставляя его одного.

Белла обрадовалась, увидев меня, и еще больше повеселела, когда вслед за мной появился довольно улыбающийся падре. Он махнул рукой, и две монашенки метнулись к дверям, закрывая их на ключ. Они быстро пробежали по помещению, зажигая свечи, и воздух наполнился непередаваемым ароматом плавящегося воска. Запахом венчания.
- Идите сюда, дети мои, - позвал священник нас к алтарю, теперь выглядя вполне серьезно и одобрительно. – Повторяйте за мной слово в слово ваши клятвы, возьмитесь за руки… - объяснял он.

Я был прав, когда шутил, интересуясь, будет ли Белла плакать в церкви. Она плакала все время, пока священник говорил.
- Извини, - бормотала она, когда я смахивал слезы с ее щек, улыбаясь. – Не знаю, что со мной…
- Я знаю… - ответил я, коротко целуя ее в каждую новую слезинку. Надеюсь, я угадал верно. Она была по-настоящему счастливой.
- Не отвлекайтесь, - ворчал священник, и мы все трое смеялись.

Наконец, пришло время обмена кольцами, и я видел, как горят глаза Беллы, пытаясь рассмотреть, что я там написал на внутренней стороне. Ее выражение лица меня забавляло, и я продлил ее агонию, засмеявшись и надев кольцо так быстро, чтобы она не успела прочитать. Зато это отвлекло ее, она перестала рыдать. Надув губы, как обманутый котенок, она надела на меня мое кольцо, и мы поцеловались.

- Я еще не объявил вас мужем и женой, - заметил священник, но в его голосе звучали искорки веселья. Ему было так же забавно, как и нам, за то, что мы такие нетерпеливые.
- Так объявляйте, - проворчал я, лишь на секунду разорвав наш поцелуй, и вновь приникая к любимым губам. Внутри меня все кричало о том, что Белла теперь моя.
- Объявляю… - закончил священник, захлопывая книгу. – Можете поцеловать невесту, - иронично добавил он, и мы все снова засмеялись. Я услышал, как открылись двери, запертые на ключ, и в приглушенную атмосферу священного заведения ворвались громкие звуки улицы. Я подхватил Беллу на руки и потащил наружу, моего терпения не хватало на то, чтобы идти просто так.

Совершенно неожиданно на выходе монашенки осыпали нас горстями риса и монет. Белла визжала и дрыгала ногами, но я ни за что не выпустил ее. Я донес ее до самой машины, и все это время она трогательно жалась к моей груди. Только там я поставил ее на землю и помог забраться в машину. Вздохнув полной грудью свежий вечерний воздух, я выдохнул с новым, облегченным чувством. Я женат.

Как будто могло быть иначе! Усмехнулся я сам себе, садясь за руль. Я посмотрел на свою жену, она буравила глазами свои туфли, качая ими так, будто ее тоже переполняли чувства. Она накручивала на пальцы локоны волос и улыбалась. Она выглядела румяной и предельно счастливой. Я надеялся, что такая она будет и впредь.

- Ну что, куда теперь? – поинтересовалась она с беспечностью, которая кричала о том, что ей все равно, куда, лишь бы со мной.
- А куда ты хочешь? – поддразнил я ее, и она растерялась, а я засмеялся.
- На север? – уточнила она, потому что днем ранее мы выбирали город, в котором будем жить, и выбрали несколько на полпути до Аляски.
- Разве у нас не медовый месяц? – смеялся я, пребывая в невероятно приподнятом настроении, и Белла уставилась на меня непонимающе. Да, это было сюрпризом, я не говорил ей.
- Медовый месяц? – на ее лице зажегся огонек интереса.
- Ну, месяц, это чересчур. А вот пару дней отдыха мы вполне заслужили, - и с этими словами я подрулил к шикарной гостинице под названием «Golden Nugget».

Белла изумленно заморгала, выглядывая из окна и ведя глазами наверх – отель был очень высоким, с яркой кричащей вывеской.
- Ты уверен? – пробормотала она.

Я взял ее за руку.
- Да.

Она пыталась что-то возразить, но я прижал палец к ее губам.
- Это раз в жизни, - серьезно произнес я. – Я хочу, чтобы мы это запомнили.
- Да, но твои сбережения… - начала она, и мне было очень приятно, что она заботится об этом.
- Мы недолго, - пообещал я, уверенный, что от пары дней в отеле высшего класса я не обеднею. Учитывая, сколько я уже потратил на все остальное, цена за номер для новобрачных казалась смешной.

Я заплатил за двое суток пребывания, и мы поднялись на последний этаж, портье услужливо нес наши сумки до самого номера. Открыв дверь, он поставил сумки внутрь и, понимающе улыбнувшись, ретировался.

В номере было светло, и он был огромным. Белла сделала шаг вперед, но я поймал ее у самой двери.
- Эй! – возмутился я, потому что хотел перенести ее через порог, как положено. Ее тонкие руки мягко обвили мою шею, она улыбалась, глядя на меня открыто и с бесконечной любовью, и от этого взгляда у меня вырастали крылья. – Я люблю тебя… миссис Гордон, - прошептал я и, удовлетворенный румянцем, который мгновенно залил ее щеки на этих словах, шагнул внутрь. Мне казалось, что я провел за собой некую черту, отделяющую прошлое от будущего. Я сделал это – смог вырвать ее из добровольного плена, на который она себя обрекла. Осталось дело за малым: излечить ее душу, освободить от страхов и сделать счастливой. Я чувствовал себя способным на это, особенно, когда она смотрела на меня именно таким взглядом, доверчивым и тающим от любви.

Я поставил Беллу на ноги, и мы осмотрелись. Номер пах чистотой и, опять же, цветами. Розы, белые и розовые, были расставлены в изогнутых вазочках вокруг, но не чересчур много, а в меру. Крыша прозрачная, сквозь нее было видно темное ночное небо. Огромная гостиная ярко освещена и богато обставлена. На полу белый ковер с густым длинным мехом, словно шкура животного. Около мягкого белого дивана на стеклянном столике стояли три широкие плоские вазы; мы подошли поближе, чтобы посмотреть, и я присвистнул. Очевидно, что отель тоже был в состоянии постоянной готовности к таким посетителям, как мы, также как и церковь. В одной вазе находилась клубника, явно свежая, запах ягод мягко разбавлял цветочный. Рядом стоял баллончик со взбитыми сливками. Во второй вазе крупно нарезанные ананасы, в третьей виноград. На краю стола ненавязчиво приютилась коробочка с презервативами: мы оба захихикали, увидев ее. Поднос с шампанским и двумя бокалами привлек мое внимание. А здесь времени зря не теряют.
- Когда ты успел заказать? – изумленно выдохнула Белла, бодро запихивая красную ягоду себе в рот.
- Это не я, наверное, это входит в стоимость номера, - я с шумом открыл шампанское и налил себе бокал. Если уж отмечать, то по полной.

В этот миг я вдруг почувствовал невероятное облегчение, словно что-то свалилось с моих плеч. Мы сбежали, мы в безопасности, по крайней мере, в ближайшее время нам точно не грозит быть пойманными. Мы женаты, и мы в прекрасном отеле, в замечательном номере, совершенно одни. Все позади. Я физически ощущал, как напряжение последних дней покидает тело. Развернувшись, я скинул ботинки и носки, куртку и футболку, оставшись только в джинсах. Я чувствовал себя как дома – на ближайшие двое суток это и есть мой дом, и довольно гостеприимный.

Обернувшись, я увидел, как Белла с совершенно невозмутимым, беспечным выражением лица наполняет и свой бокал. Что-то щелкнуло в моей голове, я оказался около нее мгновенно, она как раз поставила бутылку и взяла бокал в руку.
- Эй! – я твердо и настойчиво забрал бокал из ее руки.
- Эй! – ответила она возмущенно, и ее губы надулись, когда я покачал головой.
- Ты ничего не забыла? – слегка нахмурился я.
- Один глоточек же можно! – она подняла брови, глядя на меня с робкой надеждой, которая быстро угасла в ответ на выражение непреклонности на моем лице. – Ладно, - проворчала она, скидывая туфли по моему принципу, и добавила с усмешкой: - Папочка.

Я проигнорировал ее поддразнивание, просто выпив весь бокал целиком, на что Белла захихикала и бросила многозначительный взгляд на второй наполненный бокал. Плевать, если мне придется выпить всю бутылку одному, чтобы уберечь Беллу от искушения, я сделаю это. Но она, вроде, не собиралась спорить, вновь увлекшись клубникой. Это меня устраивало.

Я буквально упал на диван, вдруг почувствовав себя ужасно, запредельно уставшим. Все-таки четырехдневная гонка через всю страну оставила свой след. Шампанское делало свое дело: после второго, а затем и третьего бокала мое тело начало расслабляться. Я откинул голову на спинку дивана, тупо пялясь в потолок. Мы даже ничего не говорили, возможно, чувствуя себя одинаково уютно, не нуждаясь в разговорах, а просто позволяя себе отдохнуть от всего пережитого. Было ощущение, что важный и напряженный этап пройден, и можно позволить себе какое-то время вообще ни о чем не думать. Так и было. Два дня в отеле быстро пролетят, нужно использовать их правильно. Затем нас ждут новые проблемы, которые нужно будет решать, но мы подумаем о них позже.

- Ты устал? – я услышал тихий голос у самого своего уха. Я открыл глаза, которые, как оказалось, закрылись сами, и увидел обеспокоенный взгляд Беллы рядом со мной. Она мягко провела пальцами вдоль моей щеки, а потом, чуть улыбнувшись, всунула мне в рот кусочек ананаса. И я вдруг понял, что за моей усталостью стоит нечто большее, чем просто марафон на пару тысяч километров. Как будто я шел к этому дню дорогой одиночества и боли прошлого. Я понял, что жил в напряжении вовсе не последний месяц, после того, как повстречался с Беллой и боялся ее потерять. Гораздо дольше. Я не чувствовал себя таким облегченным и окрыленным, как сейчас, последние три года. Все три года я искал какой-то глубинный смысл в своей жизни, и думал, что нашел его, но нет. Это было не потому, что я преследовал цель или добивался успеха, это было просто потому, что я убегал от… самого себя, от печального прошлого. И только в эту минуту, когда Белла заботливо кормила меня, уставшего, сладкими ананасами и поила шампанским, я понял, что все встало на свои места. Теперь у меня есть цель и смысл в жизни, до сих пор я лишь пытался заполнить пустоту внутри себя, надо сказать, довольно безуспешно. Дыру в груди, которая сейчас удивительным образом перестала напоминать о себе, словно я подобрал подходящее лекарство и встал на путь выздоровления. Очевидно, что не только я тут могу помочь Белле излечить ее израненную душу, но и она может сделать для меня то же самое, даже не зная об этом, просто присутствуя в моей жизни.

От осознания значимости нашей связи мне перехватило дыхание. Я подтянул девушку за талию, заставляя усесться на мои колени, что она сделала с явным удовольствием, не забывая подкармливать меня в процессе. Мне нравилось, что все происходит в полной тишине: это молчание не было неловким, а говорило о полном взаимопонимании. Медленно заведя обе ладони на затылок Беллы, я опустил ее голову к себе, чтобы поцеловать. Ее губы имели сладкий вкус клубники, ананасов и винограда. Опустив руки на шею, слушая тихие вздохи, я развел ее волосы в стороны, чтобы расстегнуть молнию на платье. Ее спина прогнулась от движения моих пальцев, когда я спустил ткань с тонких плеч, и она упала до талии.

- Ты устал. Может, сегодня отдохнешь? – предложила Белла, явно получая удовольствие от всего, что я делаю. Наивная, она думает, я дам ей спать в такую важную, неповторимую ночь?

Я поднял ее левую руку, многозначительно целуя подаренное колечко на тонком пальце, лицо Беллы тут же стало заинтересованным. Она шевельнула пальцами и изогнула бровь.
- Может, объяснишь, что ты имел в виду? - глядя на кольцо, спросила она.
- Прочитала? - я улыбнулся.
- Ага. В машине, - пробормотала она, став серьезной, и добавила озабоченно: - Зачем... про смерть?

Я мягко улыбнулся, гладя ее по волосам, проводя пальцами по нахмурившимся бровям.
- Белла, - объяснил я. - Ты столько говорила мне о смерти. Не хочу, чтобы ты боялась этого. Страх... бесполезное чувство. Он отравляет разум, подобно яду; как якорь, тянет тебя на дно. Мешает жить полной жизнью. Хочу, чтобы ты поняла это.
- Ты веришь, что надпись поможет мне не бояться? - скептически осведомилась она, выглядя мрачной.
- Ага. Поможет, - ухмыльнулся я, совершенно уверенный в этом. Главным образом, первое слово «Борись», но я не стал говорить этого вслух. Она будет постоянно помнить о том, что я написал, и волей-неволей, исподтишка мой призыв будет подтачивать ее робость, заставлять стать смелее. И она станет.
- Не думай об этом, - добавил я нежно и тихо. - Это просто надпись и все. Придет время, и ты поймешь, что я имел в виду, - я снова поцеловал кольцо, а затем каждый пальчик и ладошку, в то время как Белла, воспользовавшись паузой, ловко засунула мне в рот несколько виноградин, а затем снова поднесла к моим губам бокал.
- Хмм… - пробормотал я, наблюдая за ее заботой с нарастающим удовольствием, в то время как мои руки ни на секунду не отрывались от поглаживаний обнаженных участков ее кожи.

- Что? – невинно поинтересовалась она, слегка вздрагивая от моих прикосновений, но не прекращая попыток кормить меня.
- Ты можешь меня разбаловать, - поднял брови я, снова откидывая голову на спинку дивана, но и притягивая девушку к себе ближе.
- Не говори, что тебе не нравится, - проворчала она насмешливо, снова хватаясь за бокал.
- Очень нравится, - прошептал я, думая о том, что все, о чем только можно мечтать, сейчас здесь, рядом со мной. А потом шампанское ударило мне в голову. Помню вздохи, стоны и даже крики, и восхитительное сплетение тел, и взаимное нетерпение, и удовольствие, такое сильное, словно судьба решила вознаградить нас за все мучения, превращая каждую с Беллой ночь в сказку, но эту – особенно. Помню, как я отнекивался, не чувствуя в себе сил добраться до душа, а Белла что-то говорила о том, что мы даже не дошли до кровати. Краем глаза я видел, куда она показывает: из гостиной виднелась спальня, подсвеченная каким-то сюрреалистическим, синим мерцающим светом. А в ней стояла громадная белая кровать со свисающим балдахином. Кажется. Но все это было как в тумане, я был уверен, что не найду ни капли сил, чтобы подняться. Все изменилось, когда в душе зашумела вода. Стоило представить, что Белла стоит там под горячими струями, одна, и вода стекает по ее волосам, красивым плечам вниз, обвивая стройные ноги, как я почти проснулся. Пошатываясь, я отправился туда, куда звало меня сердце. Ну, или не только сердце.

0

166

http://vkontakte.ru/club1213174

0

167

Ну капееец! А че сразу я?!
Че Машке не написала?! Она тоже умная!
Презентация... Ай ладно, пользуйся пока я добрый..
В 6 вечера заходь, сделаем)

0

168

Ну вот мы и добрались до Калленов))))

Глава 25.

   Я ехала уже больше суток. Но мне совсем не хотелось спать. Эту особенность человеческого бытия я потеряла уже давно. Вампирам это не свойственно. Сейчас я неслась на своем Порше в направлении Аляски. Своим шагом было бы быстрее, но мне нужно время все обдумать, все просчитать. Будущее, которое я так долго строила, уже маячит на моем горизонте. И я не позволю никому разрушить то, на что угроблено столько времени. Ведь мне пришлось не только потратить кучу времени на уговоры своего непутевого братца, но и на тщательное планирование. Ведь Белла уже была замужем и беременна (на тот момент). А рушить чью-то чужую жизнь мне не хотелось. А выхода, при котором все цели и счастливы я никак не могла найти. Но теперь все готово, и план приведен в действие. Эдвард исполнял свою роль блестяще, хоть и не знал о моих планах. Ему это вовсе не обязательно. Так даже проще. Сейчас им с Беллой надо побыть наедине. И как это страшно не звучит, как хорошо, что Бен угодил в больницу. Нет. Я это не подстраивала. Удачное стечение обстоятельств. И именно благодаря им моя дорогая парочка всего в нескольких шагах от безграничного счастья. Да. Я просто маленькая фея. Люблю дарить окружающим радость и ничего не прошу в замен.  Ну а сейчас настала очередь моего вклада в всеобщее счастья. Долго искать не пришлось. Как это похоже на моих родных. Дом, подальше от остальных в лесу. И как всегда шикарный и большой. Вот только не кому жить в таких хоромах. Семья распалась. Но это ненадолго. Я притормозила возле двери. Мое присутствие не осталось незамеченным. Эсми уже вышла на крыльцо и неверяще уставилась на меня.

- Элис?
- Привет, мам.
- Что ты здесь делаешь?
- А ты разве не рада мне?- я состроила рожицу с обиженным выражением. Конечно мама рада мне. По другому и быть не может.
- Не говори глупостей! Просто я немного удивлена.
- Ну для моего приезда были причины. Но лучше я все расскажу сразу и Карлайлу. Отец дома?
- Нет, он в больнице. Но через час уже будет.
- Вот и славно. Давай его подождем. А я пока позвоню по делам,- мы прошли в гостиную. Как и в других домах она выполнена в бежевых тонах. Я мигом нашла телефон и набрала номер Джаспера.
- Милый?
- Ты уже и родителей?
- Да. И все идет по плану. Как все уладится позвоню.
- Хорошо. А что у наших голубков?- я на минутку заглянула в будущее. Фу... Я отказываюсь описывать Это!
- Резвятся.
- Ясно. Ладно. Жду. Люблю тебя.
- И я тебя тоже,- я сбросила вызов и тут же набрала другой. Через два гудка трубку взяла Розали.
- Алло.
- Сейчас вы мигом собираете свои вещи, садитесь на самолет до Аляски и едете в наш дом.
- Это с какой кстати?
- С такой, что хватит прохлаждаться в своих Нидерландах. Короче, тащите свои задницы сюда.
- Элис, ты совсем рехнулась? Семьи Калленов больше не существует уже как семнадцать лет.
- Ошибаешься, сестренка. Она есть. И я вам это докажу. Жду вас,- и не дав ей мне ответить, бросила трубку. Семья объединяется...

0

169

Глава 3.

«Тогда, после дня на пляже, я уехала. Уехала, забрав с собой все, что могло сделать ему еще больнее чем уже есть. Я понимала, насколько ранила его и себя, предала нас обоих, но остановиться не могла!
После отъезда, Элис написала мне о том, что Джес и Эдвард расстались, и это было инициативой моей сестрички. Я была разбита. Все мои старания и жертвы были никчемными и не нужными. Я убила нас обоих. Оставила сына без отца, а себя без любимого. Я также отчетливо осознавала, что он не простит! Но все же я надеялась, что он поймет, но возвращаться боялась. Боялась призирающего, ненавидящего или же пустого взгляда. Это бы убило меня. Я не смогу этого вынести и сейчас. Я постепенно убивала себя изнутри. Не ела, не спала. Забыв о ребенке, я полностью отдалась боли. Я проклинала тот день, когда решила что Джес все же любит Эдварда. Я проклинала себя за этот поступок и сестру за  ее ветреность. Но вернуться я не пыталась. Уходя, я понимала, что назад дороги не будет! Это конец! Конец нашей сказки. Конец любви. Конец истории.
Сняв комнату у одной очень милой женщины, я стала искать работу. Но беременную и  с образованием  лишь 11-ти классов, меня не брали. Приходилось мыть полы и грязную посуду хоть за какую то зарплату. Заработанные деньги уходили на оплату жилья, но если же что-то оставалось, то непременно уходило малышу. Сестрам я ничего не говорила, но Элис всегда была заботливой и время от времени присылала деньги  и одежду. Она прекрасно понимала что без образования мне не выжить и не найти работу, так что помогала чем могла. Об Эдварде я ничего не знала. За исключением того что он тоже покинул Форкс. Я переживала за него, боялась что с ним что-то случиться, но Джас говорил что он поступил учиться. Я рада за него. И я искренне надеялась, что он найдет ту, кто подарит ему любовь. Не такую болезненную как я или Кейт. Да, я знаю о ней. И знаю, как все это переживал Эдвард. Вы наверное удивитесь, как после этого я не бросилась искать его, чтобы вернуть.  Я боюсь. Боюсь, что он отвергнет, прогонит, проклянет. Я не выживу, просто не переживу этого. Я так же знаю что я слабачка и трусиха каких еще поикать. Я знаю, что надо никогда не сдаваться, не опускать руги как поступила я и мало меня призирать и ненавидеть, но такая вся я.
Я часто вспоминаю, как нам было хорошо. Вспоминаю, как просила его быть с Джесикой, а сама, ревнуя, закатывала истерики. Сколько же он тогда натерпелся, но все равно любил. А я… Я не имею на него права. Я не имею права его любить. Все что я могла попросить уже есть. Энтони – мое солнышко. Его маленькая копия. Но сегодняшняя ночь…
Она вывела меня из колеи. Я и предположить не могла что мы в одном городе, а он оказался так близко. Но не со мной. Теперь он другой. Другая и я. Он обратился ко мне на «вы» делая вид, что не знает или же просто забыл. Но как же он смотрел на малыша. Всего на каких то пару секунд его глаза изменились, смотрели с нежностью. Всего пару секунд, но я уловила его взгляд. Не было того леденящего холода и пустоты. Он будто признал его, понял. Но лишь пара секунд… и мой Эдвард вновь исчез в темноте и холоде зеленых глаз…
Как же больно признавать, что это все я. Что причиной всей этой невыносимой боли является Моя ошибка.
Я всегда буду знать, что я лишила себя самого светлого,  сына лишила отца, а Эдварда лишила и любимой и ребенка. А любил ли он меня? Неужели я смею задавать этот вопрос! Нет, я точно спятила!
Дура! Дура! Какая же я дура!»
Молодая девушка лежала и тихо всхлипывала. Свет, который  чуть проникал в маленькую комнатку, играл с ее волосами, освещая и дорожку пыли, повисшую в воздухе. Небольшое помещение выглядело уютным: двуспальная кровать стаяла по середине, слева от нее детская колыбель, в которой сладко посапывал малыш, а справа же стоял небольшой стол с множеством разнообразных вещей, не имеющих к нему ни малейшего отношения. Светло  персикового цвета обои, сейчас отливали морковно-красным оттенком. Также был небольшой шкаф и дверь у окна, находившегося напротив входа. Вся обстановка создавала спокойствие и уют если бы не атмосфера боли, царившая даже вне этой комнатки…

0

170

ну он у нас проучился только одну четверть и свалил...зачем переходил, так никто и не понял)))все

0


Вы здесь » Фанфики » Развлекаемся » | Ctrl+V |