Фанфики

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Фанфики » "Сумерки" » Детские сумерки. (Белла/Эдвард)


Детские сумерки. (Белла/Эдвард)

Сообщений 1 страница 10 из 19

1

Предупреждаю Фик не мой!
Разрешение на размещение фика есть!
Вот автор Фика ЭлисКаллен8051
разрешение:получено!
Источник http://twilightrussia.ru
Название: ДЕТСКИЕ СУМЕРКИ
Дисклеймер:Все права принадлежат Стефани Майер
Рейтинг: PG-13
Пейринг: Эдвард/Белла, Розали/Эмметт, Элис/Джаспер, Эсми/Карлайл
Жанр:POV, Романтика
Саммари:Когда ты влюбишься, то почувствуешь себя счастливым. А что, если нет? Что, если не можешь быть рядом с любимой, потому что нельзя? Если не можешь намекнуть на романтические отношения, чтобы не испугать? Что, если возлюбленной вампира окажется пятилетний ребенок?
Статус: Закончен
Выкладывается здесь, Здесь и Здесь.

Детские сумерки. Пролог: Начало...
Пролог.
Влюбиться- это не самое страшное. Но что такое влюбиться в пятилетнюю девочку?!
Это странно, это ненормально, это обречено на провал. Но это произошло. Теперь самое дорогое для него- малышка, спящая у него на руках.
1
(от лица Эдварда)
Вечер был прохладным. Звездное небо Лондона завораживало, мигая разноцветными огоньками…
Я вздохнул и пошел дальше, вдоль грязных домов. Мысли проживающих тут людишек были грязны и подлы, еще бы- криминальный район!
Я собирался было покинуть район, когда меня заинтересовали мысли одного мужчины. Он жил на первом этаже самого уродливого дома в этом районе. Он думал об убийстве своей дочери.
«Если я все сделаю быстро, никто ничего не услышит…» - думал он.
Я видел ангела с каштановыми волосами, спящую на грязном матраце.
Мужчина взял в руки нож.
Дальше все произошло очень быстро. Из моего горла вырвался рык, я неожиданно для себя повернулся в сторону окна, за которым все происходило и, разбив стекло, влетел в комнату.
Мужчина был убит сразу, я свернул ему шею. Он упал на пол со странным стуком.
Девочка проснулась и наблюдала за мной. В ее глазках были слезы, увидев тело отца, она изогнулась, и дико закричала, захлебываясь в собственных воплях и слезах.
С этого и началось то, что перевернуло жизнь моей семьи, и, в первую очередь, мою жизнь, навеки.

Детские сумерки. В которой Роуз превратилась в разъяренную мамашу
2
Крик отрезвил меня.
- Шшш… Не надо плакать… - неловко уговаривал я ее. Боже, какой придурок, я убил ее отца у нее на глазах и умоляю ее при этом не плакать!
Она совсем обезумела, когда я прикоснулся к ее волосам.
- Маленькая, не бойся, я тебя не обижу, - она вдруг успокоилась. Я провел рукой по ее щечке, ощущая нежность кожи малышки. Она с любопытством разглядывала меня. Тут я заметил, что девочка дрожит, то ли от холода, то ли от страха. Так или иначе, ей нельзя тут оставаться. Я принял это решение, когда увидел, что вокруг ее отца расползается лужа крови. Я не мог оставить ее в этом страшном месте, поэтому я подхватил ее на руки и побежал к своему дому. По дороге девочка залилась криком громче предыдущего, но я уже ничего не мог с этим поделать.
Когда я влетел в дом, все взоры устремились на меня.
Эсми тут же поспешила ко мне:
- Эдвард, что у тебя тут? Боже мой! Что ты сделал с этим ребенком? Почему она кричит? Зачем ты принес ее сюда?
- Эсми, я… Я убил ее отца! - выпалил я.
Наступила тишина. Дома были только Эсми и Элис, Розали была на охоте с остальными. Поэтому у меня было всего несколько секунд, чтобы объясниться, пока мне не стали откручивать голову за ребенка сразу же.
- Он хотел ее убить, я не рассчитал сил, спасая ее, и прикончил ее отца! Она испугалась, всю дорогу кричала… - и, словно в доказательство моих слов, девочка, до этого внимательно прислушивающаяся к моему голосу, дико закричала…
Эсми тут же перехватила девочку у меня из рук, и они с Эллис принялись на пару ворковать над ней. Прежде всего, ее отмыли от грязи, и тут же стало ясно, что ребенок голодал - ребра можно было пересчитать, не прикасаясь к коже. Ее старую одежду выкинули - юбочка была протерта до дыр, а майка была настолько грязной, что за слоем застарелых пятен едва угадывался Микки- Маус… Ее переодели в теплую одежду, накормили, Эсми попыталась уложить кроху спать, но малышка все это время кричала. Скорее всего, у нее сильное потрясение и она напугана.
Как бы там ни было, девочка проплакала всю ночь и весь следующий день. Почему-то мне было больно слышать ее крики, душа словно горела от каждого ее всхлипа.
Эсми под вечер вымоталась, пытаясь успокоить ребенка, и, расстроенная, ждала Карлайла в гостиной. Элис унесла девочку в соседнюю комнату, оттуда я постоянно слышал детский плач и приговаривания Эллис:
- Все хорошо, тсс… Не плачь, все хорошо…- параллельно она пыталась дать ей игрушку.
К дому подъехал джип и Мерседес. Они вернулись с охоты.
Эллис вошла в гостиную с плачущей малышкой на руках - она соскучилась по Джасперу, но не могла оставить плачущую девочку одну.
Карлайл, вошедший первым, удивленно уставился на ребенка:
- Элис, что случилось? Кто она?
- Мы не знаем. Эдвард случайно прикончил ее отца, он не мог оставить ее там, - тихо ответила Эсми.
- Ого! В нашем полку прибыло! - заржал Эмметт, плюхнувшись на диван, а девочка, замолкшая, чтобы оглядеть семью, снова истошно завопила…
- Ну, спасибо тебе, Эмметт! - зарычала Элис.
- Боже! - ахнула Розали. - Какая милая девочка!
В мыслях она видела себя и Эмметта в роли родителей девочки. Из моего горла вырвался рык - она только моя! Она не для Розали, она только моя!
Розали не обратила на меня внимания, потому что девочка оборвала крик на полуслове, соскользнула из рук Эллис на пол и заковыляла по направлению к Розали. Ножки девочки еле волочились, для пяти лет это, по меньшей мере, странно.
Она споткнулась и уткнулась носом в коленки Розали. Все ждали, что малышка закричит, но она молчала. А затем кроха попросилась на ручки Розалии.
- Поразительно! - выдохнула Эсми, когда девочка уснула, облокотившись головкой на плечо Розали. - Роуз, последние сутки она кричала, не успокаивавшись, и мы не могли уложить ее в кровать…
- Она знает Розалии. Когда она ее увидела, узнала…- сказал Джаспер, целуя Элис.
- Но я ее не знаю!.. Ах, неважно! Скорее всего, она просто ошиблась…- прошептала Розали, укачивая девочку. - Эллис, завтра мы с тобой поедем в город. Надо купить кровать для нее, игрушки, новую одежду. Эсми, если тебе не трудно, придумай дизайн детской, пожалуйста! Карлайл, ее нужно осмотреть. Эмметт, завтра, когда все взрослые и полноценные вампиры займутся делом, постарайся не мешаться под ногами. Джаспер, присмотри за Эмметтом и ребенком. Эдвард, помоги Джасперу. Один он с придурком не справится…
- Рози, зачем ты обзываешь ребенка? - спросил Эмметт.
- А я что-то сказала про ребенка? - удивилась Розалии.
- Розали, сбавь обороты! - сказал Карлайл. - У нее могут быть родственники…
- Представляю, что это за родственники, допустившие, чтобы ребенок ходил в рванье и голодал! - презрительно фыркнула Роуз. - Не смеши меня! Карлайл, еще, ты можешь оформить ее как члена нашей семьи? Пожалуйста… Я так давно мечтала о дочери!
- Розали, давай возьмем другого, здорового ребенка! - попробовал вставить свое слово Эмметт. И зря.
- Что?! - взревела Розали. - Мне не нужен другой ребенок, мне нужна моя дочь. Наша с тобой дочь. Ты хочешь отказаться от собственного ребенка только потому, что она болеет?! - Розалии наступала, подобно разъяренной львице, защищающей своего детеныша. Собственно, так и было.
- Нет, но…
- Вот и умолкни! - рыкнула Розали, направляясь наверх, чтобы уложить ребенка спать. Все изумленно смотрели ей вслед.

Детские сумерки. Глава, в которой Эмм опять отличился...
3
- Боже, это всеобщий психоз какой-то! - простонал Эмметт, приземляясь на диван. Было раннее утро, но это не помешало Розали и Элис отправиться в «Мир малыша». - Ты слышал, как она вчера меня обозвала?
- Эмметт, без обид, но она права - ты умственно отсталый. Конец сказки. Тебе хватило тупости предложить отказаться от ребенка Розали, - раздраженно ответил я. Меня бесила сама мысль о том, что малышка может уйти из нашей семьи.
- Но она не ее дочь!- заскулил Эмметт.
- Пойми, Розали уже представляла себе вашу семью, гуляющую в парке, а ты фактически сказал, что тебе не нужна дочь. Конечно, это ее обидело и сделало ей больно, - вздохнул я.
Эмметт начал думать о том, как бы извиниться перед женой. Эсми прикидывала, какие обои лучше поклеить в детской - розовые или лимонные, и нужны ли шторки. Она также размышляла, не будет ли пугать ребенка вид темного угрюмого леса по вечерам, когда она будет ложиться спать, не лучше ли вместо стекла сделать обычную стенку с обычным окошком? Карлайл возился с бумагами и судорожно думал о том, сколько справок по удочерению ему придется оформить. Джаспер пытался представить появление ребенка в нашей семье, но у него не больно-то получалось. Малышка посапывала наверху, в комнате Розали и Эмметта.
Я поднялся наверх и просочился в комнату. Девочка спала, раскинув ручки, но при моем появлении она выдохнула, что-то замычала и повернулась набок. Я присел перед кроватью и всмотрелся в безмятежное личико. Ее пухлые щечки обрели невидимый для глаза человека румянец, веки в обрамлении темных ресничек трепетали, губы цвета свежей крови приоткрылись, через них входил и выходил воздух. Волосы были до плеч, в свете раннего утра они отливали сверкающим солнцем. Она мерно, спокойно дышала - ее животик тихо вздымался, малышка безмятежно спала. Я попытался проникнуть в ее мысли, чтобы стать с ней ближе. Не только почувствовать ритм ее дыхания, но еще и заглянуть в ее мысли, страхи, мечты, прошлое… Жить ее чувствами стало для меня чем-то очень важным, необходимым… Возможно, потому, что вчера ночью я изменил ход истории. Ее истории. Она должна была умереть, но не умерла. Хорошо это или плохо, но теперь она лежит в тепле, безопасности, уюте, в окружении полюбивших ее существ, ее жизнь продолжается. Девочке не повезло в той жизни, что же, повезет в этой. Кто-то наверху милостиво дал ей второй шанс.
Вдруг меня пробрал холод. А если бы я не пошел в тот район, а прогулялся бы по парку и повернул бы обратно, пресытившись прогулкой, как всегда? Что, если бы я не уловил мысли того мужчины, а, уловив, не предал бы значения, решив, что так и должно быть? Что, если бы я не сдержался, учуяв кровь ее отца? Ведь в какой-то миг мой рассудок помутился, и ребенка спасло только то, что она заплакала, резким звуком вырвав меня из плена жажды…
Я пропустил момент, когда она вздохнула, ритм сердечка ускорился, веки малышки затрепетали, она потянулась. Затем кроха открыла глазки. Я замер - в свете утреннего солнышка ее шоколадные глаза лучились светом, будто ее ангельская душа светилась изнутри.
Увидев меня, она в замешательстве уставилась в мои глаза, затем ее собственные глазки удивленно распахнулись, и она испуганно закричала.
- Тихо, тихо! Все хорошо! - я успокаивающе заговорил с ней, гладя девочку по головке. - Мама скоро вернется из магазина.
Услышав слово «мама», кроха замолчала и прислушалась к моим словам. Я предложил ей спуститься вниз, к бабушке Эсми, и она неуверенно кивнула. Странно - я ни разу не слышал, как девочка говорит, пятилетки в этом возрасте обычно умеют разговаривать.
Она неловко сползла с кровати и медленно заковыляла по полу, как старушка, еле передвигая ноги. Я засмеялся над этой шуткой, малышка улыбнулась мне, очевидно, радуясь, что я оценил ее усилия.
Я аккуратно взял ее за руку, наслаждаясь ощущением детской ладошки в своей ладони. Она была маленькой и теплой, цеплялась за меня, словно я придавал ей уверенность, что несказанно радовало меня.
Я помог ей спуститься вниз по лестнице. Эсми, увидев нас, подлетела к ребенку, и ласково заворковала:
- Милая, добро пожаловать! Я - твоя бабушка! Ты не против? - к великому облегчению Эсми, девочка робко обняла ее.
Джаспер подошел к ребенку:
- Привет, я твой дядя, меня зовут Джаспер! - она пожала ему руку и несмело двинулась к Эмметту.
- Привет, мелкая! Я теперь твой отец, взамен того, которому Эдвард вчера мозги по стене размазал. В буквальном смысле слова! - засмеялся Эмметт, радуясь «удачной» шутке.
Я выдохнул.
- Эмметт, ты…- Джаспер хотел продолжить, но слово «идиот» потонуло в плаче.
Лицо моего ангела исказилось, ее затрясло. Она кричала еще страшнее, чем вчера ночью.
- Эмметт, ты причинил ей боль! - ахнула Эсми. - Тебе лучше сбежать, Роуз скоро войдет в зону слышимости, она уже на подходе к дому.
Эмметт совета не принял, продолжая причитать о том, что он не подумал, и о том, как он сожалеет!
Через одну минуту двадцать две секунды со стороны дверей раздалось гневное рычание - Розали вернулась. Беги, Эмметт, беги…
Розалии подлетела к малышке, и та уткнулась ей в плечо, заливая слезами блузу.
- Маленькая моя! - зашептала Розалии. - Что с тобой? Мама уже здесь, с тобой…
Она понесла девочку в комнату, надеясь успокоить ее в том месте, где еще несколько минут назад ей снились спокойные сны. Через минуту она спустилась вниз, намереваясь собственноручно провести разбор полетов. Элис осталась наверху - они с малышкой играли в купленные куклы.
- Я оставила с вами ребенка всего на час. На час! За это время вы умудрились ее напугать до полусмерти! Я хочу знать, кто в этом виноват, олухи бездарные! Я обращаюсь к вам! - она охватила взглядом меня, Эмметта и Джаспера. - Вас трое. Трое! И вы ничего не можете!
- Это Эдвард притащил ее сюда! - пискнул Эмметт.
- Так, безмозглое одноклеточное, кто бы говорил! - зашипел я.- Я познакомил ее с Эсми и Джаспером, все шло хорошо, пока дело не дошло до тебя!
- Что он опять натворил? - обратилась ко мне сестра.
- Он сказал, что он ее новый отец, взамен того, которому я мозги размазал,- ответил я.
Лицо Розалии было бесценно.
- Ах, ты имбицил! - заорала она хором с потрясенной Элис.
Эмметт, наконец, понял весь ужас своего положения, он быстро скрылся в лесу.
- Я не буду тебя догонять только потому, что я должна побыть с нашей дочерью, которую ты обидел! Эмметт МаКкартни, попадись мне только! Не советую попадаться мне на глаза в ближайшие несколько месяцев! - орала Розали в лесную чащу, в то время как все в гостиной смеялись до упаду.

4
(от лица Эдварда)
Карлайл вышел из кабинета и нахмурился.
Эсми спросила:
- Ну что? Она здорова?
Карлайл начал объяснять:
- У нее проблемы с ногами, теперь ясно, почему она почти не ходит. У малышки вывихнуты обе ноги, ей вовремя не вправили ножки, поэтому необходимо лечение.
Я побледнел. О, Боже! Значит, у моей крохи болели ножки, когда она шла сегодня утром вниз, а я, бесчувственный чурбан, посмеялся над ней, думая, что это - шутка! А как она шла по лестнице… Ведь когда становишься на ступеньки, вес тела автоматически переносится на одну ногу - ту, что на ступеньку ниже, что причиняет адские боли больному ребенку… Я допустил, бесчувственный урод, который поленился взять ее на руки.
Розали всхлипнула:
- Ахх… Мне нужно к ней!
Карлайл попросил:
- Розали, узнай ее имя. Мне нужно для оформления бумаг. Фамилию я придумаю, не вопрос, но имя пусть останется ее.
- Хорошо, я узнаю, - Розали скрылась в кабинете, где сейчас же прижала к себе недоумевающую девочку.
Мама смущенно прокашлялась:
- Семья, я понимаю, что мы с Элис сейчас скажем кое-что не в тему, но… Я закончила дизайн детской, а Элис нужно распаковать покупки с детскими принадлежностями. Я намекаю, что мне нужно в город за обоями, краской и рабочими, также подыщу на время ремонта новый дом для нас - раньше нам было бы по барабану, ремонт - не ремонт, но теперь у нас есть человеческий ребенок, пыль от стройки пагубно скажется на ней. Но, как вы знаете, одна я по магазинам не смогу пойти, поэтому мне нужна чья-нибудь помощь, а Эллис сейчас занята.
Джаспер тут же отмазался:
- Я не могу, если ребенок чего-нибудь испугается, кто будет читать ее эмоции? Кто поймет, отчего она испугалась?
Карлайл вздохнул:
- Милая, Розали может понадобиться помощь доктора с ребенком. И где бегает Эмметт, когда он так нужен? Ладно, потом сбегаем за ним, когда Розали успокоится. Эдвард, помоги матери с покупками!
- Я?! Но я в этом не разбираюсь!
- Просто помоги маме донести пакеты до машины! - попросил отец.
Мне не хотелось уезжать от ребенка, я боялся оставлять ее одну, хотя понимал, что Роуз защитит ее, но нужно было быть мужчиной и помочь маме. В общем, я побрел заводить вольво.
Мы с Эсми провели несколько часов в городе, бегая по делам ремонта. Эсми купила белую краску и лимонные обои, которые сделают комнату светлее. Потом она наняла команду таджиков из России. А я работал в качестве вьючного козла. Пардон, осла, таская сумки к вольво.
Приехали мы только к вечеру. Я стремился домой, чувствуя себя опустошенным, проведя весь день без чудесных глаз малышки и нежной улыбки.
Но, войдя в дом, я услышал крик из кабинета Карлайла, и устремился туда. Я узнал этот голосок. Кто обижает ребенка?!
Девочка перестала кричать и упала без сознания. Понятно, отец вправлял ей ногу. То есть, уже вправил, причем обе. Розалии унесла бессознательную кроху в кровать.
Вечером вернулся Эмметт. Он проскользнул в дом и с опаской посмотрел в сторону лестницы. Поняв, что Роуз возится с ребенком, и ей сейчас не до него, парень заметно повеселел. Он плюхнулся к Джасперу смотреть бейсбол.
Наутро выяснилось, что девочка не умеет разговаривать. Или не хочет? Мы не знали, что она пережила, и почему молчит. Все выяснилось, когда Роуз попыталась узнать ее имя. Девочка не ответила. Вскоре Розали вспомнила, что за все время пребывания в доме малышка не вымолвила ни слова. Ощущение, что все было хорошо, складывалось потому, что она часто плакала, мы просто не обратили внимания на то, что она молчит.
Единственное, что удалось узнать - это ее имя. Девочка сложила его из кубиков. Изабелла.
По документам она теперь числилась как Изабелла Мари Каллен. Розалии хотела, чтобы девочку записали, как Изабелла Розалии Каллен, но Карлайл сказал, что люди могут догадаться о том, что Розалии ее мама, учитывая то, что рано или поздно Розалии выйдет в город с Изабеллой, и что люди могут заметить материнское отношение Розалии к ребенку. Начались бы проблемы в школе, Розалии бы начали травить, объявили бы шлюхой. В принципе, Роуз по барабану, что о ней думают, но через пару лет Изабелла пойдет в школу, где удостоится звания дочери шлюхи (Элис видела, как дети прозовут ее). Поэтому Розали пришлось отказаться от подобной идеи.
Эмметт помирился с Розали. Просто однажды Розали уехала в город, и Эмметт скучал в доме. Он поднялся наверх, чтобы переодеться, в комнате была Белла. Она, очевидно, ждала Розали, чтобы поиграть в кубики (коробку девочка держала наготове). Увидев Эмметта, она разом сникла. Изабелла привыкла, что «этот дядя» не играет ни во что. И Эмметту пришла идея…
Когда Розали вернулась домой, она застала Эмметта и Изабеллу, играющих на полу. Эмметт нарядился в Белоснежку, и дурачился, заставляя Беллу заливаться смехом. А рядом с ними было выложено предложение из кубиков «Я тебя люблю».
Я описываю это событие, потому что в ту ночь мне впервые доверили девочку. Роуз, смущаясь, попросила меня уложить Беллу спать у меня в комнате. Ну, у сестры личная жизнь, я понимаю.
Потом я стал частенько укладывать Беллу у себя на диванчике, пока детская не была полностью готова.
Детская была оформлена в солнечных тонах, белый потолок и белый ковер. На окнах были кисейные, почти невесомые на вид шторки. Эсми специально выбрала комнату, из которой открывается вид на полянку перед домом, а не на лес. У стены стояла кровать, столик для письма, шкаф с детскими книгами, небольшой гардероб, который, несомненно, заполняла Эллис. Также было очень много игрушек: с десяток плюшевых зверей, пластилин, много кубиков, которые обожала наша принцесса. И, конечно, побольше рисовальной бумаги - Белла обожала рисовать, правда, рисунки ее были наполнены болью.
Первым героем ее рисунка стал отец, ее родной отец. Она нарисовала темную комнату, себя лежащей на матрасе, мужчину, умирающего в луже крови, и меня. Белла была не просто талантлива, она, как художница, изобразила картину максимально близко к реальности. Я видел свое искаженное яростью лицо на картинке, и чувствовал боль от того, что она запомнила меня таким.
Вторым ее рисунком стал тоже отец. Он не лежал мертвым на полу, а выглядел счастливым, и Белла на рисунке была счастлива.
А на третьем рисунке была светловолосая женщина, очень похожая на Розали. Ее природная мать. Теперь понятно, почему Белла так отреагировала, увидев впервые Роуз.
На четвертом рисунке женщина со светлыми волосами висела на петле. Белла нарисовала себя сидящей в углу. Ее мать повесилась на ее глазах. Жестоко...
А вот следующие рисунки были радостные. В основном, она рисовала нас, то есть, Розали. Розали выходящую из машины, Розали, вертящаяся перед зеркалом в новом платье, Розали, играющая с ней. Она нарисовала Эсми, читающую книгу, она изобразила Карлайла, осматривающего ее. Она нарисовала Джаспера, катающего ее на спине. На одном ее рисунке была Эллис, читающая Белле сказку. Она нарисовала Эмметта, играющего с ней в кубики. А вот я не появился на рисунках Беллы. Она просто не смогла вспомнить ничего хорошего, связанного со мной. Это был настоящий тычок в сердце, потому что это правда. Единственное, что я сделал - это напугал ее до полусмерти в ночь нашего знакомства и подставил под насмешку Эмметта на следующее утро ее пребывания в нашем доме, когда Эмметт нетактично пошутил насчет того, как я убил отца Беллы.

Детские сумерки. Глава, в которой Эд узнает про 3 стадии
Утешало то, что Белла начинала немного разговаривать. Нет, первыми ее словами были не наши имена, а слова «Доброе утро!» и «Спокойной ночи!» Мы недоумевали, почему так получилось. Отгадка оказалась предельно ясна.
Оказывается, родители с детства учили Беллу хорошим манерам, и раньше ее утро начиналось с этих слов. Также девочка не ругалась матом, хотя слышала порядочно от людей на улице, с ее личика почти никогда не сходила улыбка, Белла никогда не кричала, не устраивала истерик, не требовала кукол, я вообще не слышал, чтобы она когда-либо неуважительно разговаривала с кем- либо из нас. Воспитание Беллы было безупречно для ее возраста, даже если не учитывать то, что она жила в неблагополучном районе. Значит, отец ее любил. Но зачем ему понадобилось убивать родную дочь? И что случилось с их семьей? Почему повесилась ее мать? Все это было так странно…
Но главным для меня сейчас было совсем другое. Я начал ловить себя на том, что становлюсь зависимым от крохи Беллы. Я старался проводить все свое время рядом, чем порядком нервировал Розали. Я ловил взглядом, будто впитывал в память каждую черту ее личика, ее движения, ее улыбку, прекрасный голосок. Конечно, Белла покорила всех нас своим тихим очарованием, незаметно вклинилась в нашу семью, но я… Я просто заболел ею! Странно, что никто ничего не заметил.
Доказательством того, что Белла окончательно стала одной из нас, стала неофициальная бумага, торжественно зачитанная Карлайлом перед всей семьей. Доказательством стал Эмметт. Теперь уже не для того, чтобы вымолить прощение у жены, он часами возился с Беллой, и гордился тем, что его дочь - такое чудо. Он самолично занялся ее образованием. Да-да, вы не ослышались! Наш Эмметт учил Беллу письму, чтению и немного математике. Было забавно смотреть на то, как брат, напялив для важности дурацкие очки, ходит перед Беллой, размахивая азбукой. При этом девочка занималась с самым серьезным видом. Менее чем за месяц она освоила письмо, а вот с математикой были проблемы - объяснял Эмметт паршиво. За дело пришлось взяться мне, пока Эмметт окончательно не запутал ребенка. Со мной дело пошло быстрей… Ха! Эдвард Энтони Каллен - лучший, я знал это!
В тот же день я появился на ее рисунках супергероем, спасающем ее от цифр, при этом на рисунке Белла окружила меня нарисованными сердечками. Это был самый счастливый день моей ничтожной вечности.
Постепенно я стал ловить себя на том, что надолго не могу отпустить Беллу из своих объятий, вдыхаю ее запах полной грудью, незаметно для всех целую Беллины удивительно густые волосы. Это приводило меня в ужас - я словно извращенец! - но я ничего не мог поделать с собой. Я будто выпадал из реальности, когда находился рядом с ней. Внутри тела поселялись странные бабочки и такие светлые ощущения, от которых я, казалось, трещал по швам.
Я не мог рассчитывать на то, что Джаспер не заметит того, что со мной творится. Этот момент должен был настать. И он настал.
Однажды мы с Джаспером находились на мужской охоте. Эмметта с нами не было, потому что он повез Розали и Беллу в развлекательный комплекс на фильм, о котором Белла много говорила. Карлайл задержался в больнице и не смог с нами поехать.
Джаспер начал разговор первым:
- Брат, ты должен держать себя в руках.
Я сглотнул:
- О чем ты?
Джаспер ударил по рулю:
- Эдвард, мы с Элис все поняли еще дней десять назад, но не было момента с тобой это обсудить - из дома тебя веревкой не вытянешь из-за Беллы, а если Роуз с Эмметтом узнают о том, что ты чувствуешь…- он замолчал, представляя себе реакцию сестры.
Я принялся объяснять:
- Джаспер, я не педофил, я не хочу ей ничего плохого.
Джас посмотрел в мою сторону:
- Эд, я знаю. Просто…- он вздохнул. - Понимаешь, ты слишком долго держишь ее в объятьях. И то, что Розали не заметила того, как ты ее обнюхиваешь, и как на нее смотришь - тебе повезло.
Ну вот, теперь уже двое из моей семьи знают о том, как я отношусь к Белле. Боже, как же так!
Джаспер, заметя мою реакцию, начал терпеливо объяснять:
- Эд, в любви нет ничего плохого. Лично я был бы не против ваших с Беллой отношений, ты - лучшая партия для нее. Просто нужно немного подождать, пока она подрастет. И держи себя под контролем. Видишь ли, в любви существуют три стадии.
Я удивился:
- Какие три стадии? О чем ты?
Джаспер свернул на проселочную дорогу, и снова заговорил:
- Первая стадия - влечение, когда тебе хочется обнимать ее, быть рядом с ней. Вторая стадия - когда ты осознаешь свои чувства, когда просто объятий мало, хочется еще и поцелуев, а сама мысль об уходе вызывает жуткое отвращение. Третью стадию я назвал «конечной».
Я полюбопытствовал:
- И что происходит тогда?
Джас усмехнулся:
- Становится мало и объятий, и поцелуев, тело жаждет большего. Ты становишься единым целым с ней, не понимаешь, как жил до нее, а уйти невозможно - вы стали одним целым.
Я поперхнулся:
- Ты думаешь, что…
Брат прервал меня:
- Не знаю, Эд! Все идет не так, ты слишком быстро прогрессируешь в отношениях. С каждым разом тебе все труднее отклеиться от Беллы, сложнее разомкнуть руки, ваши объятья длятся все дольше. Ты сбиваешь с толку Беллу, она не понимает, в чем дело, а для своего возраста она необыкновенно умна и проницательна, ее закалила жизнь в трущобах.
Он с досады ударил по рулю.
Я в ужасе думал о том, что происходит. Я влюбляюсь в племянницу пяти лет от роду, со временем я рискую превратиться в озабоченного монстра. Я хотел оградить ее от этого, но мысль об уходе казалась невыносимой.
Я промолвил, наконец:
- Джас, когда все станет совсем плохо, скажи мне. Я приму крайние меры.
Он кивнул:
- Скажу. Эдвард, что насчет остальных? Мы скажем кому-нибудь из семьи?
Я задумался. Розали и Эмметту я не буду рассказывать об этом. Им знать это необязательно, пока я держу себя в руках. Просто не хочется портить им счастье, и Роуз, и Эмметт заслужили прибавление в семье.
Эсми. Насчет мамы я не решил. Скорее всего, ее впутывать в мое нездоровое увлечение ее внучкой не нужно.
А вот Карлайлу сказать необходимо. Я должен сделать это, мне хочется довериться отцу. Он поможет принять правильное решение, у Карлайла больше опыта жизни.
Джаспер согласился со мной. На том и порешили.
Отец был в шоке от того, что я ему только что рассказал. Он обдумал различные варианты развития событий, моих действий. Наконец мы все вместе (Эллис, Джаспер, Карлайл и я) решили, что пока все идет нормально. Мне не нужно уезжать из Лондона, пока я обхожусь невинными объятьями с Беллой. Единственное, что мне было запрещено - это оставаться с Беллой наедине, пока остальная семья находится вне зоны досягаемости, например, в городе. Впрочем, этот метод был нужен больше для меня, чем для Беллы - я жаждал хоть как-то обезопасить девочку от себя. Остальные не больно-то верили, что за несколько часов наедине с Беллой я способен перешагнуть сразу через две «стадии любви», и накинуться на ребенка похотливым животным. Все твердо верили в мой самоконтроль.
В общем, к тому времени, когда из города вернулась Эсми с продуктами, а из кино с новыми впечатлениями приехали Розалии, Эмметт и Белла, я сидел у себя в комнате. Все перемешалось - чувства, мысли… В таком состоянии я был всего один раз - когда меня обратили. Сейчас я вжался в диван, который хранил остатки Беллиного запаха. Ее запах не давал мне затеряться и почувствовать себя одиноким. Лежа в своей комнате, я понимал, что не готов выйти вниз и делать вид, что все хорошо…

0

2

Внизу спросила Эсми:
- Почему Эдвард не с нами? Странно, в последние дни он проводил все свое время с семьей.
Встрепенулся и Эмметт:
- Да, странно. Эд!!! Иди к нам! - заорал он на весь дом.
Розали оторвалась от Беллы и недовольно сказала мужу:
- Милый, не кричи.
Розали поднялась по лестнице и вошла ко мне в комнату, держа на руках Беллу:
- Эдвард, ты не мог бы уложить Беллу в кроватку? Она весь вечер жалела о том, что ты не поехал в кино с нами, и уснула в машине.
Неожиданно для себя, я поднялся с дивана и взял девочку из рук сестры.
Белла тихо устроилась у меня в руках, свернувшись калачиком. Она пахла попкорном из кинотеатра, который смешивался с ее собственным запахом. Я принес ее в детскую и уложил под одеяло. Джаспер, прислушивающийся к моим мыслям, уверил меня в том, что все в порядке.
Белла пошевелилась и приоткрыла один глаз.
Я улыбнулся моему солнышку. И как я мог подумать о том, что смогу вообще когда-нибудь причинить ей вред?!
- Привет! - сказала она. - А я смотрела мультик в кино!
- Дааа? - протянул я.
- Называется «Белки из Волшебного леса». - Белла принялась восторженно пересказывать содержание мультика, рассказала она и о том, как Эмметт играл с попкорном, запихивая его к себе в уши.
- Как думаешь, если папа запихнул к себе в голову столько попкорна, как он туда мог поместиться? Где же его мозг?- недоумевала девочка.
Я подмигнул ей:
- Поверь, всех нас давно интересует тот же вопрос. Спи! - я наклонился и поцеловал ее в лобик. Меня пробрали электрические заряды, когда я коснулся ее кожи.
- Неет! - заупрямилась она. - Спать скучно!
- И что же хочет моя принцесса? - наклонился к ней я.
- Ммм… - задумалась девочка, мило хмуря бровки. - Я хочу, чтобы завтра мы всей семьей поехали на пикник в лес.
- Твое желание будет исполнено! - пообещал я.
Белла легла в постельку, я уже собирался подняться, но меня остановила ее ручка. Она подняла пальчик и принялась вырисовывать узоры на моем лице. Меня бросило в жар.
- Тебе холодно? - спросила она.
- Немного. - тихо ответил я. Реальность ускользала, соображать было сложнее. Ее палец будто вырисовывал огненные узоры на моей щеке. Я видел только ее. Белла лежала на подушке, ее косички красиво разметались по подушке, глазки сонно выглядывали из-под полуприкрытых век серебристого оттенка.
Хлопнула дверь спальни, будто выведя меня из транса.
- Белла, почему ты еще не спишь? Эдвард, пойдем. Розали сердится - Белла слишком устала для разговоров, - раздался над ухом голос Джаспера.
- Нуу! Дядя Джаспер, вот вечно ты так! - проворчала Белла, забираясь с головой под одеяло. - Спокойной ночи всем!
Я вышел из детской и прислонился к стене. В холле не так сильно пахло Беллой, как в ее комнате, потому что Эсми проветрила холл сегодня днем, воспользовавшись тем, что Белла была в кино. Свежий воздух окончательно вернул мне мой разум, я начал осознавать, что произошло. Я поцеловал бы ее. Это было ясно точно - я не удержался бы, приник бы к ней губами, тем самым напугав Беллу.
Джаспер был рядом. Он положил мне руку на плечо, мысленно взывая:
«Эд!»
- Ну чего? - глухо простонал я, закрыв лицо ладонями.
«Эй, все наладится! Не переживай так, просто сегодня за день, проведенный в лесу, ты отвык от притяжения к Белле. В следующий раз ты будешь ожидать этого».
Я кивнул. Джаспер ушел вниз, к остальным, где Эмметт рассказывал очередную хохму про сегодняшнее кино.
(от лица Беллы)
Я проснулась и села на кровати. Сегодняшний кошмар был особо ужасен. Мне снилась моя сестра. Она часто мне снится, но сегодня я видела ее в каком-то строении, там были плохие люди, причиняющие ей вред.
Я вздохнула поглубже и окончательно проснулась. Я находилась в уютной детской, которую бабушка целых два дня рисовала у себя на бумаге. Мне нравились желтые стены, мне вообще нравился этот дом с его обитателями. Они все были словно из сказки, очень добры, умны, красивы. Я чувствовала себя счастливой рядом с ними.
Но я никогда не смогу забыть своей прежней жизни - в памяти будто выжгли каленым железом каждое мгновение, проведенное там.
Я родилась в пригородах Лондона, в небольшом доме, состоящем из трех спален. У меня была старшая сестра по имени Луиза, мама – ее звали Рене, и папа Чарли. У нас была счастливая семья, как мне рассказывала моя сестра. Мама воспитывала детей, папа работал в полиции, а Луиза была королевой школы. Когда мама забеременела мной, все были очень рады. Луиза мечтала о том, как она будет со мной нянчиться, как поведет меня впервые в школу - и ей было неважно, кто я, девочка, или нет. Она любила меня еще до того, как я родилась. Мама тоже страшно хотела, чтобы я появилась на свет - она любила детей. А папа мечтал о наследнике, но, когда стало ясно, что я девочка, Чарли сразу забыл, кого он там хотел, и обрадовался, что у него будет команда таких замечательных девчонок. Я помню наш дом смутно - мне было два, когда начался самый страшный кошмар в моей жизни. Папа потерял работу из-за того, что отказался принять взятку у бандитов. Поэтому нам пришлось продать дом и съехать в криминальный район, где мы все вместе жили в одной комнате. Никто не жаловался, мы были все еще вместе. Я верила, что Бог вернет нам дом, а папе работу, ведь мы были ни в чем невиновны. Как же, размечталась… Стало только хуже.
К отцу начали приходить страшные люди. Не стесняясь ни меня, ни Луизы, ни беременной Рене, они кричали разные плохие слова. Оказывается, чтобы прокормить семью папа влез в долги…
Но вот однажды… Этот день я запомню на всю жизнь… К нам пришло много страшных людей - я насчитала восемь - и они быстро-быстро о чем-то говорили. Потом папа упал на колени, умоляя их не делать чего-то. Я не понимала, в чем дело, пока несколько человек не скрутили Луизу. Они увезли ее в черном фургоне. Остались только мы: обезумевшая от горя мамочка, плачущий папа, моя сестренка в животе мамы и я, трехлетняя девочка.
Тогда я не понимала, но теперь понимаю: Лу забрали за долги отца бандиты и сделали из нее проститутку в борделе. Жива ли она сейчас, не знаю, но с тех пор я ее не видела. Также я стала убегать от всех черных фургонов - мне казалось, что сейчас меня похитят, как Луизу.
Мы пытались сохранить семью. Правда, пытались. Папа стал курьером и начал отдавать долги, надеясь, что, если он отдаст все деньги, то Луизу вернут. Мама готовилась к рождению дочки, поэтому взяла себя в руки, и мне велела не грустить, а верить в то, что Лу жива и скоро к нам вернется. Я верила.
Когда родилась Спика, моя сестра, мы все были счастливы. Она была здоровенькой. Я мечтала о том, как, когда Луиза вернется, мы будем вместе воспитывать Спику.
Но однажды те страшные люди вернулись. Они вошли в квартиру, распахнув дверь настежь. Я стояла на площадке и наблюдала за тем, что там происходит. Я хотела войти и броситься к маме, но один из страшных людей стоял вплотную к проему двери, и я побоялась войти внутрь. Папы не было дома, он работал допоздна.
Они страшно ругались, обыскивали наше жилище. Искали деньги или что-то ценное. Вспомнив, что в нашей семье трое детей… Было… они решили взять старшего ребенка - то есть меня - в уплату долгов. Но в квартире меня не было, так что мне повезло. Они не узнали меня - я сильно выросла с момента нашей последней встречи. Поэтому, когда они прошли мимо меня, то не обратили особого внимания. Итак, мне исполнилось пять лет, когда плохие люди унесли мою младшую сестренку, Спику.
Рене устала терять своих детей, но оставить меня она тоже не смогла бы. Мама велела мне выбрать себе веревку, и показала мне, как сделать петлю.
Мне было пять, когда я связала для себя веревку смерти и надела погребальный саван - ночную белую рубашку.
Мама поставила меня на табурет напротив себя и накинула мне на шею веревку. Я помню, что не испытывала ничего, кроме холода - у нас не топили, а тоненькая ночнушка совсем не грела.
Одев веревку себе на шею, мама вслух помолилась Богу и решительно оттолкнула ногой табурет. Табурет отлетел в сторону, а она повисла на веревке. Испуганная хрипами Рене, я, сама того не осознавая, сделала шаг в ее сторону и слетела со стула. Все ее инструкции тут же вылетели из головы, потому что веревка впилась в шею. Я задыхалась, горло горело, но мне повезло - я не очень хорошо сплела петлю, и та развязалась. Я рухнула на бетонный пол, умудрившись вывихнуть обе ноги, глотая спасительный воздух. Мама уже не билась на веревке, она тихо висела с закрытыми глазами.
Я просидела в углу комнаты, дрожа, пока не пришел Чарли.
Рене похоронили на ее родине, в солнечной Аризоне, в пригороде Финикса.
В тот вечер, когда вернулись Они, я была уже не совсем живой. Я сидела на матрасе в углу, как кукла. Я не ела, я не разговаривала, я не жила. Я существовала. Я жила в прошлом, прокручивая все счастливые моменты у себя в голове снова и снова, и так много раз, много дней подряд. Это не надоедало.
Мне было пять, когда меня лишили всего. Мне было пять, когда, будто из самых страшных кошмаров, вернулись плохие люди и объяснили Чарли, что долг почти выплачен, но отец должен был отдать им меня. На органы, или в детский публичный дом - мне было все равно. Хотя лучше бы на органы - быстрее и мучиться меньше. Чарли попросил дать ему пять часов, чтобы попрощаться со мной. Они согласились. Странно, но я умудрилась задремать. Сквозь сон, я видела, что Чарли берет нож и идет ко мне. Значит, я умру быстро и от рук родного отца. Хорошо, такой расклад меня устраивал - это лучше, чем прозябать в борделе. Мы оставим бандитов с носом.
Но все планы сорвал ангел по имени Эдвард. Он буквально вытащил меня из моих кошмаров, моих страданий, подарил мне новую семью, показал мне мир, о котором я даже и мечтать не смела.
Свет ночника внезапно ослепил меня, и я потеряла тонкую нить своих мыслей. На часах было три часа ночи. Надо мной склонился дядя Джаспер:
- Белла, с тобой все хорошо? Тебе …больно! - эти слова не были вопросом.
- Нет, с чего ты взял? - соврала я. На самом деле мне было настолько больно, будто что-то перекрутило мои внутренности и мешало дышать вот уже несколько месяцев.
- Ладно… - недоверчиво сказал он. - Если захочешь поговорить - обращайся, мы всегда рядом!
Он вышел из детской и захлопнул дверь за собой.
Я откинулась на подушки и зарычала от досады: Боже, только бы он не рассказал про мое состояние маме Розалии или папе Эмметту… Я не вынесу того, что причиню им боль!
Наверное, я - страшное чудовище, причиняющее боль всем, кого люблю… Совершенно ясно, что я недостойна жить здесь, среди этих ангелов, я - грязная пятилетняя потаскуха с улиц Лондона… Да и достойна ли я вообще жить?! За эти пять лет я ничего не сделала, ровным счетом, ничего! Я все только испортила - после того, как я появилась в семье Свонов, все пошло кувырком, я не смогла спасти ни Спику, ни Луизу. Черт, я даже не смогла закричать и позвать на помощь соседей, когда мама задыхалась на веревке - горло будто сдавили щипцами, а ноги приросли к полу… Я - неблагодарная тварь, я должна была утешать Чарли, вместо этого я была в депрессии и на какое-то время выпала из окружающего мира. А мой бедный папа каждый вечер возвращался в пустую холодную квартиру, где его ждало угнетающая пустота и безвольная дочь… Черт, я даже Чарли не спасла, вместо этого я искренне привязалась к его убийце! И, наконец, я целые сутки напролет мотала нервы этой замечательной семье своими криками боли…
Я вздохнула и попыталась уснуть: мамочка будет расстроена, если завтра я буду сонной и усталой на нашем пикнике… Мама Розали… Безусловно, я любила ее больше всех на свете, она была моим ангелом… Папу я тоже, безусловно, любила, но мама дала мне в сложный момент жизни то, в чем я больше всего нуждалась, а именно обещание того, что все будет хорошо, чувство безопасности, доброту и ласку…
С этими приятными мыслями я выпала из реальности…

(от третьего лица)
От вчерашнего ночного кошмара не осталось и следа - он испарился, исчез во тьме… А может, просто затаился, ожидая наступления вечера, когда Белла вновь погрузится в сон. Тогда он величественным облаком подплывет к ней и заключит в свои скользкие объятья, затягивая ребенка в очередную воронку страхов.
Но сейчас день и греет солнышко, поэтому Белла не думает, что произойдет потом. А сейчас они с семьей веселятся в лесу.
Розали расстелила клетчатый плед на земле и принялась раскладывать тарелки. Эсми помогала ей накрывать на импровизированный стол. При этом обе вампирши не забывали поглядывать в сторону пятилетней девочки, которая танцевала с Эмметтом. Что-то объединяло этих двух счастливых женщин - у обеих есть любимые мужья, любящие и любимые дети. И обе они лучатся счастьем.
Элис полулежала в тени, облокотившись на ствол дерева. Голова Джаспера лежала на коленях Элис, и та мягко перебирала медовые кудряшки мужа. Они знали о том, что с Беллой что-то не так, но не желали давить на племянницу и запутывать семейные интриги еще больше, там и так запутано донельзя! Хватит одной влюбленности Эдварда в пятилетку…
Эмметт продолжал шутливо танцевать вокруг девочки, пока та не призналась, что у нее кружится голова. Эмм перестал нарезать круги вокруг дочери, но не пожелал останавливать веселье. К несчастью Эдварда, именно он попал в поле зрения Эмметта. Через пять минут Эдвард улепетывал от брата с криками: «Хватит! Это не смешно!» от своего братца. Эмметт решил вывозить в грязи Эдварда - что же, удачи ему, но сначала пусть догонит!
Белла же, увидев, что папа скрылся в лесу, погнавшись за Эдвардом, заметно погрустнела и медленно пошла вдоль ручья. Незаметно для себя, девочка ушла довольно далеко от семьи, и совсем потеряла их из виду.
Кругом был незнакомый лес. Если бы Белла была чуть постарше, она бы вернулась назад, идя вдоль ручья. Но ей было всего пять. Девочка сильно перепугалась и, не задумываясь, ринулась в заросли возле ручья. Она шла в том направлении, которое казалось ей правильным. Очень скоро Белла услышала какой-то шум, и пошла по направлению к источнику этого шума. Но это оказалось лондонское шоссе.
Белла растерянно остановилась на обочине, не зная, что делать дальше. Она увидела вдали темнеющий в утренней дымке Лондон и ободрилась:
- Если есть город, есть и люди. Есть люди - есть полицейский участок… - бормотала она, идя вдоль обочины дороги. - А полиция поможет мне найти маму и папу…
Рядом с ней остановилась машина - черный фургон. Девочка по привычке отпрянула от фургона, но тут же взяла себя в руки. Из фургона вышел мужчина и заговорил:
- Что такая кроха, как ты, в одиночестве делает на автостраде?
- Я потерялась,- спокойно ответила девочка.
- Скажи, а ты часом не дочь Чарли Свона? Я тебя, кажется, узнал…
- Нет, сэр, вы обознались… - залепетала она, медленно отходя назад.
- Обознался? - лживая улыбка мигом слезла с его лица. - А я думаю, что я не обознался, а обозналась ты, маленькая и лживая сучка, решив, что я похож на идиота и не узнаю тебя. Прошла всего неделя с того момента, как ты умудрилась улизнуть у меня из-под носа, тварь!
Белла взвизгнула от ужаса и попыталась скрыться в прилеске, но не повезло - мужчина оказался проворнее. Он ухватил ребенка, девочка визжала и вырывалась. Очевидно, мужчина был один из тех людей, которым папа был должен деньги…
- Полтора миллиона долларов! - рычал он, тряся Беллу. - Полтора миллиона долларов он был должен нам! Эти деньги он истратил на тебя, на твои инъекции! Где эти деньги теперь? Вылетели в трубу!
От неожиданности кроха даже перестала сопротивляться:
- Какие деньги? Какие инъекции? Папа брал деньги на наше содержание!
- Хахаха!!! На содержание?! Наивный ребенок! А не думала ли ты, почему даже то, что мы выгодно продали твоих сестер, не смогло покрыть убытки?! Ты была больна, у тебя был рак.
Первой реакцией было потрясение. Она застыла, пораженная простотой мысли.
«Это я их убила!» - пронеслась в голове мысль. - «Это я убила их всех!»
Луиза, Спика, мама, папа расплачивались за Беллино слабое здоровье, и в этом была главная несправедливость. Почему их наказали за добродетель, за то, что они всего лишь спасали жизнь своему ребенку?!
Бандит скрутил девочке руки, пока другой связал ей ноги, руки и заклеил рот изолентой. Они запихнули Беллу в фургон, а сами сели в водительскую кабину. Фургон тронулся.
Она не смела пошевелиться: Белле столько раз снилось, будто бы ее похищают и, как Луизу, связывают и пихают в фургон. Но наяву было хуже. Ей было страшно, машину трясло, веревки больно врезались в нежные детские ручки, изолента мешала дышать.

Фургон остановился на светофоре - от неожиданности девочка шлепнулась на пол. Она подняла глаза, и обнаружила за собой железную скамью, привинченную к полу. Один из углов скамьи был острым.
Белла улыбнулась через изоленту. Она осторожно села спиной к скамье и протянула связанные запястья к острому углу.
Белла провела запястьями по острому углу и почти сразу почувствовала, что оцарапала руки. Она мужественно продолжала пилить веревки, несмотря на то, что изрезала запястья, и кровь теперь струилась по рукам девочки.
Наконец веревка порвалась со странным хлопком, и Белла, не теряя ни секунды, бросилась развязывать свои ноги. Это было совсем нелегко, даже если не брать в расчет изрезанные ручки. Кровь, стекавшая из царапин Беллы, сделала веревку на ногах липкой, и при малейшей попытке развязать узел пальцы девочки соскальзывали с пут. Но в конце концов веревки сдались - она больше не была связана. Белла зацепила краешек изоленты и резко сорвала ее со рта.
Она поднялась и бросилась к двери фургона.
Закрыто.
Она не могла поверить в это, но тут же до девочки дошло. На что она надеялась? Что двери будут призывно распахнуты, а на них будет сиять неоновая вывеска «Выход» и указатель «К маме»?
Белла не плакала. В такие моменты просыпалась какая-то сука внутри нее, и эта сука была ее внутреннем стержнем.
Сука ехидно посмеивалась: «Уже сдалась?»
- Отвали! - буркнула Белла. - И без тебя тошно.
«Не отвалю. Мы умрем достойно. Я заставлю тебя сделать это»
- А где же твое «Борись, пока можешь!»?..
«А ты можешь?» - скептически усмехнулась Сука. - «Посмотрим, сможешь ли ты встретить смерть достойно, я уж молчу о побеге. Твои цыплячьи конечности, судя по количеству крови на твоих руках, скоро сдохнут. Тебе не пройти через побег.»
Фургон дернулся, и Сука умолкла. «Да, прежде она велела мне не сдаваться, орала на меня… Видать, и правда все плохо…» - Изабелла улыбнулась окровавленными, потрескавшимися губами.
Она плохо помнила, как в фургон ворвался лучик света… Как ее выволокли наружу… Как затащили в старый склад…
Она туго соображала, когда увидела перед собой лицо бандита…

0

3

( от третьего лица)
- ЭММЕТТ!!! - орала Розали. - Где. Мой. Ребенок?!
Эмметт стоял, виновато потупив взор в землю.
- Я оставила на тебя Беллу, надеясь, что ты присмотришь за ней хотя бы полчаса. ПОЛЧАСА! И чем ты занимался эти двадцать девять минут, когда ушел от ребенка?!
- Я… Я… Я с Эдвардом бегал по лесу, - пробормотал он, понимая, как глупо звучат его оправдания. Больше всего на свете он хотел одного: обнять свою жену и дочь.
- Прекрасно! - Роузи закатила глаза. - Ты скакал по лесу, пытаясь окунуть голову брата в грязь. Супер! Браво! И где она теперь?
- Кто? голова?
- Нет, наш с тобой ребенок! Иди, ищи ее, не стой на месте! Она не могла далеко уйти! - зарычала Розалии.
Эмметт бросился сломя голову по запаху дочери.
Эдвард страшно хотел кинуться вслед за ним, но его придержала рука Джаспера и мысли брата, просящие остаться, а то Розали начинает подозревать, что с привязанностью Эдварда к Белле что-то не так…
Внезапно глаза Элис заволок туман…
Изабелла проваливалась в темный омут. Ей казалось, будто она танцует на карнизе. По обе стороны карниза была ночь, освещенная лишь уличными фонарями. Девочка видела, как развеваются полы ее белой юбки, делая ее похожей на ангела в ночи. Внезапно она почувствовала присутствие Эдварда. Он был рядом с ней. Парень поклонился девочке и протянул ей руку, и Белла с готовностью ухватилась за него. И они начали грациозно кружиться на краю карниза.
Внезапно она почувствовала холод. Все исчезло - карниз, танец, ночь с огоньками фонарей и дядя Эдвард. Изабелла чувствовала, как по ее телу стекает ледяная вода. Она застонала и открыла глаза.
Девочка была привязана к стулу, она действительно была в воде - ее пытались привести в чувство.
- Итак… - начал бандит. - Мы знаем, что денег твоего отца больше нет… Но у твоих приемных родителей они есть… Поэтому…
(от лица Беллы)
Я сжала зубы от неожиданности, когда на меня обрушился удар. По щеке текло что-то теплое.
Я мысленно командовала себе:
Замолчи…
Удар в ребра заставил меня скрючиться.
…Не пророни ни звука…
Он хватает меня и швыряет в стену. Я заваливаюсь назад, подобно безвольной кукле.
…Они никогда не услышат от тебя ни крика - не давай им такой роскоши…
Бандит медленно подходит к моему распростертому телу…
…Не дать увидеть им, как я страдаю…
Я пытаюсь придать своему лицу бесстрастное выражение. Он свирепеет и резко бьет мои пальчики своим ботинком с железной подошвой. Фонтан боли взрывается перед глазами…
…Не видеть им - меня никогда не будет…
Пальцы будто горят в аду… Я сама будто горю в аду…
…Пожалуйста, убей меня! Я все равно не закричу, ты лишь напрасно тратишь время…
(от третьего лица)
- Это здесь! - крикнула Эллис, показывая на заброшенный склад.
Они вошли внутрь и сразу почувствовали запах крови Беллы. Он был буквально повсюду. Розалии в панике принялась метаться туда-сюда, ища свое дитя:
- Белла! Белла!!! - в панике кричала она.
Внезапно они почувствовали приближение человека.
- Внимание… - прошептал Джаспер.
Из темноты вынырнул испуганный мужчина в маске. В руках у него висела, подобно тряпке, их ребенок. Мужчина приставил к Беллиному боку пистолет и пискляво крикнул:
- Я убью ее!
Калены замерли. С одной стороны, они могли с быстротой молнии освободить девочку, но Белла была в сознании, вампиры боялись ее напугать своей сущностью…
- Послушай, мы дадим тебе денег. Много денег, сколько ты хочешь, ты уедешь, и мы не станем тебя искать… - миролюбиво предложил Карлайл.
- Согласен! - в глазах мужчины загорелся алчный огонек. - Я хочу триста тысяч баксов!
- Идет, - согласился Карлайл.
- Отдай мне мою дочь! - зарычала Розалии.
Мужчина начал делать медленные шаги в сторону Каленов. Белла не плакала, она смотрела на Розалии…
И вдруг… Мужчина подскользнулся, взмахнул пистолетом, и случайно нажал курок. Пуля со странным хрустом вошла в ключицу Беллы, девочка кричит…
Эдвард видел, как тело малышки падает со стуком на бетонный пол, как из раны хлещет кровь…
Она не шевелится и еле дышит… Эдвард оказывается рядом с ней, прижимает ее к себе, умоляет не умирать…
- Эдвард, ее не спасти. Ей осталось жить считанные секунды, - тихо говорит Карлайл.- Обрати ее.

(от лица Беллы)
Из холода я перешла в состояние жара. Горело все внутри меня, я, подобно птице фениксу, сгорала, но чувствовала, что будет второе рождение. Я не хотела умирать. Только не сейчас. Я не могла подвести маму и папу.
Я чувствовала, как превращаюсь в головешку, как пламя охватывает мои конечности. Впервые я чувствовала такое. Это было очень больно. Я думала, что не кричу, но на самом деле я кричала. Я думала, что осталась совсем одна, поглощаемая адским пламенем, но это было не так. Я скорее почувствовала, чем услышала ИХ. Моя семья - Каллены. Я слышала их мягкие, звучные голоса. Они звали меня. Мне казалось, будто я плыву по течению по направлению к голосу. Я узнала говорившего - Эдвард, мой дядя…
Я чувствовала, что лежу на чем-то мягком. Кто-то теплый держал меня за руку и повторял:
- Белла, милая, открой глазки. Все хорошо, мы здесь.
Но я не могла. Вся боль сконцентрировалась в моем неистово бьющемся сердце. Оно трепетало, словно крылья колибри. Я изогнулась, и от моего вопля зазвенело в ушах. Потом все стихло.
Почему мне не больно? Разве мне не сломали пальцы, ребра, словом, все, что только можно?! Куда делись болящие ссадины на щеках, почему меня больше не тошнит?
Внутри меня больше не было ничего. Мне не было больно, разве что я была немного подавлена чем-то…
- Белла?- внезапно откуда-то я услышала голос мамы Розалии.
Я сосредоточилась и неожиданно легко распахнула веки.
Я видела все с потрясающей четкостью, каждую пылинку. Я видела белый потолок над собой, на потолке изгибались в непонятные узоры микроскопические трещинки. Мой слух обострился, я отлично слышала звуки телевизионной рекламы автомобилей внизу, шелест страниц книги в библиотеке. Судя по знакомым запахам, шелесту листвы за стеной, я была дома.
- Белла?
- Мама… - мой голос звучал красиво. Он был похож на перезвон колокольчика.
Розалии склонилась надо мной.
- Что произошло?
- Милая, ты дома… - вздохнула мамуля.
Я поднялась на кровати. Я находилась в своей комнате, на кровати. Неожиданно, дверь распахнулась. Этот звук испугал меня, и я отреагировала странно. Мое тело изогнулось, я мигом соскочила на пол, приняла защитную стойку, пригнувшись к земле, и зашипела…
В проеме двери стоял папа. Он улыбался:
- Ну, козявка, как настроение? Сейчас тебе лучше, чем у бандитов? Ну что, ты пойдешь на первую охоту?
Розалии зашипела:
- Эмметт, ты идиот! Она же не знает о…
- Вот черт, она же теперь не знает, что она вампир! - хлопнул себя ладонью по лбу папа.
Мама, похоже, достигла точки кипения. Она резко вскочила и, зашипев, кинулась следом за Эмметтом. Они пересекли первый этаж и вылетели во двор. Я слышала звуки, будто кто-то бьет камнем по деревяшке, и крики Эмметта:
- Милая, ты хочешь оставить ребенка?! Ай! Больно!
- Только на минутку, вот вдолблю тебя в землю - и вернусь! - рычала мама.
- НЕТ! - визжал папа.
- Никакого секса неделю,- мама была неумолима.
- ЧТО?! НЕТ! ПРОШУ, ТОЛЬКО НЕ ЭТО, ЭТО ТАК ЖЕСТОКО! ЛУЧШЕ УБЕЙ! - стонал папа.
- Спасибо, что напомнил…
Думаете, в этой ситуации я поинтересовалась, что там папа говорил про вампиров? Или, может, я задала вопрос, почему я так хорошо вижу и слышу, и почему у меня ничего не болит?.. Или я поинтересовалась, почему папа с мамой бегали на такой скорости? Ошибаетесь.
- Что такое секс? - растерянно поинтересовалась я у Эдварда, сидящего на моей кровати.
(от лица Эдварда)
- Милая, ты стала вампиром, - тихо сказал я. - Теперь ты будешь жить вечно, пить кровь животных. На солнце твоя кожа будет сиять.
- Это я поняла, а что такое секс?
- Мне откуда знать? Папа вернется - ты у него спроси… - зло усмехнулся я,- Ладно, секс - это когда муж и жена выражают свою любовь друг к другу…
- … Они трахаются, я знаю, мне Луиза рассказала! - пискнула моя любовь, глядя на меня кристально чистыми глазками. - А что такое секс?
Я потрясенно уставился на нее. Видя мои огромные глаза, Белла разочарованно вздохнула и, направившись на первый этаж, крикнула на весь дом:
- Дедушка Карлайл! Расскажи мне, что такое секс! Я знаю, что такое трахаться, а что такое секс – не знаю!
Раздался удивленный вскрик Эсми, звон разбитой чашки, Эллис от неожиданности разорвала свое новое платьице, Карлайл резко обернулся в сторону лестницы, на которой была Белла (в результате чего книга в руках отца рассталась со своей второй половиной), Джаспер, который находился в гараже, резко распрямился и своей головой раздолбил днище «Жука» Эллис…
Да… В то, что она стала вампиром, Белла легко поверила…
Я вздохнул. Внизу Карлайл увел Беллу в свой кабинет, и принялся торопливо объяснять про половые отношения. Сквозь мысли отца я видел образ моей Беллы. Она была прекрасна - совершенные черты лица, прекрасные алые выразительные глазки, которые ей очень шли, нежная фарфоровая кожа, губы с изящным изгибом… Внезапно я осознал, что я не стал любить ее больше. Это тело было очень милым, но все было… неправильным. Она не должна находиться в теле ребенка, просто по ее развитию это видно. Она знает куда больше, чем пятилетний, или даже, двенадцатилетний ребенок. Она пережила больше, чем многие, но чуть меньше, чем Эсми или Розалии. Белла не была сломлена, она, словно металл, прошла закалку, стала сильнее. Ее уже не так просто сломать.
Я знал, что мне не будет достаточно того, что у меня есть сейчас. Я хотел бы, чтобы моя любимая достигла совершеннолетнего возраста, полюбила меня, вышла за меня замуж, и только тогда стала бы вампиром. Я ведь даже поцеловать ее не смогу…
Но гораздо хуже было другое. Со временем Белла вырастет интеллектуально, возможно, полюбит, но ее тело будет для Беллы подобно темнице - тесным. Каждый день покажется ей вечностью - быть на уровне пятилетки навсегда - ужаснее не может быть!
- Эдвард! - крикнула Розалии. Я просидел в своих мыслях настолько долго, что пропустил момент, когда стемнело, и Розалии с Эмметтом вернулись из леса.
Белла хотела рассказать нам свою историю. Этого бы я не пропустил ни за что.
Она стояла около окна, спиной к нам. Я плюхнулся на диван и устремил взор на Беллу. В девочке была странная уверенность и спокойствие. Ее выросшие волосы красивыми кольцами вились, спадая между лопаток. Девочка выдохнула:
- Я родилась пять лет назад в Лондоне…- начала кроха свое невеселое повествование с удивительным спокойствием. Следующие полчаса она пересказывала нам свою биографию.
Лучше бы она плакала. Лучше бы тряслась в конвульсиях рыданий. Все, что угодно, только не это пугающее равнодушие.
Белла не преувеличивала и не преуменьшала своих страданий. Она просто констатировала факты. Она не упустила того, что хотела повеситься, как ее мама, но ее больные на тот момент ноги не позволяли подняться на табуретку.
Розалии на протяжении рассказа плакала сухими слезами на плече Эмметта.
Джаспер мужественно боролся с эмоциями семьи. Эллис просто тихо слушала Беллу.
Эсми в ужасе вспоминала о том, какого это - потерять ребенка, и невольно сравнивала сестренку Беллы, Спику, со своим умершим ребенком.
А мысли Карлайла были хуже всего - он сопоставил факты и осознал, что Луиза Гольман из Публичного Дома Лондона, самая отъявленная проститутка - это и есть сестра Беллы. И внешность, и возраст соответствуют описанию Беллы.
Белла просила нас не говорить о том, как нам жаль о том, что произошло. Она просила просто забыть, или не подавать виду, что мы помним.
Мы решили сводить Беллу на ее первую охоту. Я думал, что хуже уже не будет? Поверьте мне, я ошибался…

0

4

- Белла, прекрати! Пусти его! - рычал я, пытаясь вырвать тело охотника из пальчиков малышки. Девочка крепко присосалась к шее несчастного…
- Ну хватит! - упрашивал ее Джаспер.
- Но я хочу! - отозвалась Белла. Ее голос был чем-то средним между рыком и шипением.
Мы с Эллис наконец-то вырвали несчастного из Беллиной цепкой хватки. Он был мертв, кости превращены практически в труху. Н-да…
Девочка, как только мы убрали от нее тело, пригнулась к земле, опустившись на четвереньки, и зарычала, подобно дикому зверю. Ее глаза дико горели.
Странное дело, если дома она вела себя нормально, ее жажда не давала о себе знать, но в лесу… В лесу ей просто башню срывало, Белла становилась неуправляемой.
- Милая, ничего страшного… Со всеми бывает! - попыталась утешить ее Розалии.
- Да… Осталось найти новую кровь… - пробормотала девочка, с сожалением глядя на безвольную тряпку - то, что раньше было человеком.
Белла заметила, что ее пальчики чуть-чуть вымазались в крови. Она издала ликующий клич, и принялась жадно облизывать их.
- Фу, Белла! Прекрати немедленно. Это же неприлично! - сморщилась Эллис. Белла оскалилась на нее и зашипела.
- Дочка, не шипи на тетю! Прояви уважение! - вмешался Эмметт.
Белла набрала воздуха, чтобы что-то сказать, но…
Она резко повела носом, как Ищейка. Девочка повернулась на север и быстрыми прыжками помчалась к шоссе. Она учуяла людей…
Мы не могли остановить ее. Белла бегала на четвереньках быстрее, чем я на своих двоих. Она была похожа на животное, быстро приближаясь к дороге. Моя бедная, запутавшаяся девочка, передвигалась не грациозно, это больше похоже было на способ бега Голлума из «Властелина Колец». В считанные секунды она скрылась у нас из глаз, через полминуты достигла дороги. Мы подоспели через минуту.
По шоссе двигалась красная машинка. Внутри за рулем сидела девятнадцатилетняя девчонка. Девушка думала о своей работе в библиотеке, о том, что дома ее ждет любимый муж по имени Дон, о том, что на выходные неплохо было бы испечь пирог. Ее мысли были пронизаны светом и чистотой и полны любви. Заметив Беллу, девушка остановила машину.
Белла выволокла девушку из автомобиля. Та не кричала, не сопротивлялась, она боялась за ребенка, которого носила под сердцем. Я навсегда запомню полные ужаса глаза первой жертвы Беллы, когда Белла разорвала горло девушке, и принялась жадно хлебать кровь девушки, заглатывая ее вместе с внутренностями девушки. Я запомню, как мы отрывали Беллу от девушки, как Белла дико рычала и вырывалась. Я запомню эту убитую девушку потому, что она так сильно была похожа на Беллу…
Тот охотник не считался первой жертвой Беллы. Откровенно говоря, он первым напал - сначала Белла честно лазала по кустам, выискивая полевок, но этот придурок, услышав шелест веток, выстрелил наугад. Белла испугалась, вдохнула и потеряла рассудок.
Но эту девушку Белла почуяла, выследила, заманила и убила, а затем выпила исключительно сама. Я запомню Безымянную убитую девушку и ее ребенка Стиви Рей, который рос у нее в животе, чтобы никогда больше не повторить своей ошибки, не отпускать Беллу одну охотиться.
Мы похоронили девушку в лесу. Карлайл заказал ей надгробие. На нем было высечено:
«Здесь упокоились нерожденная Стиви Рей и мать ее.»
Вечером все были подавлены, кроме Беллы. Она согласилась, что убить беременную - это ошибка, и обещала не повторять этого. Но нас ждало сильное разочарование - Белла отказалась принимать наш образ жизни. Она хотела питаться людьми.
Карлайл заявил, что это - ее выбор. Никто не хотел принуждать ее к вегетарианству, но Белле поставили условия. Эмметт первым подписал эти условия как «Свод законов Изабеллы Мари Каллен»
1. Белле категорически запрещалось питаться в Лодноне. Как говорится, невежливо гадить в том месте, где живешь;
2. Запрещено убивать детей;
3. Запрещено убивать беременных;
4. Запрещено оставлять своих жертв в живых;
5. Запрещено обращать людей в вампиров;
6. Запрещено являть людям свою вампирскую сущность;
7. Запрещено навязывать кому-либо из Калленов свою диету;
8. Запрещено показываться дома в крови, перед походом домой необходимо смыть с себя следы охоты(этот пункт был включен из-за Розалии. Она итак с трудом приняла решение дочери);
9. Запрещено грубить семье;
10. Запрещено спрашивать, что такое секс.
А время шло. Спустя восемь месяцев все уже привыкли к горящим алым огнем глазам малышки Беллы. Она каждую неделю уезжала на охоту либо в Финикс, либо в Денвер, изредка в Солт-Лейк-Сити. Белла не могла питаться все время в одном городе, такое количество убийств привлекло бы много общественного внимания.
Белла научилась играть на рояле, они с Эдвардом просиживали все вечера напролет за клавишами. Они были неразлучны, как близнецы.
(от лица Джаспера)
Я замечал изменения, происходящие с Беллой. Она больше не чувствовала себя маленькой, девочка росла интеллектуально не по дням, а по часам. Эллис заметила, что Белла может неделями не притрагиваться к своим игрушкам - они ей просто надоели. Белла вела себя сдержанней, прямо как Эдвард. Вскоре я почти перестал замечать в этой вампирше черты нашей старой Беллы. Девочки, которая постоянно улыбается, обожает своего игрушечного утенка Утю, любит придумывать сказки и смотреть на облака, больше не было. Я должен был привыкнуть, что Белла больше не любит детские мультики, зато обожает смотреть «Голую правду» и «Однажды в Вегасе», что Белла читает книги для взрослых, например, «Мертвые души» или «Ревизор». Но мне было сложно смиритьcя, что моя племянница чувствует что-то к Эдварду. Она росла, соответственно, как всякая девушка, мечтала о любви и тепле, Белла чувствовала, что Эдвард готов ей это подарить, не требуя ничего взамен, а это девочки очень ценят. Словом, она ни на секунду не отлучалась от Эдварда (к великой радости последнего), а стоило на нее надавить, как девочка, прикрываясь своим пятилетним обличьем, начинала деланно всхлипывать. Как видите, наш ребенок оказался хитрюгой.
Нас беспокоили проблемы Беллы. Нет, с самоконтролем все было более-менее стабильно, но меня беспокоило другое. В лесу девочка передвигалась не иначе как на четвереньках, рычала и шипела, как животное, она была похожа на страшного зверя с дикими глазами, во время охоты она не узнавала никого из нас, она на время отключала свою человечность.
Белла начала меняться в худшую сторону. Она начала грубить родным, частенько сутками пропадала в лесу.
Однажды, когда прошла неделя с тех пор, как Белла ушла в лес, Розалии не выдержала. Она пошла искать маленькую засранку в чащи диких лесов. Вернулась сестра совершенно обалдевшая и расстроенная. Розалии буквально за ухо приволокла домой Беллу. Оказывается, малая все это время жила в лесу, передвигаясь исключительно на четырех конечностях, за неделю почти уподобилась животному. Но доконало Розалии другое. Когда она увидела, ЧТО натворила ее обожаемая доченька, сердце матери не выдержало. Роуз надавала дочери пощечин. Белла все это время уходила в лес не справляться с жаждой, как думали все мы, а напротив: Белла устраивала кровавые пиршества, наваливая горы трупов. Потом малолетняя засранка так ловко все убирала, что мы не догадывались ни о чем. Изощреннейшей убийцей оказалась. Словом, такому насыщенному цвету глаз Белла была обязана тем, что каждый раз так насасывалась кровью, подобно обожравшемуся клещу, что чуть не лопалась. Да, переходный возраст у Беллы проходил необычно…
В гостиной собралась вся семья, все были подавлены, а Эдвард - больше всех.
- Боже, Белз… Зачем ты это сделала? - шептала Эсми со слезами на глазах.
Розалии была совершенно подавлена, она даже говорить не могла.
Белла насупилась, в ее глазках стояли слезы. Она подавленно опустила головку.
- Дочь, объяснись, - потребовал Карлайл.
И вдруг Белла вскинула голову, и по-звериному заверещала:
- А что мне оставалось делать? Вы думаете, легко осознавать, что всю вечность проведешь в тесном детском теле?! Боже мой, да вам все равно, что мне сложно! Вы предпочитаете улыбаться и делать вид, что все в порядке! Лучше бы я умерла! - Белла извергала на нас весь свой поток матных ругательств - прежней маленькой Белле такое и в голову бы не пришло.
Я не думал, что Белла знает такое количество брани, такие слова можно ожидать от какого-нибудь грязного бродяги, но уж никак не от пятилетнего ребенка.
Эмметт молчал. Он слушал это и становился темнее лицом. Увидев состояние Розалии, он не вытерпел. В Эмметте проснулся папочка.
Он подошел к визжащей дочери и угрожающе спокойно спросил:
- Ты закончила?
Белла потрясенно заморгала, оборвавшись на половине гневного предложения. Эмметт отвесил девочке такую затрещину, что новорожденная вампирша не удержалась на ногах. Или, может, она за эту дикую неделю в лесах не привыкла ходить как человек, и теперь плохо удерживалась на задних конечностях?..
Эмметт запер Беллу в детской, на прощанье возвестив:
- Можешь забыть на месяц об убийствах.
- Что?! Я не буду есть падаль вроде оленей! - заорала девочка.
- Я не собираюсь тебя приучать к нашей диете, это не стоит таких усилий с моей стороны. Это время будешь питаться донорской кровью.
- ЧТО?! Нет, я не смогу, умру, не выдержу!
- Потерпишь, - процедил сквозь зубы Эмметт и оставил Беллу в одиночестве. Что же, она заслужила. Обидно, что мы пропустили момент, когда моя племянница превратилась в отвратительное кровососущее животное. В ней осталась человечность, но так мало…
Розалии зашлась в рыданиях, вцепившись в обивку дивана…

А время шло. Спустя восемь месяцев все уже привыкли к горящим алым огнем глазам малышки Беллы. Она каждую неделю уезжала на охоту либо в Финикс, либо в Денвер, изредка в Солт-Лейк-Сити. Белла не могла питаться все время в одном городе, такое количество убийств привлекло бы много общественного внимания.
   Белла научилась играть на рояле, они с Эдвардом просиживали все вечера напролет за клавишами. Они были неразлучны, как близнецы.
(от лица Джаспера)
  Я замечал изменения, происходящие с Беллой. Она больше не чувствовала себя маленькой, девочка росла интеллектуально не по дням, а по часам. Эллис заметила, что Белла может неделями не притрагиваться к своим игрушкам - они ей просто надоели. Белла вела себя сдержанней, прямо как Эдвард. Вскоре я почти перестал замечать в этой вампирше черты нашей старой Беллы. Девочки, которая постоянно улыбается, обожает своего игрушечного утенка Утю, любит придумывать сказки и смотреть на облака, больше не было. Я должен был привыкнуть, что Белла больше не любит детские мультики, зато обожает смотреть «Голую правду» и «Однажды в Вегасе», что Белла читает книги для взрослых, например, «Мертвые души» или «Ревизор». Но мне было сложно смиритьcя, что моя племянница чувствует что-то к Эдварду. Она росла, соответственно, как всякая девушка, мечтала о любви и тепле, Белла чувствовала, что Эдвард готов ей это подарить, не требуя ничего взамен, а это девочки очень ценят. Словом, она ни на секунду не отлучалась от Эдварда (к великой радости последнего), а стоило на нее надавить, как девочка, прикрываясь своим пятилетним обличьем, начинала деланно всхлипывать. Как видите, наш ребенок оказался хитрюгой.
   Нас беспокоили проблемы Беллы. Нет, с самоконтролем все было более-менее стабильно, но меня беспокоило другое. В лесу девочка передвигалась не иначе как на четвереньках, рычала и шипела, как животное, она была похожа на страшного зверя с дикими глазами, во время охоты она не узнавала никого из нас, она на время отключала свою человечность.
   Белла начала меняться в худшую сторону. Она начала грубить родным, частенько сутками пропадала в лесу.
   Однажды, когда прошла неделя с тех пор, как Белла ушла в лес, Розалии не выдержала. Она пошла искать маленькую засранку в чащи диких лесов. Вернулась сестра совершенно обалдевшая и расстроенная. Розалии буквально за ухо приволокла домой Беллу. Оказывается, малая все это время жила в лесу, передвигаясь исключительно на четырех конечностях, за неделю почти уподобилась животному. Но доконало Розалии другое. Когда она увидела, ЧТО натворила ее обожаемая доченька, сердце матери не выдержало. Роуз надавала дочери пощечин. Белла все это время уходила в лес не справляться с жаждой, как думали все мы, а напротив: Белла устраивала кровавые пиршества, наваливая горы трупов. Потом малолетняя засранка так ловко все убирала, что мы не догадывались ни о чем. Изощреннейшей убийцей оказалась. Словом, такому насыщенному цвету глаз Белла была обязана тем, что каждый раз так насасывалась кровью, подобно обожравшемуся клещу, что чуть не лопалась. Да, переходный возраст у Беллы проходил необычно…

0

5

В гостиной собралась вся семья, все были подавлены, а Эдвард - больше всех.
- Боже, Белз… Зачем ты это сделала? - шептала Эсми со слезами на глазах.
  Розалии была совершенно подавлена, она даже говорить не могла.
Белла насупилась, в ее глазках стояли слезы. Она подавленно опустила головку.
- Дочь, объяснись, - потребовал Карлайл.
  И вдруг Белла вскинула голову, и по-звериному заверещала:
- А что мне оставалось делать? Вы думаете, легко осознавать, что всю вечность проведешь в тесном детском теле?! Боже мой, да вам все равно, что мне сложно! Вы предпочитаете улыбаться и делать вид, что все в порядке! Лучше бы я умерла! - Белла извергала на нас весь свой поток матных ругательств - прежней маленькой Белле такое и в голову бы не пришло.
   Я не думал, что Белла знает такое количество брани, такие слова можно ожидать от какого-нибудь грязного бродяги, но уж никак не от пятилетнего ребенка.
  Эмметт молчал. Он слушал это и становился темнее лицом. Увидев состояние Розалии, он не вытерпел. В Эмметте проснулся папочка.
   Он подошел к визжащей дочери и угрожающе спокойно спросил:
- Ты закончила?
  Белла потрясенно заморгала, оборвавшись на половине гневного предложения. Эмметт отвесил девочке такую затрещину, что новорожденная вампирша не удержалась на ногах. Или, может, она за эту дикую неделю в лесах не привыкла ходить как человек, и теперь плохо удерживалась на задних конечностях?..
  Эмметт запер Беллу в детской, на прощанье возвестив:
- Можешь забыть на месяц об убийствах.
- Что?! Я не буду есть падаль вроде оленей! - заорала девочка.
- Я не собираюсь тебя приучать к нашей диете, это не стоит таких усилий с моей стороны. Это время будешь питаться донорской кровью.
- ЧТО?! Нет, я не смогу, умру, не выдержу!
- Потерпишь, - процедил сквозь зубы Эмметт и оставил Беллу в одиночестве. Что же, она заслужила. Обидно, что мы пропустили момент, когда моя племянница превратилась в отвратительное кровососущее животное. В ней осталась человечность, но так мало…
   Розалии зашлась в рыданиях, вцепившись в обивку дивана…

(от лица Эдварда)
- Зачем ты пришел?- голос Беллы эхом разнесся по подвалу.
   Прошел день с того события. Ее выпустили из детской, но, когда речь зашла о лесе, Эмметт заорал так, что с потолка штукатурка откололась:
- НЕТ! Она наказана!
   И вот теперь Белла сидит в подвале, который мы с ней когда-то переоборудовали в дом музыки. Ее пальчики тихо перебирали клавиши.
- Белла… Я не собираюсь тебя ругать.
- Да? Тогда зачем ты пришел?
   Услышав ее грустный голосок, я отбросил сомнения. Я пересек комнату и сел рядом с ней на скамеечку. Белла не смотрела на меня, старательно делая вид, что меня тут нет.
  Я аккуратно взял ее за подбородок и повернул ее личико к своему (электричество насквозь прошло через мои пальцы) и произнес:
- Белла, мы тебя любим и хотим помочь. Я тебя люблю. И ты это поняла. Я знаю, ты девочка неглупая и уже догадалась о моих чувствах к тебе.
- Пусть так. - Белла вырвалась из моих рук и отстранилась. Ее пальцы вновь запорхали по клавишам, наигрывая какую-то мелодию.
- Чего ты добиваешься? - спросил я. - Джаспер чувствует, что ты можешь контролировать себя. Ты могла не убивать этих людей.
- Могла бы. Но я этого не сделала, - тихо сказала Белла и начала тихо напевать:
- Останься со мной…
Я… Я хочу увидеть тебя снова…
Не покидай меня…
- Белла. Я знаю, что по развитию тебе приблизительно шестнадцать лет, - шепнул я.- Скажи мне, у нас есть шанс? Ты чувствуешь что-нибудь ко мне?
  Белла прервала мелодию и поднялась:
- Я чувствую, что люблю тебя. И - нет, у нас нет ни единого шанса. Мне пять, тебе семнадцать. О чем тут может быть речь? - Белла ушла из подвала к себе, а я так и остался сидеть на месте. Все мои надежды рухнули в один миг.
  Ей пять, мне семнадцать. Действительно, на что я надеялся? Со стороны будет выглядеть, будто взрослый подросток-педофил пристает к собственной племяннице.
  Я должен был уйти, но прежде всего, рассказать все Розалии и Эмметту. Я не могу больше врать им, делая вид, что все в порядке. Они имеют право узнать правду. Возможно, злость Эмметта переключится на меня, и они с Беллой помирятся.
   Я вошел в гостиную и попросил минуточку внимания…

- Значит, ты любишь Беллу,- произнес Эмметт после моего рассказа. - И она все знает о твоих чувствах…
  Розалии бы убила меня, но после вчерашнего у нее не было сил даже на то, чтобы переодеться. Теперь она просто хмурилась, лежа на пушистом ковре.
- Ты знал? - обратилась она к Джасперу.
- Да. Знала Эллис. И пришлось рассказать Карлайлу - нам нужен был совет, - вздохнул Джаспер.
- И мы, счастливые родители, разумеется, узнали о том, что происходит, последними… - хмыкнула Розалии.
  Было странно то, что эмоциональнее всех отреагировала Эсми: у нее в глазах потемнело, а в мозгу забилась фраза: «Господи, сколько всего навалилось!» Честное слово, мама даже позеленела маленько…
- Я должен уйти, - тихо сказал я.
- Зачем? - удивилась Эллис.
- Сын, судя по твоему рассказу, Белла отреагировала спокойно на то, что ты ей сказал. Ты ее не испугал, не обидел, скорее наоборот… - сказал отец.
- И вообще, если моя… наша избалованная дочь думает, что мы будем ходить у нее на поводу, то придется купить машинку - губу закатывать, - вставил слово Эмметт. - Она пытается манипулировать Розалии - обвиняет нас в своем обращении - пытается самоутвердиться на тебе… И вообще, если бы ей так не нравилась наша жизнь, то- пожалуйста! - о Вольтури мы ей рассказали, дорогу до аэропорта она знает, билет до Италии мы оплатим, не вопрос. Почему тогда она не думала о самоубийстве?
- Я вам отвечу: она привыкла добиваться того, что хочет! А умирать не входит в планы Беллы, - торжественно провозгласила Эллис.
- Жаль, что нельзя ее за уши к вегетарианству притащить! - Розалии выразительно посмотрела на Карлайла.
  Тот покачал головой:
- Ничего не могу сделать. Если бы ее ум был затуманен жаждой, тогда я помог бы. Но это выбор Беллы, я не могу ее заставить.
- Вы правы, - раздался холодный голос Беллы. - Вы все правы.
Мы удивленно обернулись на лестницу. Белла прищурила алые глазки:
- Эдвард не должен уезжать. А вегетарианцам и природному вампиру очень трудно ужиться под одной крышей. Уйду я, но не он.

(от лица Розалии)
Прошло почти восемь лет. Белла все-таки ушла. Эллис не желала заглядывать в ее будущее, потому что она была зла на Беллу из-за ее выбора. Все шло наперекосяк. Я хотела взять себе ребенка из приюта, но не могла. Они все были… не моими, чужими. Я видела не их, а мою дочь. Мне нужен был мой ребенок. Моя дочка…
   Боже, почему мы так легко тебя отпустили?!  Как я могла усомниться в тебе? Ты незаменима для меня… Боже, помоги ее вернуть!
  Я сама не заметила, как стала молиться Богу. Эмметт не разделял со мной моего сумасшествия, но и не мешал. Он считал себя виноватым в том, что произошло с ней… Эллис старалась забыть, просто забыть. Она так и не смогла простить Белле тех страшных картин убийств, которые  приходилось созерцать в видениях. Джаспер ушел. Просто ушел. Он, в отличие от нас, хоть как-то пытается ее вернуть. Наверное, Эллис обижается на Беллу еще и из-за этого…

( от лица Беллы)
Предо мной высился великолепный город, залитый солнцем. Я сидела в тени леса. Может быть, зря все это? Вольтури, скорее всего, и слушать-то меня не станут. Хотя попытаться стоит…
  Я накинула на голову капюшон ветровки и вышла на солнце. Слава Богу, моя кожа скрыта мягкой тканью, и не сияет, подобно стразам Пэрис Хилтон.
   Я плавно вошла в людской поток, идущий в ворота Твердыни Вампиров. Я слышала, как аппетитная жидкость несется по венам и артериям этих существ, как стучат их сердца… Рот автоматически наполнился ядом, но пришлось одернуть себя - я здесь не для этого, придется потерпеть жжение в горле до следующей охоты!
   Поверьте, это было нелегко. Особенно когда передо мной выплясывала какая-то девчонка лет восьми. Она держалась за руку мамы. Увидев меня, она поняла, что в плане красоты со мной состязаться не стоит. Тогда девчонка начала выставлять свою дурацкую куклу напоказ, вертеть туда-сюда своей тупой башкой с идиотскими хвостами и показывать мне язык. Я не могла оторвать взора от пульсирующей артерии ребенка. По ее венам неслась ароматная кровь, не испорченная пока еще химикатами чипсов, жвачек, и прочей пакости. Я торопливо отошла от девчонки.
   Ноги сами несли меня по узким улочкам Вольтерры. Да, несомненно, они уже знают о том, что на их территории чужак. Мне навстречу выступили из тени две фигуры в плащах. Вампиры.
   Они одобрительно усмехнулись, увидев цвет моих ангельских глазок. Да, ребятки, я играю за вашу команду!
- Кто ты, незнакомка? И что привело тебя к нам? - спросил высокий темноволосый красавец.
- Мое имя - Изабелла. У меня личное дело к клану Вольтури, - ответила я.
  Парень пониже с любопытством осмотрел меня. Я смутилась - чего он пялится на меня, будто я на подиуме? Да, физически мне пять лет, и что из этого?
- Пойдем за нами, - они развернулись и буквально полетели по переулку. Я еле-еле успевала за ними…

   А дальше начало происходить такое… Аро оказался какой-то напомаженный голубой. Сначала он облапал Жирного (Феликса), а потом принялся за Мачо (Деметрия).
- Могу я? - Аро протянул в мою сторону свою костлявую руку.
И тут я возмутилась:
- Блин, несправедливо! Я че, так на мужика похожа?!
Не хватало еще принять участие в их оргиях. Фу! Все, больше в жизни к Вольтури за помощью не приду!
  Голубой удивленно смотрел на меня. Потом он схватил меня за руку. Я испуганно закричала, а он ахнул, глядя на то место, где у меня должна была быть грудь:
- Я ничего не вижу!
Звук пощечины разрезал воздух. Все в зале ахнули, а Аро дернулся и выпустил меня.
- ИЗВРАЩЕНЕЦ! - проскрипела я и, сдерживая слезы, бросилась прочь из зала. Уроды…

- Эй! Подожди!- меня догнал парень по имени Феликс.

  Я остановилась.
- Что с тобой? - тихо спросил Феликс, опускаясь предо мной на колени, чтобы заглянуть в мое личико.
- Ваш Аро - гад, - пробурчала я. - Он смотрел на мою грудь…
Феликс весело расхохотался:
- Изабелла, он не это имел в виду. Дело в том, что у тебя нестандартный рост. Аро впервые читает мысли ребенка, ты его дезориентировала.
- Читал… Мысли?.. - спросила я. Боже, я чувствую себя полной дурой!
- Ну да! Ха! У тебя было такое лицо, будто тебя сейчас вырвет! - Феликс поднял меня на руки. Ненавижу, когда кто-либо так делает - сразу чувствуется то, что я нахожусь в теле ребенка. Но сейчас, когда я испугана и растеряна, крепкие отеческие объятья - самое оно.
  Я уткнулась в плечо великана, пряча слезы и вдыхая его запах.
- Куда мы? - пробормотала я.
- Тебе надо отдохнуть, - Феликс усмехнулся.
- Что смешного? - рыкнула я.
- Ничего, просто… впервые вижу, чтобы у пятилетнего вампирского ребенка была такая выдержка. Обычно мы уничтожаем вампирских детей. - Феликс занес меня в какую-то комнату. Услышав его слова, я затряслась от страха.
- Ты не бойся. Ты особенная, да к тому же, ты сама сюда пришла, что очень необычно. Не у каждого хватает выдержки заявиться к Вольтури, - Феликс опустил меня на пол.
   Мы находились в роскошной комнатке. Посередине была кровать, застеленная алым шелковым покрывалом. Стояли два кресла, журнальный столик у стены. Был небольшой книжный шкаф и гардероб, стены украшали красивые картины. И все вокруг пропахло Феликсом.
- Это же твоя комната! - удивилась я.
- Ничего, зато так я смогу присматривать за тобой, - Феликс засмеялся, видя на моем лице гамму эмоций.
- Ох… Мне… Необходимо переодеться…- пробормотала я.
- Ванная тут. - Феликс указал на небольшую дверь. - В каждой комнате замка своя ванная. Я подберу тебе одежду твоего размера.
Парень исчез за дверью. Я направилась в ванную и пустила горячую струю в ванну. На ванной полочке мною были обнаружены различные пены для ванн - преимущественно мужские, но мне все равно.
Феликс принес мне девчачье до тошноты платье. Я скептически осматривала это небесно-голубое великолепие. Вообще голубой цвет - мой любимый, но это платье… детское! Эти идиотские рюшечки и кружева, дурацкие оборочки - от них меня сейчас вырвет!
- Эй, личико попроще! - набычился Феликс.
  Я хихикнула и умчалась мыться.
  Когда я наконец-то оказалась в тепле воды, я расслабилась. Итак, подведем итоги: я в Вольтере, успела оскорбить Аро и понравиться Феликсу. Последнее достижение - самое лучшее.
   Да, в этом платье я выглядела как вампирша-извращенка. Я была похожа на ребенка-убийцу из фильма ужасов - ангельское личико, нежная улыбка в сочетании с налитыми кровью глазами… Брр! Мороз по коже! Хотя… В этом что-то есть…
   Где-то пару лет назад до меня дошел слух, будто бы существует лекарство от вампиризма. И владеют им Вольтури. Правда это или нет, но я должна хотя бы попытаться снова стать человеком.
 
- Ты выглядишь… мило, - прохихикал Феликс, когда я вышла из ванной, облаченная в этот голубой ужас.
   Я угрожающе глянула на вампира.
- Нет, правда-правда! Ты должна понравиться Аро в таком детском виде. - Феликс усадил меня на высокую тумбу к себе спиной и принялся колдовать с моими волосами.
- Боже, у меня не получится ничего! Я оскорбила вашего главного - что может быть хуже! - простонала я, пряча лицо в ладонях.
- Эй, перестань, малыш! Аро понимает, что ты испугана, - Феликс провел щеткой по моим волосам.
- Не называй меня малышом! - буркнула я, соскакивая на пол.
- Ладно. Тогда… Ты будешь Красавицей! Нет, правда! Belle- это красивая с итальянского.        Парень вел меня к залу. Я с любопытством осматривала красивый коридор.
  Мимо меня прошла целая толпа людей. ЛЮДЕЙ! Я что-то пропустила?
На мой совершенно офигевший взгляд Феликс засмеялся и, наклонившись ко мне, шепнул:
- А вот и наша еда! Хочешь подкрепиться?
  При мыслях о теплой вкусной крови у меня в глазах потемнело, жажда жалобно заскреблась где-то в горле, рот наполнился ядом.
  Увидев мои потемневшие зрачки, Феликс усмехнулся.
   Когда мы вошли, пол зала уже был залит кровью. Валялось несколько тел, вампиры выбирали себе жертв и стремительно опустошали их. Я захотела слизывать кровь с пола, но смогла уговорить себя немного переждать. Феликс кивнул Аро и, схватив какую-то девушку, приник к ее шее. Запах крови заполнил мои легкие. Феликс на миг оторвался от обмякшей жертвы и посмотрел на меня. Я увидела ароматную алую кровь на его губах. С трудом удержавшись от того, чтобы слизнуть ее, я обернулась в сторону сбившихся в кучку скулящих людей. Я направилась к ним. Женщина испуганно всхлипнула:
- Что тут происходит?
- Мне очень жаль, но я так голодна… - вздохнула я. - Обещаю, если это сделаю я, то будет совсем не больно, даже приятно…
  Некоторые вампиры заставляют жертву мучиться с помощью своих зубов. Я не такая - мои укусы доставляют легкое удовольствие, умирая от потери крови, разум человека затуманивается, он просто засыпает и не просыпается.
  Я нежно обняла крохотного мальчика и тихо шепнула ему в ушко:
- Не бойся, все хорошо…
  Он всхлипнул, когда я прорвала его кожицу на шейке. Я тут же убрала зубы и губами присосалась к ранке, из которой мне в рот захлестала кровь. Взгляд мальчика затуманился, и он блаженно улыбнулся. Я жадно глотала его кровь.
  Со стороны это выглядело как нежные объятья двух малышей. За полминуты я высосала жизнь мальчика и отпустила его. Малыш с глухим стуком повалился на каменный пол. На моих губках осталась кровь, которую я тут же облизала.
  Феликс подтолкнул ко мне женщину - ту, что задала мне вопрос, кажется, она - мама убитого мной малыша. Я быстро повалила ее на пол - я маленького роста, поэтому мне сложно дотягиваться до ее шеи - и взглянула в глаза женщине. Ее серые зрачки были почти не видны за слезами. Я быстро выпила ее и оставила на полу.
  Пир закончился - тела убрали из зала, пол протирали хлоркой от крови, несколько вампиров ушли переодеться. Ни я, ни Феликс не забрызгались едой - я пила кровь из крохотных ранок, я не раздирала плоть зубами, как это делала раньше, а Феликс был достаточно опытен для подобных мелочей.
- Итак, Изабелла! - воскликнул Аро. - Что же привело тебя сюда?
- Я хочу стать человеком. Я думала, Вы можете мне помочь, - тихо сказала я.
- Сожалею, но это невозможно, - взгляд Аро поскучнел.
- Тогда убейте меня. Я не могу, не хочу больше жить в теле пятилетки, - вскрикнула я.
  Аро внимательно посмотрел на меня. Он вздохнул:
- Все так плохо?
- Хуже не бывает. Я потеряла семью, приемных родителей, дом, я потеряла все. В мире нет ни одного человека, который бы любил меня, - произнесла я.
  Аро задумался, а потом изрек:
- Изабелла… Видишь ли, есть последний экземпляр лекарства, которое может тебе помочь. Оно может вернуть тебя к жизни.
- Я так поняла, что есть несколько «но», - усмехнулась я.
- Точно. Видишь ли, есть риск, что твой организм может не выдержать нагрузки и загнется. В пяти случаях из десяти так и было.
- Я готова рискнуть, - решительно сказала я.
- Но это еще не все. Ты забудешь, что когда-то была вампиром, ты забудешь период, когда жила в обличье вампира. Твои воспоминания жизни до обращения превратятся в смутные тени. Ты забудешь лица всех, кого любила, ты останешься совсем одна, - безжалостно говорил Аро.
- Мне действительно нужно это, - настаивала я.
- И запомни: Вольтури ничего так просто не дают. За все нужно платить.
- И какова плата за последний экземпляр чудесного элексира?
- Сравнительно невысокая. Ты останешься в Вольтере. Не навсегда, разумеется. Ты будешь служить нам пять лет, - излагал Аро.- И после превращения в человека ты останешься с нами минимум на десять лет - мы должны наблюдать тебя.
- Согласна, - вымолвила я, и эхо от моего голоса прошлось по залу. Я подписала себе приговор.

(Спустя какое-то время)
  Прошло шесть лет. Белла очень сблизилась с Феликсом, Деметрием, Алеком, Джейн и Аро. Первое время девочка общалась только с Феликсом, не отходя от него ни на шаг, и получила прозвище «Хвостик». Постепенно она стала общаться и с остальными членами клана, а те прикипели к ней душой. Разумеется, Белла скучала по Калленам и мечтала вернуться к ним снова, но постепенно она вспоминала их все реже и реже, мечтала о них все меньше, и вскоре забросила мечту о возвращении куда-то на задворки своего сознания.
  Год назад девочку обратили в человека. В пробирке находилось лекарство небесного цвета - кровь замученных вампиров. Чтобы мир не охватило безумие, Вольтури держали секретную формулу под замком.
   Теперь глаза девочки были небесно-серого цвета - знак того, что она вернулась с того света.
   Она сидит за мольбертом. На холсте беспорядочно размазаны краски - цвета плавно переходят один в другой.
- Красавица, опять калякаешь? - раздался над ухом голос Феликса.
- Эй! - возмутилась малышка, мазнув по красивому лицу вампира кистью. На щеке телохранителя остался изумрудный мазок. - Ничего ты не понимаешь! Я рисую свое настроение.
- Хм… Если на то пошло, то никто не понимает. - Феликс взял со столика тряпку и принялся вытираться. - Нет, серьезно! Если смотреть на твои картины, то у тебя всегда до тупости оптимистичное настроение, а это не так, ты же депрессия ходячая!
  Белла отмахнулась от лучшего друга и продолжила рисовать.
- Вот что это? - заворчал Феликс. - Что может означать зеленый? То, что тебя тошнит.
- Нет! Это значит, что вы слишком долго держите меня взаперти, в замке. Я хочу с тобой в лес!
- Белла, я повторяю тебе - нет. Аро запретил.
- Ну! Я хочу!
- А не хочу, чтобы ты, как в прошлый раз, гонялась за оленями с криками «Йа креведко!» - возмутился парень. - Пойдем лучше на аттракционы.
- Чтобы меня вырвало, как тогда? Нет уж, избавь меня от этого удовольствия! Ладно, я закончила рисунок.
  Белла вскочила с табурета и изящно выплыла с балкона. Феликс закатил глаза и последовал за своей капризной воспитанницей. Все краски и мольберт потом уберет Джанна, так что это не вопрос.
- Гвендолен, Анна-Лола! - громко крикнула Белла. - Боже, где же они?
Гвендолен и Анна-Лола - это две сестрички-близняшки. Человеческие дети. Их привезли в замок специально для Беллы, чтобы у нее были подруги-ровесницы ее уровня развития. Аро лично подбирал кандидатуры в друзья Изабелле, проверял все - группу крови, родословную, на болезни, искал подходящий характер. Остановились на девочках-близнецах восьми  лет. Их мама разбилась на самолете, а папа умер от рака легких, курение свело в могилу. Но Белла предпочитала им Феликса, так что основную часть своего времени близняшки скучали и дрались между собой.
- Белла? - в комнату влетела Гвен. - Звала?
- Да, я оборалась. Если бы ты, тупоголовая курица, имела хоть каплю мозгов, то пришла бы раньше.
  Да, в этом был значительный минус Беллы - она людей считала грязью под своими голубыми башмачками. Впрочем, ее можно понять. Вольтури считали людей пищей - не более. Живя с совершенными созданиями, которые в ней души не чаяли, кроха с презрением глядела на смертных.
Гвендолен опустила голову:
- Прошу прощения. Больше такого не повторится.
- Ах, впрочем, это уже неважно! - усмехнулась Белла. - Где носит Анну-Лолу?
- Она уже идет, - улыбнулась Гвендолен.
- Хм. Ей придется таскать свою маленькую задницу быстрее, если не хочет, чтобы до Аро дошло, как она справляется со своими прямыми обязанностями, - процедила Белла.
  Феликс уселся на банкетку, а Белла забралась к нему на колени. Парень ухмыльнулся и потрепал воспитанницу по головке. Да, грозности у его маленькой принцессы не отнимешь, хотя ей всего шесть.
- Мне скучно, Гвен, - пожаловалась Белла, дергая рукав своего угольно-черного платья. Да, черный она просто обожает. После голубого это - ее любимый цвет.
  В комнату вбежала Анна-Лола.
- Итак, девочки, все в сборе. Мы будем играть в игру! - захлопала в ладошки Белла.
- А в какую? - улыбнулась Анна-Лола.
Белла грозно сверкнула глазами и слетела с Феликса. Она размахнулась и ударила Анну-Лолу по лицу. Из носа девочки хлынула струйка крови, заставившая Феликса задержать дыхание.
- Похоже, ты за эти недели безделья кое-что забыла, человек! - рычала Белла. - Я тут главная! Я - царь, бог и все остальное! А если серьезно, я велела соблюдать всего одно правило. ОДНО! Не перечить мне и не болтать без моего разрешения!
- Но это уже два… - невнятно пробормотала Анна, пытаясь остановить кровь.
- Что, прости?
- Ничего…
- МЭМ!
- Ничего, мэм…
- Хорошо, - произнесла Изабелла. - Будь любезна, приведи себя в порядок, жалкая. Когда я вернусь, я не хочу видеть малолетних пресмыкающихся. Я хочу увидеть нормальных детей, с которыми можно играть в догонялки.
   Белла вышла из комнаты, оставив растерянных девочек там. Характер у нее не изменился, а наоборот: кроха почувствовала вкус власти. Вампиром она была иной.
- Ты не переборщила? - Феликс осторожно повернул ее личико к себе.
- Нет, - ее лицо было подобно маске. - Феликс, скажи… Почему то, что произошло не отпускает меня? Ты же знаешь, я не такая сука, но… Я так больше не могу!
  Девочка уткнулась в сильное плечо вампира и расплакалась.

0

6

(от лица Изабеллы)
- Милая, как я рад, что у тебя наконец-то появилось настроение для игр!- пропел Аро. Да, мой приемный папочка- третий по счету- души во мне не чает.
  Я подбежала к его трону и получила холодный поцелуй в лоб. Дядя Маркус ласково мне улыбнулся, а Кай усадил к себе на колени.
- Красивая, сейчас прибудет свежая партия людишек. Если не хочешь смотреть на пир, лучше выйти сейчас, потом не получится.- пропыхтел над ухом Алек.
  Да, потом не получится, он прав. Потом, во время пира, я не смогу пройти к дверям без риска для своей жизни. Обезумевшие Стражи вполне могут принять меня за ходячий пакет с пищей. Но с чего это вдруг Алек решил, что я не захочу смотреть? Очень даже захочу. Я уже привыкла, ради того, чтобы не смотреть на зрелище, давно уже переставшее вызывать у меня тошноту, мне слезать с коленей дяди Кая? Ага, сейчас! Спешу и падаю! Да, я человек, но я особенная, я- приемная дочь Аро. Не для кого не секрет, что в будущем, когда я вырасту, Аро выдаст меня замуж. Есть три кандидатуры- Алек, Феликс и Деметрий. Я пока не решила, за кого бы я вышла, но я целиком и полностью полагаюсь на Аро.
  В зал зашли людишки. Они начали осматривать интерьер и фотографироваться. Фу, ненавижу, когда у них режим вспышки. Я так давно не выходила на солнце, а тут еще эти резкие вспышки, этот яркий до невозможности свет. Ненавижу, когда эти презренные создания разбегаются по всему залу, подобно муравьям, а потом весь зал так заляпан кровью, что к двери не пройдешь. Как всегда, я измажу в этой пакости свои голубые чудные сандалики.
- Красивая, ты не против, если я поем?- спросил у меня Кай. Я кивнула и была передана Алеку. Тот прижал меня к себе, попутно ласково пощекотав в ребра, а я расхохоталась, извиваясь, как червяк. Ну почему Алеку так необходимо, чтобы я выглядела похожей на глиста? Ох, не понимаю.
- Да начнется пир!- воскликнул дядя Кай.
   Раздались вопли, от которых у меня аж уши заложило. Затем хруст и бульканье- этим вампирам по сто лет, а они до сих пор себя вести не научились за столом! Фу…
   Я сморщилась, когда чей-то визг достиг мембраны ушей. Ей-богу, будто поросенка режут.
    Но вскоре в зале воцарилась тишина. Я рассматривала точеные черты лица Алека и представляла себя его женой. Наверное, это здорово- осознавать, что он, такой великолепный- и только твой. Я люблю представлять себя возлюбленной вампира- на меньшее я никогда не соглашусь!
   Алек застал меня за наглым подглядыванием, а я покраснела. Нет, не подумайте, я не извращенка 6 лет, все девочки мечтают о своем принце, и я- не исключение!
   После пира я немного поиграла с близняшками. Потом были занятия на фортепьяно. Потом уроки пения. Кстати, когда я вырасту, Аро обещал мне помочь с созданием группы. Музыкальная аппаратура уже куплена и установлена в одном из пустых залов, а барабанщиков, гитаристов и других членов группы папа планирует похитить из человеческого мира. Разумеется, мы никогда не сможем выйти на человеческую эстраду- из-за того, что члены моей группы будут удерживаться в замке насильно- но мы будем петь на приемах Аро. Вернее, петь буду я- у меня уже сейчас довольно развиты голосовые связки. А сейчас я развиваю голос- пою песенки собственного сочинения, четверостишья.
  После пения я иду в танцкласс, он был сделан специально для меня. Меня учит танцевать вампирша по имени Эри. Я не очень люблю танцевать, но я должна быть достойной дочерью главы клана на приемах. Мне нужно уметь правильно ходить, танцевать, разговаривать, меня учат этикету. Мне нравится танцевать вальс и медленный танец, но Эри учит меня танго. Мне казалось, что шестилетнюю меня учить танго рановато- ни один вампир в здравом уме не захочет танцевать немного развратный танец любви с ребенком- но Эри и слушать меня не пожелала. Итак, кроме танго, меня немного учат балету и пластике, также я осваиваю современный танец. Аро настоял. Мне нравится современный танец, особенно хип-хоп. Эри учит меня различным направлениям: R&B, тектоник, хип-хоп, брейк.
- Белла, двигайся плавней!- орала на меня Эри.
Я танцевала вальс. Вот тут мне пригодилась Гвен- она была моим партнером по танцам. Мне повезло, что наши росты почти одинаковы, и у Гвен грация от природы, так что партнер она замечательный, несмотря на то, что человек.
- Изабелла, зайди к Аро после этого урока.- в танцкласс вошел Деметрий.
Ну что опять?

- Аро?- пропела я.- Ты здесь?
- Изабелла, я хочу тебя кое-с-кем познакомить.- Аро вымученно улыбнулся. Так-так, у нас проблемы…
  Он стоял перед троном. Больше в зале никого не было, за исключением группы вампиров перед троном. Я прошла через весь зал и поцеловала папу в холодную щеку.
- Итак, Карлайл, вот та девочка, о которой я говорил.
  Я обернулась и застыла. Вся моя бывшая семья, все они были тут. Дедушка, бабушка, тетя Эллис, дядя Джаспер, папа Эмметт, мамуля Розалии, Эдвард… Уже не мой…
- Разрешите представить вам мою дочь Изабеллу Мари Вольтури. Девочка, которая из вампира превратилась в человека!- торжественно провозгласил Аро.
  Каллены оглядели меня и устремили взгляды на Аро.
- Поразительно!- ахнул дедушка.
- Ее глаза приняли небесный цвет как знак того, что она благословенна.- продолжал Аро.
- Карлайл, мы тут совсем по другому поводу!- закричала мама.- Эллис видела мою дочь у Вольтури!
  Все ясно. Меня не узнали. Горло будто сдавили спазмы.
«Мама, это же я! Мамочка, пожалуйста, не бросай меня! Помоги мне снова стать твоей Беллой, девочкой, которая любит радугу, детские игрушки и имеет добрый характер!»- кричит что-то во мне, но мамуля на меня даже не смотрит.
  Внезапно взор Эллис зацепился за портрет на стене. Она удивленно вскрикнула:
- Белла?!
  Да, это был мой портрет в вампирском обличье. Я частенько всматриваюсь в свое прекрасное бессмертное лицо на портрете и невольно восхищаюсь, но это естественная реакция.
- Вы будете утверждать, что не знаете, где мой ребенок?- рычала Розалии.
  Мой взгляд кричал ей: «Мама, вот же я! Перед тобой! Не отталкивай, обними, утешь, прости!»
- Ваша дочь пришла в свиту по своей воле, мы ее не тянули сюда. Она хотела умереть.- зло говорил Аро. Каллены вздрогнули. Во взгляде бабушки Эсми я видела слезы.
- Где она?- спросил папа.
- Она ушла от нас.- Аро начал вешать лапшу на уши моим родителям.- Белла отслужила у нас приблизительно пять лет, а потом девочке прискучила служба у нас и она ушла. Ну естественно, ребенку было скучно в унылом старинном замке.
- Аро, не знаешь ли ты, куда она могла направиться?- спросила бабушка Эсми.
- Не имею понятия. В последний раз она упоминала что-то о том, что хотела бы отправиться в путешествие. Полгода назад Изабелла была в Денвере, но потом уехала оттуда. В настоящее время ее местоположение неизвестно.
  Я не выдержала и бросилась прочь из зала. Местоположение той прежней доброй девочки Беллы неизвестно… Бежать… Бежать от груза боли и проблем… Боль прожигает мое хрупкое смертное тело на множество частиц.
  В этот момент дверь в зал распахивается, и на пороге появляется довольный Деметрий. Не замечая гостей, он подбегает к трону Аро и падает на колени:
-Мы не ошибаемся – мы принимаем рискованные решения.
Мы не опаздываем – нас задерживают важные дела
Мы не забываем – мы не засоряем свою память лишней информацией
Мы не врем – мы ведем себя дипломатично
Мы не любим сплетен – мы просто выслушиваем мысли.
И все потому, что мы Вольтури!
- Эмм…- выдает Аро.
И подступил Деметрий к Аро, и вопрошал его:
- О наследник Исилдура! Почто раскосы твои глаза, зачем ты одет во все черное, и что это за лютня в твоих руках? Или стал ты менестрелем Тьмы?
- Знаешь, Деметрий, - ответил Аро, - а закусывать все-таки надо. И вообще, у нас гости, а ты тут клоуном выставляешься…
  Каллены захихикали, Деметрий засмущался, ну а я, понятное дело, тихонько слиняла.

-Феликс, мне хреново.- всхлипнула я.
- Красивая… Ты что, пьяная?! Что ты делаешь?!- Феликс выхватил у меня из пальчиков сигарету и бутылку с мутной гадостью.
  Я сидела под его дверью минут тридцать, пока мой самый дорогой вампир в замке не вернулся домой. И за это время я успела нажраться, подобно свинье…
- Белла… Что с тобой?- Феликс взял меня за подбородок большим и указательным пальцами и повернул мое личико к себе. Я вижу его бледное прекрасное лицо перед своими глазами. Я не нужна никому, кроме него…
- Я работаю, как проклятая… Я ради них пошла на риск, я могла умереть во время превращения в человека…- говорила я заплетающимся языком. По щекам текли злые горячие слезы.- Только ради них… Я любила их, а они… Они… Они меня просто не узнали!
Я расхохоталась. Я вспоминала недели страданий и  боли. Боже, я столько раз просила: «Помоги  мне их забыть!» Но я не забуду…
  Феликс нежно погладил меня по щеке холодным пальцем и аккуратно занес в комнату. Он бережно стащил с меня платьице и сунул в ванну. Отмыл меня от грязи и слез, а затем, укутав в банное полотенце, уложил на кровать и пролежал рядом со мной всю ночь. Он- мой настоящий. Феликс бы меня не бросил, он узнал бы меня по глазам, я знаю…
  А наутро я узнаю, что Каллены покинули замок.
( Отрывок из будущего. Через 9 лет)
Сегодня я пьяна. Впрочем, как всегда, после вечера в грязных клубах. Феликс бережно несет меня в сторону комнаты, чтобы уложить спать. Я гляжу на его идеально очерченное лицо. Такой красивый… Такой холодный… Такой безупречный… Такой любящий и преданный… В голове все путается… Я зачем-то поднимаюсь на локтях…
- Красивая, что с тобой?- звенит в голове голос Феликса. Я смотрю на его прекрасные нежные губы и вспоминаю, как на них переливалась всеми отблесками алого кровь… И вдруг я с ужасом осознаю, что моя рука запуталась в его шелковистых на ощупь и темных как смоль волосах. Что я делаю?! Мои губы судорожно прижимаются к ледяным губам Феликса. Рука вычерчивает круги на его белоснежной шее. Феликс в замешательстве:
- Белла… Зачем?.. Зачем так жестоко? Ты же знаешь, что…- он молча заносит меня в комнату и кладет на покрывало.
- Прости…- лепечу я, проваливаясь в сон. Я чувствую, как он аккуратно снимает с меня грязную блузу и стаскивает мерзкие джинсы, перетянувшие мои ноги. Неужели он меня изнасилует?! НЕТ! Я хочу пошевелиться, но не могу- алкоголь мешает, затуманив мое сознание. Пожалуйста… Я не хотела его целовать, на миг мне показалось, что на его месте находится совершенно другой человек!

(настоящее время. Белле семь лет. С ухода Каленов прошло два месяца)

  Сегодня на кладбище дождь. Мы все собрались около могилы, куда опускают детский гробик. Хочу заплакать, но не могу.
   Три дня назад умерла Анна- Лола. Она попала под машину.
    Был солнечный день, и мы с девочками, как всегда, скучали в замке. Мы сидели на террасе замка, в тени. Мне не разрешают выходить из тени, потому что на солнце, если что-то произойдет, то никто не сможет меня защитить.
    Нам быстро наскучило бегать по лестнице, и мы решили сыграть в прятки. Если кто-то находил другого игрока, то они должны были кинуть мяч вверх, а затем побежать на то место, куда приземлился мяч, и досчитать до пяти, закрыв глаза.
   Мяч отбросила Анна- Лола, он приземлился на дорогу. Девочка встала на мостовую и, закрыв ладонями глаза, принялась считать. Она успела досчитать только до трех, когда из-за угла на полной скорости выскочила машина. И размазала Анну- Лолу по асфальту. Я запомню на всю жизнь то, как Анна- Лола оказалась под днищем машины. В моей памяти будто выжгли тот кровавый след, что она прочертила на дороге. Я помню, с каким жутким глухим стуком ее тельце приземлилось на землю. Даже хоронить осталось почти нечего, для нашего же блага гроб с Анной- Лолой заколотили, таким образом, я не видела, что осталось от девочки.
  Это событие подвергло меня в ужасный шок. Да, я считала людей отбросами общества, едой, я спокойно смотрела на то, как вампиры питаются ими, но… Но это были незнакомые мне люди, безликие люди, я их никогда не знала. А Анна- Лола была живой, настоящей, она была важной частью моего мирка. Живя среди бессмертных, я привыкла к тому, что тем, кого я люблю, ничто не грозит. Но я ошиблась.
  Гвендолен, близняшка Анны- Лолы была как кукла. Она ни с кем не говорила, она лишь смотрела своим пугающим взглядом куда-то вдаль. Я слышала ее плач по ночам, я беспокоилась за Гвен. Да, я была черствой сукой по отношении к девочкам, но я никогда не желала им ни болезней, ни боли, ни смерти.
  После похорон мы идем домой. Нас с Гвен рассаживают по разным машинам. Я сижу на коленях Деметрия и  смотрю в сторону кладбища. Не могу поверить, что Анна- Лола осталась там, в земле.
   А затем потянулись скучные дни. Аро не нравилось то, что я стала по-другому общаться с Гвен. Гвен по-прежнему ни с кем не говорила, но ее взгляд постепенно оттаивал. Я читала ей сказки, мы вместе рисовали, я ей пела, и вообще, теперь я обращалась с Гвен, как с фарфоровой куклой, боясь, что она может разбиться в любой момент. Только в мяч мы больше не играли, и в прятки тоже. Слишком сильное потрясение для нас обеих, слишком много боли.
    Но однажды я нигде не нашла Гвен. Аро увез ее из замка поздно ночью, пока я спала. Он считал, что я слишком привязалась к человеческому ребенку, что я, не ровен час, начну сочувствовать людям. Зря он так- я не начну. Ведь именно люди сбили Анну- Лолу. Этот человек, что ее убил, он мог остановиться. Анна- Лола стояла на самом виду, он ее видел. Но он не остановился.
   Почему я это рассказываю? Потому что с тех пор жизнь тех людей, с которыми я жила и дружила, обрела для меня непередаваемую ценность. Поправочка- я больше не дружила с людьми, Аро не разрешал.

0

7

Впервые я чувствовала себя пленницей в замке. Аро открыто манипулировал мной. Несомненно, он меня любил, но повышать с моей помощью свое влияние в обществе!
   В прошлом месяце мне исполнилось пятнадцать лет. Вслед за этим Аро начал таскать меня на различные приемы, знакомил меня с предводителями различных кланов. Каллены там тоже бывали, но редко.
А потом я открыла в себе дар. Я могла внушить что угодно человеку, и тот не отличал, где правда, а где- ложь. У меня были два врожденных дара- небывалое обаяние и ментальный щит. Но третий дар появился в качестве защитной реакции.
  Со временем мой дар обаяния увеличивался, и многие особи мужского пола, находящиеся рядом со мной, испытывали похоть по отношении ко мне. Я всегда полагалась на Феликса- он не давал этим вампирам причинить мне вред, но однажды… Однажды Феликс, Деметрий, Алек и Джейн получили какое-то поручение. Я тогда удивилась- раньше Аро не отправлял их всех на миссии, разом, а оставлял кого-то на защиту замка. Потом оказалось, что это был лишь повод.
   Недавно образовался новый клан, и Аро нужно было влияние там, он надеялся переманить оттуда какого-то одаренного вампира. Тут-то ему пригодилась я со своим обаянием.
   В тот день устраивался прием. Я, как обычно, присутствовала на нем- ведь я- дочка Аро. На мне было темно-синее платье, и я была так занята тем, чтобы не запутаться в его складках и не грохнуться, что не заметила его. ОН не отводил от меня резко потемневших глаз весь прием. После торжества ОН пожелал остаться на ночь в замке.
   Я очень удивилась, когда Аро шепотом приказал мне надеть на ночь полупрозрачную комбинацию и привести себя в порядок перед тем, как лечь спать. Я не обратила на это внимания- я, как обычно, была занята тем, что выглядывала в толпе Каленов, зная, что они не придут.
  Только потом я поняла, что Аро специально выслал из замка тех, кто мог прийти мне на помощь, защитить меня.
  Вспоминая вечером слова Аро, я удивилась, но сделала так, как он просил- я с детства привыкла слушаться своего отца.
  Я надела любимую голубую комбинацию и перед сном намылилась вкусным ванильным гелем в душе. Когда я легла спать, появилось нехорошее предчувствие. Я встала и зажгла лампу-ночник, потом легла, но все равно не могла уснуть. Я позвонила Феликсу, но сработал автоответчик- значит, он еще не выполнил задание Аро. Феликс всегда отключает телефон во время работы, и включает, лишь когда возвращается домой.
   Внезапно мое внимание привлек скрип двери…

   Я помню, как ОН пересек комнату и подошел к моей кровати. Я очень испугалась и закричала:
- Что Вы тут делаете?!
Это был тот самый вампир, которого Аро попытался переманить к нам в клан. Я помню, как он прижал меня к кровати и попытался содрать с меня ночнушку. Мне было всего пятнадцать, и последнее, что я хотела- это подарить свою невинность какому-то незнакомому вампиру. Я кричала и вырывалась, но никто не пришел на помощь. Моя старая служанка умерла месяц назад, а новую еще не успели нанять, мои защитники были в тысячах километров отсюда, а всем остальным было наплевать. Идеальная обстановка для таких дел, верно?
Я помню, как кричала от боли, когда ОН вошел в меня. А дальше он вдруг остановился и…потерял сознание.
А я заплакала и, придерживая на себе разорванную комбинацию, отползла в другой конец комнаты. Между ног все очень болело, также ОН сильно сжал мне руки, когда сделал это. И еще болела душа. Я была обгаженной, грязной. Я не хотела больше показываться на глаза Феликсу. Я уже не была его чистой, невинной малышкой. Я была грязной шлюхой.
Меня тошнило от самой себя. Я не могла больше находиться в этой комнате, где развалился мой насильник. Я проскользнула в ванную. Даже тут пахло кровью, болью, насилием, похотью. Голова кружилась от всего этого…
Я смыла с себя кровь и слезы, а затем вспомнила, что делают в кино люди, когда им плохо. Я была человеком, я ничем не отличалась от них. Мне должен был помочь этот способ.
Я оделась во что-то, взяла пачку купюр из столика- Аро каждую неделю давал мне деньги на карманные расходы, но я их не тратила, просто не на что было. У меня все было…до этого момента.
Я выбежала из замка. Впервые я была вне замка одна, без охраны своих друзей. Я мчалась в темноте, не обращая внимания на страшную боль в том месте, где меня осквернили.
Я шла по улочкам, по грязным переулкам, и забежала в первый попавшийся клуб. Там я села за стойку и, как в дешевом кино, принялась пить спиртное. Не скажу, что это было вкусно, скорее наоборот- гадко и противно, горло будто обволакивало жаром. Но, по крайней мере, я была на чем-то сосредоточена… Я не думала о том, как меня изнасиловали.
Постепенно шок начал проходить, и в сознании проступали отдельные моменты произошедшего…
«Я кричу, а ему это нравится…»
Прекратите! Я всхлипываю, и опрокидываю в себя очередную порцию тошнотворной гадости.
«Он сжимает тебе руки до синяков…»
Я сжимаю стакан до боли в пальчиках…
«Он не оставит тебя. Будут сотни таких, как ОН. Аро об этом позаботится. В мире сотни одаренных вампиров- Аро мечтает их заполучить, и ты ему в этом поможешь… Хочешь ты этого или нет…»
Я пьяна, но это не помогает… Те люди в фильмах лгали- алкоголь не помогает… Ничто не поможет… Даже сама смерть…
«Бежать бесполезно, малышка. Аро имел в виду ТАКУЮ плату за эликсир…»
- Изабелла?- слышится чей-то голос. Я поднимаю глаза и вижу удивленную Эллис. Да, пьяная дочь Аро- редкость.
- Что с тобой случилось?- я вижу Джаспера.
Я реву. Эллис и Джаспер осторожно выводят меня из бара. Ночной воздух охлаждает мое пылающее лицо. Я вижу звезды на итальянском небе. Ноги меня не слушаются- я чудовищно пьяна- поэтому Эллис и Джасперу приходится буквально на себе тащить меня к их автомобилю. Я расскажу им, кто я. Мне уже плевать.
- Эллис!- тихо зову я. Она оборачивается с переднего сиденья.
- Да? Ты что-то хотела? Мы отвезем тебя домой, не бойся.
Они отвезут меня в мой ад.
- Нет! Только не это! Прошу вас!- по моим щекам хлынули слезы.
- Эллис, разворачивайся.- тихо говорит Джаспер.- Мы едем к нам.
- Аро нам головы оторвет!- шипит Эллис, но все-таки поворачивает руль.
- Тогда пусть попробует объяснить, почему его дочь в таком состоянии.- неумолимо говорит Джаспер.
Я трясусь в конвульсиях на заднем сиденье. Мое тело будто сковал холод изнутри. Машина мягко едет, в салоне витает приятный аромат.
   Я пропустила момент, когда автомобиль остановился, и поняла это лишь потому что небо вдруг остановилось в стекле. Меня внесли в дом.
- Боже, что случилось?- раздался крик бабушки, а я прикрыла глаза. Они здесь… Они все здесь… Они со мной…
Меня кладут на диван и укрывают теплым пледом. Сквозь сон я слышу их разговор.
- Эллис, что произошло?- успокаивающим голосом спросил дедушка Карлайл.
- Мне только что было видение… Это ужасно…- голос Эллис дрожал.- Аро использовал бедную девочку. Он хотел получить к себе в свиту какого-то одаренного вампира, а тот вампир положил глаз на Изабеллу.
- Изабеллу?- раздался голос Эмметта. Папуля… Посмотри, что они сделали со мной… Не дайте им сделать этого снова… Пожалуйста…
- Эмметт, она очень похожа на нашу Беллу, если ты об этом, но это не она. Я знаю эту девочку достаточно давно. И ты тоже знаешь ее.- вздохнул Эдвард.
- Вы меня дослушаете или нет?!- закричала Эллис. От звуков ее сердитого голоса у меня в голове будто что-то взорвалось, и я заплакала.
- Тише, все хорошо.- заговорила бабушка, пытаясь успокоить меня, как в ту ночь, когда я стала частью их семьи. В ту ночь я орала, как резаная. Эти воспоминания чуть-чуть успокоили меня.
- Аро отослал из замка тех, кто мог бы помочь ей, и сегодня ночью ее… С ней сделали то же, что и с тобой, Роуз.
Розалии со свистом выдохнула, а меня будто сковал холод. Что? Мою мамочку изнасиловали?! Нет! Не верю!

Внезапно в плечо вонзилось что-то острое.
- Это снотворное, не бойся. Тебе необходимо поспать.- сказал дедушка над ухом.
Я выдохнула: голова ужасно кружилась, перед глазами стоял ужасный туман. Вскоре веки потяжелели, и я провалилась в сон.
Я бежала по складу во сне. Что-то мне подсказывало, что останавливаться нельзя. А иначе ОН найдет меня.
- Изабелла!- звучит его голос в ночной тиши.
«Не кричи!»- просыпается во мне Сука. Старая знакомая…
- Белла…- мурлычет он уже совсем рядом.
«Не дрожи. Соберись, цыпленок!»- рычит Сука во мне. Она не появилась в моей голове, когда ОН сделал со мной это по одной простой причине: Мы ничего не смогли бы сделать. Без сомнений, этот стресс пробудил во мне новую способность- этот урод вырубился, так что все, что можно, я сделала. Для этого мне нужен был выброс адреналина, а вышеупомянутая подруга внутри моей черепной коробочки лишь помешала бы делу своими успокоительными речами.
Внезапно все исчезло: склад, страх перед НИМ, даже Сука в моей голове замолчала. Сквозь пелену темного тумана, который, кстати, уже начал рассеиваться, впуская реальность, я услышала голоса.
- Карлайл, как она?- этот бархатный голос я узнаю всегда. Эдвард…
- Не очень. Жизни Изабеллы ничего не грозит, но у нее повреждение изнутри. Этот поддонок,- голос дедушки задрожал от злости.- Слишком сильно толкнулся в нее, от души…
- Которой у него нету…- прошипела из соседней комнаты Эллис.
- Он сильно повредил матку. Она бесплодна.- тихо сказал дедушка.
Кто-то бережно сжал мою руку, я почувствовала холодное прикосновение на щеке.
Не то чтобы я прям уж так мечтала о детях, нет, напротив, я готовила себя к мысли о том, что я стану вампиром и детей у меня не будет, что мне это не нужно. Но, когда дедушка произнес эти слова, внутри меня что-то дрогнуло. Как во сне промелькнуло ангельское лицо Спики, и я подумала:
«Как это могло бы быть?»
Я думала о Луизе- сестре, которую потеряла, наверное, навсегда, о Спике, о маме, которая не перенесла потерю собственных детей. Я открыла глаза и всмотрелась в лицо Эдварда. Он догадался- он понял, что я все слышала. Понял это по моим глазам.
- Мне жаль.- тихо сказал парень.
- Где Феликс?- наконец спросила я.
- Он звонил тебе на мобильный.- перед лицом возник крохотный зеленый телефон, который мы еще полгода назад с Феликсом обрисовывали и обклеивали стразами…
Я всхлипнула и быстро набрала знакомый номер. Он ответил с первого гудка. Голос Феликса был очень весел:
- Привет, Белз. Ты мне звонила? Представляешь, мы уже возвращаемся домой. Дело-то было пустяковое, и зачем всех на такую ерунду из замка вызывать?
Я больше не смогла сдерживаться и разревелась. Всхлипывая, я сказала Феликсу, что меня из… из… Не могу даже сейчас этого произнести…
Феликс сразу посуровел и велел мне оставаться на месте.
Он приехал буквально через полчаса и забрал меня из дома Каленов.
Я не сказала ему о том, что со мной сделали ЭТО с подачи Аро. Я боялась, что Феликс покалечит отца, и его за это убьют.
Когда мы приехали домой, Аро притворно ужасался, слушая рассказ Феликса:
- Ах, какой кошмар! Кто бы мог подумать…
Я смогла рассказать правду только Деметрию- он был самый спокойный, и его приступов ярости, направленных на Аро, можно было не опасаться.
- Я знаю, что нам делать.- сказал Деметрий.
- Что же?
  Деметрий опустился на одно колено:
- Выходи за меня!
- Я знаю, что нам делать.- сказал Деметрий.
- Что же?
  Деметрий опустился на одно колено:
- Выходи за меня!

Я закашлялась.
- Белла, успокойся.- засмеялся Деметрий.- Дело в том, что, если ты за меня выйдешь, никто больше не посмеет тебя тронуть.
- Почему?
- Боже, да пошевели ты мозгами!- вздохнул Деметрий.- Если кто-то тебя тронет, на тебе останется его запах, и я его найду. Аро не посмеет отказать мне убить этого гада, потому как это будет слишком подозрительно. А если он прямым текстом все скажет, то Алек и Джейн откажутся ему служить. Таким образом, Вольтури лишатся своей опоры, и не будут уже столь влиятельны. Так что? Ты станешь моей женой?
- Да!- ответила я.
Странно, но у Деметрия почему-то уже было кольцо. И говорить мне, почему он купил кольцо три года назад, парень отказался. И вдруг я вспомнила, что три года назад Деметрий выглядел ужасно целый месяц- синяки под глазами, синеватый оттенок кожи…
- У тебя была любимая…- потрясенно прошептала я.- Она… разбила тебе сердце?
- Точно. Она растоптала меня. Впрочем, она всегда была сукой… Но это неважно,- Деметрий аккуратно надел кольцо на мой безымянный палец. Я рассмотрела его- аккуратный золотой ободок, небольшой бриллиантик придавал кольцу изящество, обманчивое ощущение хрупкости.
- Ты уверен в том, чтобы именно я надела это кольцо?- тихо спрашиваю я.
-Белла, я уверен в том, что хочу спасти свою приемную сестренку от насилия.- хмыкнул Деметрий.
Я еще раз взглянула на колечко и улыбнулась.

0

8

- Господа!- начал Деметрий, и все в зале притихли. Я сжалась рядом со своим новоиспеченным женишком.
Аро сегодня позвал в замок целых два клана. И Каленов. Деметрий пожелал объявить о нашей помолвке именно сейчас, при таком количестве свидетелей.
- Вчера вечером я сделал Изабелле предложение руки и сердца. И она согласилась!- торжественно произносит Деметрий.
Аро поперхнулся бокалом крови, все в зале заулыбались.
Я заметила белоснежное лицо Эдварда Каллена. Он вылетел из зала как пробка из шампанского. Что это с ним?
Вампиры хлопают нам с Деметрием, он улыбается и принимает поздравления. Только Челси как-то странно ведет себя- просто стоит и смотрит на него большими грустными глазами.
- Пойдем, Красивая!- пропыхтел Деметрий, вытаскивая меня через толпу к выходу. Я старалась идти так, чтобы никто меня не задевал. Мне было неприятно, когда меня касаются незнакомые вампиры.
Оказавшись у себя в комнате, я хотела повалиться на кровать, как обычно, но… Воспоминания прошлой ночи ударили в голову, мне стало казаться, что, если я сейчас лягу на простыни, которые, кажется, пропитались насилием, то уже не встану.
Деметрий проследил направление моего взгляда и вздохнул:
- Белла, мы купим тебе новую кровать и поменяем интерьер комнаты.
Я сдавленно кивнула. Вдруг меня пробили судорожные рыдания. Оседая по стене, я тряслась в конвульсиях. Почему я? Этот вопрос издревне мучает многих.
Деметрий тихо сел рядом:
- Все хорошо, я тебя защищу, не бойся. Мы уедем отсюда.
- Это не поможет!- заплакала я.
- Ты не останешься жить рядом с Аро!- грозно сказал мне Деметрий.- Мы уедем отсюда под предлогом свадебного путешествия. И никогда не вернемся- не бойся! Вот если бы Аро разоблачить, да еще при всех!- мечтательно вздохнул Деметрий.
Внезапно я вспомнила: прошлой ночью, когда ОН делал со мной ЭТО… О чем я думала? Правильно, в голове всплыла мысль о том, что было бы здорово, если сейчас он оставит меня в покое. Я представила себе ЕГО неподвижным- и почти вслед за этим ОН упал в обморок!
- Деметрий!- обратилась я к парню.- Как поживает твой брат?
- Что? Би, какой брат? Ты же знаешь, у меня нету родственников!- округлил глаза Деметрий.
- Нет, есть!- я нахмурила брови и представила десятилетнего мальчика с чертами лица Деметрия.
- Ты права, есть… Ему десять лет…- пробормотал Деметрий, удивленно приподняв идеальные брови.
- Как его зовут?- с замирающим сердцем спросила я.
Деметрий дотронулся до своего лба, задумавшись.
- Джо, верно?- спросила я, посылая импульсы Деметрию.
- Точно, Джо!- выдохнул парень.
Получилось! Я внушила Деметрию существование некоего парня Джо, который приходится ему братом.
- Дем, расслабься!- улыбнулась я.- Нету у тебя никакого брата.
- Как это? У меня есть брат Джо, ему десять, ты же знаешь, Белла.- сказал Деметрий.
- Попробуй вспомнить еще что-то, связанное с ним.- посоветовала я.- Например, его рождение. Или ваше совместное времяпровождение. Не получается, верно?
- Нет…
- Ты и не можешь этого помнить. Я тебе это внушила.- рассмеялась я.
Раздался грохот. Деметрий упал в обморок. Черт, как я могла забыть, что он очень впечатлителен!
бонус от лица Розалии)
- Мы должны выяснить все раз и навсегда!- мой голос эхом отдавался в зале.
Аро сидел на троне, гости разошлись, Эдвард психанул и сбежал во время помолвки Изабеллы. В общем, все как обычно.
- Ты такая дура!- неожиданно вздохнул Аро.- Больше скрывать карты не имеет смысла, она уже мне не пригодится…
- Ты назвал мою жену дурой?- прорычал Эмметт. Карлайлу пришлось придержать моего любимого за плечо, а иначе он бы кинулся на Аро и сжег бы этот мешок костей.
- Вы все идиоты!- усмехнулся Аро и указал в сторону одного из портретов, висящих в зале.
Я видела этот портрет девять лет назад. На нем изображена моя дочь в вампирском обличье.
- Кто это?- задал вопрос Аро.
- Белла…- с болью выдохнула я.
- А теперь скажи мне, чьи портреты висят в этом зале?
- Вольтури.- недоуменно ответила я.
- Ты помнишь, что мы сняли портрет Элеазара, когда он ушел от нас?- задал наводящий вопрос Аро Карлайлу.
- Ты хочешь сказать, что тут висят портреты только тех, кто и сейчас состоит в свите?- ахнула я.
- Розалии, твоя дочь никогда не покидала свиту. Ты была слепа и не узнала ее. Ты видела ее три раза.- вздохнул Аро, притворно смахнув несуществующую слезу.- Бедная Белла!
- Я… видела ее? Этого не может быть!
- Помнишь Гвен, маленькую девочку?
Я кивнула. Конечно, я помнила это маленькое чудо. Кстати, где она?
- У нее был талант, о котором девочка даже не подозревала. Она идеально морочила людям головы. К сожалению, после смерти близняшки ее талант сошел на нет. А жаль- такой экземпляр был…- в глазах Аро мелькнуло сожаление.
- К чему ты клонишь?- не выдержала Эсми.- Говори прямым тексто, мы устали от твоих загадок.
- Повернитесь влево и взгляните на портрет напротив.- приказал Аро.
- Белла!- ахнула я. Не может быть! Ее мягкие черты лица, румянец на щечках, нежная улыбка. Она человек!
- Твоя дочь нашла последний экземпляр эликсира против вампиризма. Она росла у тебя под носом.
- Сколько ей?- спросил Эмметт.
Голова кружилась. Белла, моя Белла, моя дочка здесь! Что может быть лучше?!
- Ей пятнадцать.- ответил Аро.
- Она ровесница твоей дочери?- спросил Карлайл.
Аро посмотрел на отца долгим взглядом. В глазах Карлайла мелькнул ужас. Что случилось?
- Аро? Карлайл?- нетерпеливо произнесла Эллис.
Отец с шумом выдохнул. Аро указал на портрет Беллы:
- Посмотрите в ее глаза.
- Серые!- удивился Джаспер.
- Знак того, что она побывала на том свете.- кивнул Аро.
Перед глазами мелькнуло лицо пятнадцатилетней девушки из вчерашнего дня. У нее такие же серые, лучистые глаза.
- И ее тоже зовут Изабелла…- пробормотала я вслух.
Меня прошибла догадка. Из легких будто выбили весь воздух, голова пошла кругом.
- Ах ты урод!- вдруг заорала я.- Изабелла- не твоя дочь! Она- не твой ребенок, она- моя дочь! Ты украл ее у нас!
Краем глаза я заметила Изабеллу, вошедшую в зал. Увидев наши лица, она попятилась к двери.
Я смотрела в серые лучистые глаза ангела. Я напряженно рассматривала черты ее лица, немного изменившиеся. Это она. Я узнала ее густые темные реснички, которые трепетали, когда она просыпалась, будучи пятилетней малышкой. Я узнала ее лобик, который моя Изабелла хмурила, когда ей что-то не нравилось. Я помню, как она поджимала алые губки в виде сердечка, когда моей девочке приходилось решать примеры по математике. Это она.
(от лица Эдварда)
Я бежал по улице Вольтерры. Люди останавливались, оглядывались на меня, но мне было все равно.
Изабелла была моей. Моей, она не принадлежала Деметрию. Он же ее не любит, он влюблен в Челси!
Я остановился и прислонился к стене, пытаясь восстановить порядок размышлений. С какой стати я вмешиваюсь в жизнь этой девушки? Она уже не моя Белла, моя девочка выросла и влюбилась, какое мне дело?
Мысли людей врывались в мою голову…
«Может быть, Мадж согласится поужинать со мной, ведь она…»
«Какая ему разница, с кем я встречаюсь…»
«Какой цвет мне лучше…»
«Нет, только не брокколи! Ох, мама опять приготовила брокколи…»
«Ненавижу этих котов…»
Все эти люди жили вокруг меня своей размеренной жизнью. Я пристально оглядел дом, около которого я находился. Это жилой дом, он в точности похож на тот, где я впервые увидел Беллу…
Я прошел чуть дальше по улице. Судя по запахам и мыслям людей внутри, этот домик- кондитерская…

0

9

«Ммм, обожаю пирог с яблоком…»
«Пахнет вкусно. По-моему, смесь корицы и…»
«Господи, кажется, булочка сгорела! Он вычтет это из моей зарплаты, ведь…»
«Ох, ну и очередь! А я опаздываю на…»
«Марго обрадуется этим круассанам, она любит, когда…»
Все эти люди сосредоточены на вкусностях, которыми пропах этот магазинчик.
Я резко остановился напротив крепкого строения с толстыми стенами. А это- бордель. В одном из таких домов находилась сестра Беллы, Луиза. Сколько ей сейчас? Прошло больше пятнадцати лет с тех пор, как Луизу похитили. Наверное, ей сейчас под тридцать два.
«Пожалуйста, не делайте этого!»
«Какая задница у этой цыпочки…»
«Расценки на одну ночь? Так дорого?!»
«Пятьсот, Шестьсот долларов, семьсот…»
«Боже, как больно…»
Мысли этих людей наполнены болью или похотью, радостью от прибыли или, наоборот- сожалениями того, что продешевил.
Я подумал о другой сестре Беллы, крохотной Спике. Да, сейчас Спика- ровесница Беллы. Если, конечно, жива.
Как это могло бы быть? Что, если Чарли в свое время взял бы взятку и его не выгнали из полиции? Я попытался представить себе это: Луиза была бы сейчас замужем. Наверняка у нее были бы дети… А Белле сейчас было бы приблизительно двадцать лет. Она бы училась в колледже на художницу- она так красиво рисует… Или делала бы карьеру певицы… А Спика бы сейчас ходила в девятый класс. Наверняка они с Беллой были бы хорошими, любящими сестрами… А Чарли и Рене были бы счастливы, наблюдая за своими детьми…
Я стряхнул наваждение и прошел мимо этого угрюмого строения, где ежедневно вершились судьбы- как правило, не в лучшую сторону.
Дальше дорога должна была вывести меня прочь из Вольтерры. Я замер на границе владений Вольтури. Чего же я жду? Прочь, прочь из этого ада, где льется кровь, где правят жестокость и интриги, где отец продал за бесценок собственную приемную дочку… Ну почему я жду? Почему стою у ворот, отказываясь преступить невидимую черту? Я жду ее. Я не оставлю тут Беллу, даже если она выходит замуж за какого-то ищейку.
Я резко разворачиваюсь и иду к замку. Я заберу ее оттуда.
Отрывок из прошлого...
«- Я хочу спросить тебя… Скажи, позволишь ли ты быть мне рядом с собой? Как бы ты не ответила, я забуду те одинокие вечера у камина, я забуду эти триста лет мучений, я забуду, сколько боли принесла мне эта любовь, я уже забыл. Позволь мне просто быть рядом с тобой, подобно тени…
- Довольно, Деметрий, я устала. Я слишком много наслушалась от тебя за эти три века. Я не любила тебя- это было всего лишь пари с моей подругой…»

(от лица Беллы)
Я знаю: теперь я могу быть свободной. Мне стоит лишь внушить Аро пару слов- и все кончится.
Я хотела поговорить с ним, но у него на приеме были Каллены. Я убежала оттуда- не знаю, почему.
Я где-то слышала, что когда на кону твоя жизнь, то- без права на ошибку. Неправда. Это когда на кону то, чем ты дорожила больше всего- это тогда нельзя ошибаться. Но я уже ошиблась…
Мое рождение, жизнь в трущобах, жизнь с Калленами, жизнь без них… Жизнь, не имеющая смысла, жизнь в жестокости, детство, проведенное в замке, где регулярно обрывались чьи-то жизни, расплата прошлой ночью за жестокость по отношению к другим людям… Все это проносилось перед глазами, когда я вышла из замка на воздух. Я поверила Аро. Поверила, как последняя наивная девчонка! Все было очевидно: приказ одеть комбинацию, привести себя в порядок… От нелепости всего этого я расхохоталась, как пьяная… Мой хохот устремился в ночное небо… Мне больше не нужна свобода, свободы не существует для меня… Моя свобода заключалась в НЕМ, в его золотых глазах… Все это время я была тайно влюблена в НЕГО… Я мечтала подарить всю себя ЕМУ, без остатка… Но время шло, я взрослела… Свой первый танец я станцевала с Гвен, в танцклассе, свою первую песню я спела еще в далеком детстве, Свой первый поцелуй я подарила Феликсу еще давно, на свой день рождения, когда выпила… Я стала не хороша для НЕГО, мой характер был отвратителен… Было только одно, за что ОН мог бы меня полюбить… У меня осталось только одно качество- я следила за собой, даже когда пила… У меня отняли даже это… У меня отняли даже это- теперь я- пустая оболочка…
Ночь смеялась надо мной… Я кружилась по площади, обхватив себя руками… Глядя в ночное небо… Танцуя вместе со звездами… Я смеялась над собой, над своей наивностью… Я так хотела бы отдать всю себя ЕМУ… Я так хочу подарить свой последний выдох ЕМУ…
Я бежала в своих ботинках по скользкому бортику фонтана… Никого нету… Улицы пусты… Я огибала фонтан снова и снова… Я падала, обивала коленки, смех смешивался с сумасшествием, слезы капали, смешиваясь с водой в фонтане… Фонтан еще год назад перестал работать и дарить людям радость… И в этом мы схожи… Мы оба безнадежно сломаны, мы- лишь привычная, ненужная бутафория, привычная мебель…
Я соскальзываю с бортика и снова падаю, подняться не могу… Боль в коленях, слезы смешиваются с кровью на мокром бортике… Фонтан глубокий, там дождевая вода, в воде отражаются звезды… Я вспоминаю, что не умею плавать…
И вдруг я вспоминаю кое-что, что у меня еще осталось… Маленькое, незначительное, полностью мое. Ни один в мире не пробовал моей крови. Я хочу отдать ЕМУ эту привилегию, даже если он не захочет… Я хотела бы умереть в его руках… Когда ЕГО губы прикасаются к моей шее, высасывая из меня жизнь… Я найду ЕГО…
Я тихо бреду в сторону замка- он должен быть там со своей семьей… Я найду его… Загляну в его глаза, а потом предложу свою кровь… Придется сделать что-нибудь, что помешает ему отказаться- например, провести окровавленным пальчиком по его холодным гладким губам…

глава будет от лица Челси и Деметрия.
(а в это время в замке)
Деметрий стоял в дверях своей комнаты, не решаясь сделать шаг внутрь.
Она лежала на пушистом ковре у камина. В руках у нее был бокал с алой жидкостью, черное шелковое платье обтягивало фигуру, она лежала животом на ковре, чуть выгибаясь, подобно кошке, ее темные глаза глядели в пламя, сверкая, как угольки внутри камина.
- Челси…- выдохнул он.
- Да, это я. Ты всегда так пугался, когда я приходила к тебе в покои…- отрешенно засмеялась Челси, по-прежнему глядя в камин.- Мне уж приходилось думать, все ли я делаю правильно.
- Ты никогда ничего не делала правильно. В твоих действиях не было логики.- отрезал Деметрий, проходя к камину.
- Разве?- Челси подняла тонкие брови в деланном изумлении.- Когда-то ты думал иначе.
- Ты тоже была другой.- Деметрий нахмурился и, взяв металлический прут, пошевелил угли в камине.
Девушка рассмеялась- как колокольчики зазвенели:
- Ах, Деметрий- Деметрий!- она укоризненно взглянула на парня, наконец-то оторвавшись от созерцания огня.- Ты неправ, и ты это знаешь.
- Разве?- он ухмыльнулся.
- Люди не меняются. Меняются их привычки, под давлением мира они запирают свое истинное «я» на замок, зарывают все внутрь себя, но никто не меняется, поверь моему опыту.
- Ты только что в точности описала себя, свое поведение, ты с самого начала была фальшивкой. И да, у тебя был солидный опыт… преимущественно с мужчинами.
- О, как ты заговорил! Предстоящая женитьба так действует? А твоя невеста прямо подстать тебе- такая же сломанная, как и ты.- Челси вскочила на ноги.- Если я с самого начала была фальшивой, то ты любил тоже фальшивку.
- Ошибаешься.- они будто поменялись ролями. Теперь Деметрий был спокоен, а Челси будто с цепи сорвалась.- Я смог разглядеть за твоей холодностью, продажностью, жестокостью тебя истинную. Но ты уже не та, прежней Челси не существует, но я до конца вечности буду любить именно ту Челси, которая подарила мне эту любовь.
- Ты даже не веришь в то, что говоришь сейчас! Ты пытаешься убедить себя!- кричала девушка.- Знаешь, Деметрий, за последние несколько столетий у меня сложилось впечатление, будто тебя больше не существует, ты, словно тень, растворился. Только я не понимаю- где? Когда? Как я упустила этот момент?

0

10

Она вскочила и выбежала прочь.
Он столько лет любил, ждал, стал ради нее частью старого клана. Он вспоминал их разговор:
«- Я хочу спросить тебя… Скажи, позволишь ли ты быть мне рядом с собой? Как бы ты не ответила, я забуду те одинокие вечера у камина, я забуду эти триста лет мучений, я забуду, сколько боли принесла мне эта любовь, я уже забыл. Позволь мне просто быть рядом с тобой, подобно тени…
- Довольно, Деметрий, я устала. Я слишком много наслушалась от тебя за эти три века. Я не любила тебя- это было всего лишь пари с моей подругой…»
Талант Челси состоял в манипуляции людьми. Она настолько долго игралась с чувствами и привязанностями других, что не заметила, как ее собственные чувства растворились в чужих эмоциях, и теперь она не жила, а существовала. Она делала все не как хотела, а как было правильно, принято общеизвестными рамками и устоями, как было принято нормами. Но любовь- это не норма, это аномально, она ломает любые рамки, на протяжении веков попирает все устои. Поэтому Челси предпочитает не замечать эту прекрасную особу, хотя кое- чего любовь и добилась: много лет назад Челси выделила в толпе вампиров Деметрия и заключила пари на него. Заметив, что начинает обретать привязанность, Челси насторожилась и оттолкнула его. Это произошло в день, когда Деметрий преподнес ей кольцо. А он все ждал, когда она одумается- шло время, кольцо пылилось и позолота на нем растрескалась, менялись люди и правители, а Челси осталась все также холодна и отстраненна. Пришел день, когда кольцо рассыпалось в прах- как и надежды Деметрия после разговора с Челси несколько дней назад. Он купил новое кольцо- и приготовился снова ждать, безо всякой надежды для себя, а через пару дней надел его на палец другой девушке- своей лучшей подруге, приемной сестре.
Челси не могла поверить, что он забыл, как она научила его любить. Оглянувшись же назад, она поняла, что любовь эта принесла им обоим множество увечий и мучений- да, ей тоже, хотя она отказывалась на протяжении трех веков это признавать.

(от лица Беллы)
Я быстро шла к замку. Внезапно я почувствовала чей-то взгляд. У стены стоял какой-то человек и сверлил меня своим темным взглядом. Подключив свои способности, я проникла к нему в голову. Меня пробрала дрожь- он представлял себе, сколько за меня заплатит босс. Он работал на бордель. Как раз сегодня ночью у них умерла девушка- порезала себе вены, кажется.
Я резко вынырнула из его сознания. Голова кружилась, дыхание сбилось, ноги ослабели. Я забыла, что я человек и устаю- я израсходовала сегодня слишком много сил. Я попыталась побежать, но споткнулась и налетела на стену. Перед глазами потемнело. Грязные лапы того мужика схватили меня за запястье.
- Потерялась?- услышала я его голос.
Я хотела что-то сказать, но ни слова не смогла произнести. Я заглянула в его глаза, попыталась внушить ему что-нибудь.
«Отпусти меня, я тебе не подхожу!»- мысленно кричала я. Но что-то пошло не так. Почему так кружится голова и путаются мысли? Почему я не могу настроить его поток сознания на определенную волну, как сделала это с Деметрием?
Внезапно он исчез, а я повалилась на мокрый асфальт. Раздался крик, и все стихло.
- Белла?- надо мной склонился ангел. Пошел дождь, я зачарованно смотрела в его лицо. Волосы Эдварда промокли и потемнели от воды, дождь будто создал ореол вокруг него, это было похоже на жидкий свет, струящийся вокруг моего вампира. Я вспомнила, зачем я здесь, и непослушными пальцами оттянула ворот кофты. Его брови удивленно приподнялись, я осторожно притянула его к себе. Эдвард не сопротивлялся- парень, очевидно, сам хотел понять, чего я хочу. Я нащупала браслет и поднесла его острый край к шее. Лицо Эдварда было в десяти сантиметрах от меня. Его холодные руки заботливо поддерживали меня, я находилась в его объятиях. Я блаженно выдохнула- и в этот момент браслет скользнул вниз, острая боль кольнула меня. Я почувствовала, как тонкая струйка крови показалась на краях царапины. Я знаю, что ее запах сейчас особенно силен- Джейн говорила, что в дождь запахи более насыщенные и быстрее распространяются.
- Белла!- изумленно вскрикнул Эдвард.- Что ты сделала?
- Пей.- тихо попросила я.
Он склонил голову набок, внимательно поглядев в мои глаза. Затем Эдвард наклонился к моей шее. Я почувствовала прикосновение холодного языка на царапине- я вдохнула свежесть дождя вперемешку с ЕГО запахом глубже, чтобы он проник в самые легкие. Пока что не больно, а приятно.
Он осторожно водил ртом по моей шее, слизывая кровь. Когда он сглотнул последнюю капельку, то разочарованно вздохнул. Я почувствовала что-то жгучее на своей царапине, а потом царапина затянулась, не оставив следа. Я чуть не взвыла от разочарования- как?! Он слишком хорошо владеет собой, но я помню, как во время нашей первой встречи он чуть не сорвался. Он даже смог проконтролировать нужное количество яда- чтобы моя ранка зажила, но чтобы я не стала вампиром.
- Белла, ты плачешь?- тихо спросил он.
- Тебе не нравится моя кровь?
- Нравится. Но я не хочу убивать тебя. Я вернулся, чтобы забрать тебя с собой.- сказал Эдвард.- Ты не останешься с Аро.
До меня постепенно доходил смысл сказанного.
- Мне надоело скрывать свои мысли и чувства.- сказал Эдвард.- Белла…
- Эдвард…
Он не мог любить меня! Не мог! Но он любил! Я же сломанная, почему именно я?
Я подняла руку и провела ладонью по его гладкому мраморному лицу. Холод… Приятно…
- Белла, Розалии меня убьет…- шепнул Эдвард, когда я попыталась впиться в его губы поцелуем.
- Розалии? Ты… Ты меня помнишь?!
- Я узнал тебя почти сразу.- улыбнулся он.
До меня дошел смысл сказанного. Он знал. Он все знал.
-НЕТ!- отчаянно выкрикнула я.- Почему?!
- Что…
- ПОЧЕМУ ТЫ МЕНЯ НЕ ЗАБРАЛ ОТСЮДА?! ПОЧЕМУ НЕ ЗАБРАЛ, КОГДА ВСЕ ЕЩЕ НЕ БЫЛО ТАК ПЛОХО?!- это был крик моей души.
- Прости…
- Ты… Ты… Ты знаешь, через что я прошла?!- выкрикнула я ему в лицо.
Его черты исказились от боли.
- Если бы ты был рядом, этого бы не случилось! Мне было некуда идти, понимаешь? Я была совсем одна, Аро мог делать со мной все, что хотел!- я попыталась встать, но перед глазами потемнело. Все кончено. Я слишком устала. Устала, чтобы бороться, чтобы распутывать трудные ситуации, устала, чтобы отползти из этого переулка. Я останусь здесь.- и будь что будет… Он поднял меня на руки и понес куда-то. Я слишком устала, чтобы испугаться, чтобы просто открыть глаза. Помоги мне… Не оставляй больше никогда…

(от лица Беллы)
Я потратила слишком много сил там, в переулке, пытаясь применить свои способности. Поэтому я надолго ушла в небытие. Я помню, что это продолжалось очень долго- я просыпалась, мне давали выпить воды, я спрашивала, сколько времени и засыпала вновь. В первый раз, когда я очнусь, то слышала урчание автомобиля- Эдвард говорил, что мы едем из Вольтерры, да и вообще из Италии. Потом я проснулась, когда мы ночевали в мотеле. А затем я очнулась, когда мы снова ехали в машине. Эдвард не уходил на охоту, чтобы не оставлять меня одну в таком состоянии.
А однажды я проснулась и поняла, что регенерация организма почти окончена- я почувствовала, как силы постепенно возвращаются ко мне.
Я приподнялась на локтях. Эдвард стоял у окна. В лунном свете его силуэт напоминал прекрасную статую.
Он обернулся и, увидев меня, подошел ко мне.
- Белла, тебе не следует подниматься с кровати. Лежи…
- Эдвард, что случилось? Голова будто в дурмане…- пробормотала я, жадно вбирая в себя его черты.
- Ты потеряла сознание, когда пыталась отбиться от того урода в переулке.- зарычал он.
- Я знаю, а что было дальше?
Эдвард поднес к моим губам стакан воды. Я начала пить, захлебываясь от жадности- в горле был настоящий сушняк, как будто я бухала всю ночь напролет. Он тем временем говорил:
- Я увез тебя из Италии. Сейчас мы находимся в пригороде Монако, в мотеле. Я позвонил Деметрию и все ему рассказал- он сказал, чтобы мы спокойно ехали, что он не против.- при упоминании Деметрия Эдвард нахмурился.

0


Вы здесь » Фанфики » "Сумерки" » Детские сумерки. (Белла/Эдвард)