Фанфики

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Фанфики » Другие рассказы » Поцелуй валькирии: Две разных войны. (Автор: Ketrine Riddle)


Поцелуй валькирии: Две разных войны. (Автор: Ketrine Riddle)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Автор: НеАнгел
название: Поцелуй валькирии: Две разных войны.
Жанр: думаю, фэнтези)
Пейринг: Снегг\Кэтрин, Гарри/Джинни, Гермиона\***, Рон/Кассиопея и Драко/Анжелика(со второй части))), и остальные стандартно))))
Рейтинг: от PG-13
Cаммари: Беллатриса Лестрейндж вернулась. Магический мир Британии потрясает начало новой войны. А Кэтрин Реддл тем не менее поступает на третий курс Университета Магии для получения высших навыков. Учеба отнимет 2 года ее жизни...
Кэтти придется разрываться между двумя странами, ее любимому - между двумя лагерями. Но все осложнится еще и тем, что война идет не только в Англии  и не только самих магов. Нечаянно подслушав разговор в библиотеке университета, Кэтрин окажется втянута в войну ифритов и валькирий... и прочих мифических созданий...
Ситуация все сложнее, враги предстают в новом свете, лучший друг готов нанести смертельный удар в спину...врагами оказываются не те, на кого ты думаешь...и финал событий решен тысячи лет назад. Поддерживает только тщательно скрываемая от всех любовь... Любовь, которая не знает преград и помех...
Две войны, исход решен. Но Избранная Валькирия, уже менявшая реальность, и Избранный мальчик-волшебник не сдаются... так хватит ли сил Кэтрин, Гарри и Северусу, по воле рока так же втянутому в обе войны, изменить ход истории?.. и если да, то какова будет цена?
Дисклеймер: выгоды не преследую, исключительно ради удовольствия))) моего и надеюсь вашего)))
Обложка (спасибо Navey!)
http://uploads.ru/t/K/A/b/KAbUu.png

От автора: это вторая часть фанфика "Поцелуй валькирии: школьные годы Кэтрин Реддл..."
повествование начнется с выпускного бала Кэтрин)))
Глава 1. Вот и кончилось детство…
Часть 1. Северус. Выпускной бал.
Незаметно пролетело остававшееся от экзаменов Кэтти до ее выпускного время. Неделю, отпущенную нам, как я позже думал, на прощание перед разлукой, пусть не вечной, но все же, мы провели вместе. Каждую ночь я просыпался в холодном поту, мне снилось, что с ней случилось что-то плохое. И после этого я по несколько часов просто вглядывался в любимое лицо, запоминая каждую его черточку.
Кэтти сквозь сон сильнее жалась ко мне, видимо, тоже чувствуя тревогу. Дни мы тоже проводили вместе, не расставаясь почти ни на миг, и казалось, что этой недели бесконечно мало. Но время неумолимо шло. И вот настал день, когда она прощалась со школой. Невзирая на возвращение Лестрейндж, Дамблдор решил провести выпускной бал для окончивших 7 курс студентов. И я, как ни странно, был с ним солидарен. Потому что этот бал был хоть какой-то отдушиной и для них, и для нас в условиях начала новой войны. Хотя бы на один вечер он давал возможность забыться. А им еще и побыть немного детьми перед взрослой жизнью…
В день выпускного Кэтрин была необыкновенно весела, летала по комнате, собираясь на один из самых важных балов своей жизни. Длинное, в пол, голубое платье с открытыми плечами, приталенное, с разрезиком сзади, свободное от бедра… оно выгодно оттеняло ее кожу, очень шло ей… Кэтрин была просто неотразима. Но собираясь делать прическу и макияж, она выгнала меня. Я, уже одевшись как подобает – рубашка, брюки и мантия – мне проще, я мужчина… - вышел на воздух на улицу. Вечером до того Кэтрин заставила меня при ней промыть голову, наложила какие-то чары на быстро пачкающиеся волосы и теперь моя прическа выглядела слегка презентабельнее…
- Волнуешься? – поинтересовался рядом со мной глубокий мужской голос, немного бархатный, немного строгий… Том Реддл, его ни с кем не спутаешь!
- Нет… это не первый мой выпуск… - я не волновался. Я думал о том, как быстро пролетели эти встречи, как миновали полтора года нашего счастья. Почти 2 года… и теперь нас ждала неизвестность.
- А Кэтти где? Собирается?
- Да, выгнала меня, сказала что это сюрприз. Так не хочу завтрашнего утра, она уедет и… - я вздохнул. Она уедет и я снова останусь один. Как когда-то до нее. Но она обещала писать  и навещать, я не буду совсем одинок!
- Она уедет не завтра, а послезавтра. И не домой… К Петунье в гости поедут, на неделю.
- К Дурслям? Зачем? – недоуменно смотрел я на него.
- Потому что я хочу их обезопасить. У нас в городке кишмя кишат волшебники, около Норы наблюдались лазутчики… в общем, мы решили переехать на Гриммо и закрыть только на аппарацию извне. Ну и скрыть от посторонних глаз, где теперь штаб-квартира Ордена.
- А Дамблдор в  курсе? Что вы переехали…
- Нет еще. Вот и поговорю с ним вечером. Я ненадолго, на два-три часа. Работа. Так вот, с домом надо дней 10 повозиться… Гарри там пока не место, а одного его к Дурслям не пустит Кэтти. Но это всего на неделю!
- Думаю Петунья дико обрадуется! – улыбнулся я, представив ее лицо. И через миг мы оба рассмеялись, подумав о реакции ее мужа.
А вскоре нас пригласили в Большой Зал. Я занял привычное место, Томас сел рядом со мной, в центре зала стоял один большой стол человек на 70… за который сели все выпускники и ребята – гости их с младших курсов. Среди таковых был  и Гарри, и даже кажется Драко. А стол для преподавателей был немного увеличен, для гостей. Среди них был и Римус, и родители некоторых учеников, ну или там бабушки всякие, если дети из семей волшебников.
Мы  с Томом и Люпином обсуждали наши собственные выпуски. И вот Минерва пригласила учеников. Шармбатон и Дурмстранг – без сбежавшего Каркарова – уже отбыли давно, никого лишнего нет.
Все ученики были облачены в строгие черные мантии, все волновались. Стройная шеренга из 40 человек, как 7 лет назад на первом курсе. Я улыбнулся Кэтти, нежно посмотревшей на меня в ответ.
- Вы стали взрослыми. И вместе с этой ночью от вас уйдет детство. Это печально, но это и радостно. Ведь теперь каждый из вас сможет сам выбирать свой путь, сможет выбирать свою любовь, создать семью, или посвятить себя работе. Грустно прощаться с детскими годами, но храните их в сердце и ваша жизнь будет освещена их светом. – Дамблдор говорил об ответственности, о уме, о дружбе и любви, ненависти и равнодушии… умный совет, доброе наставление…мы все понимали, как сложно сейчас ребятам-ученикам.
Закончив речь, директор вызвал деканов факультетов для вручения дипломов студентам. Начали с Равенлкло, потом Халплафф, Гриффиндор и наконец Слизерин…
- А сейчас диплом об окончании Хогвартса получит девочка, первая за последние лет 14, у которой все «Превосходно» и это при всех окружающих ее условиях! Кэтрин Реддл! Гордость Хогвартса…
Я вручил ей диплом, а когда сели за стол вновь, я заметил, что держу в руке какую-то аккуратно сложенную бумажку. Официальная часть заканчивалась нашими напутственными речами. Я пожелал своим ребятам удачи, счастья и здравого рассудка в любой ситуации… И вот они сняли мантии. Обилие красок – зеленые, белые, красные, желтые, темно-сиреневые и каких только еще платьев не было… аккуратные красивые прически. Все же им еще хочется уловить и задержать кусочек детства…
А вот Кэтти куда-то пропала. И вместе с ней Том, а Римус на мой вопрос лишь пожал плечами.
- А теперь традиционно неофициальная часть. И для вас решил исполнить песню «Зимняя ночь» сам… не буду говорить, это интрига… прошу Вас!  Едва директор сел, раздалась музыка настоящей приглашенной группой. И голос – сильный, глубокий, бархатный баритон. Том?
Но еще больше мой шок усилился на втором куплете… его пела Кэтрин – завила волосы до кудряшек и оставила так. Точненько подкрашена. На каблучке… безумно красивая! Я не в силах был отвести от нее взгляд.
Я наконец прочел записку: «когда все отвлекутся, может, погуляем вдвоем? Хочу побыть с тобой наедине»… Кэтти…родная девочка…
Она пела прекрасно, они оба пели так, словно это были и не они, а ангелы…подобное пение редко можно услышать. После песни Реддлов заиграла музыка для медленных танцев. Я пригласил Кэтти, как лучшую студентку. Прижав к себе хрупкое девичье тело, я прошептал ей на ушко:
- Еще минут через 30-40 проводим твоего папу и пойдем…
- Ты мой самый лучший… - Кэтти нежно улыбалась мне. Нежно и весело.
В Зале наш вальс заметили и даже смотрели на нас…мы «засмущались» и отошли  в сторонку. Еще за столом я позволил себе рюмку огненного виски, Кэтти выпила бутылочку сливочного пива. Вроде все нормально, но что-то не то… не хотелось быть совсем уж серьезным…
А уж когда Том ушел, Римус и Гарри отвлеклись на разговор с появившейся откуда-то Тонкс, мы сбежали из толпы… молодежь веселилась, преподаватели тоже. А мы, дойдя до озера, обошли его и остановились на опушке леса.
- Звезды…такие яркие… - подняла голову в небо Кэтти – а какая из них Сириус? – я показал, прижав ее к себе за талию. – красивая… а Полярная? – я показал, Кэтти немножко не поняла, где они что делают…
- А вообще кто-то учил астрономию и… - она не дала мне договорить, приникнув к моим губам поцелуем… острый язычок скользнул в мой рот, поцелуй стал глубже… я почувствовал, что начинаю отвечать взаимностью ее желаниям…
Казалось, мы целовались бесконечно, каждый поцелуй сменялся словами любви и новым поцелуем…
- Я никогда не забуду эту ночь…а ты? - прижалась она ко мне уже под утро.
- Тоже. Все, что связано с тобой, я никогда не забуду!
Была уже ночь, выпускной бал заканчивался… а мы все еще лежали на покрывале, брошенном на траву, смотрели в звездное небо и ждали первый рассвет ее совсем взрослой жизни. У нас оставались еще сутки до расставания. И потом когда мы увидимся снова – думаю скоро. А вот когда увидимся наедине и надолго… это знает только Небо…
Часть 2. Кэтрин. Дурсли.
На следующий после выпускного день я собрала вещи, упаковалась и оставшийся день и вечер решила провести с любимым. Странно было осознавать, что я окончила школу, с которой для меня столько всего было связано. Странно было понимать, что как ученица я сюда уже не вернусь…
Северус достал с книжной полки ворох пергаментов и листочков маггловской бумаги, когда я читала одну из его книг, устроившись на моем любимом месте – на полу у кровати, я частенько раньше там делала уроки…
Мой взгляд упал на верхний листок и я невольно улыбнулась - это был мой детский рисунок. Я и Джеймс летали на метлах, Сириус собирался присоединиться к нам. И подпись: «Бродяга, Сохатый и Принцесса играют в квиддич».
- Это твой? – спросил Северус, который тоже прочел надпись и теперь изучал лица изображенных человечков.
- Да, мой. Это я нарисовала, когда стала настоящим ловцом. На втором курсе.
- Потрясающе! У тебя определенно талант, милая! Я сначала подумал, это кто-то взрослый рисовал.  А еще что-нибудь такое есть?
- Есть… целая папка. Но я ее уже упаковала. Хотя… - я достала свои свитки с самыми дорогими сердцу записями, рисунки и вырезки из газет и журналов – в основном, кстати говоря, политика и общественность… - вот, смотри – протянув папку с рисунками Севу, я села к нему на колени. Мы просматривали мои наброски, я и родные, мои друзья, школьная жизнь. Все они ему явно очень нравились… отложив папку в сторону, он внезапно спросил меня, могу ли я оставить ему несколько рисунков.
- Зачем? – не поняла я.
- Они будут для меня частичкой тебя. Так ты будешь немножко ближе ко мне…если хочешь, ты можешь забрать что-нибудь мое… - я прижалась к нему, вдыхая его запах… необыкновенный, немного терпкий. Свежескошенное сено, яблочный сироп и отчего-то крепкий кофе…для меня не было ничего слаще запаха его тела и волос. Разве что вкус его губ… я подумала, что хочу забрать что-то, что пахнет им.
- Отдай мне свою рубашку. А я тебе рисунки!
- Бартер? – черные глаза ласково смотрели на меня – зачем тебе моя рубашка?
- Она пахнет тобой. Ты мой самый сладкий на всей планете! Так что, меняемся?..
- Так со временем запах исчезнет или сменится другим…ты ее стирать не будешь, что ли?
- Не буду… буду дышать твоим запахом… - я улыбнулась.
- И чем я пахну? – ласковый взгляд родных глаз…как же я люблю его!
- Ты пахнешь любовью…я не знаю чем, но ты для меня пахнешь любовью…
Полчаса спустя у меня стало на полпапки рисунков меньше и мужскую рубашку больше. А мы вышли погулять… Дойдя до места нашего вчерашнего «романтизма», я невольно вспомнила прошедшую ночь. Одну из самых прекрасных в моей жизни. Судя по тому, как нежно его рука сжала мою, он вспомнил то же самое…
Засыпая с ним рядом ночью, я знала, что уже завтра буду спать  одна. Но не представляла, как это будет…я за полгода уже совершенно отвыкла спать без него рядом. Он был теплым, таким уютным и надежным… мне всегда спалось спокойно и хорошо в его руках. Всегда! И вот я снова буду спать одна… надеюсь это временное явление и потом, после войны, мы всегда будем засыпать и просыпаться рядом. Точнее, не надеюсь. Я верю в это…
Наутро, после завтрака, нас ждал поезд в Лондон. Гарри уже сел, я же загрузила вещи, отдала Рону Пушистика, кстати, совсем меня забросившего. Я его кормила, расчесывала, делала все… а он где-то пропадал целыми днями…
Северус провожал нас, под видом прощания с нашей группой. Но уже перед отправлением я прижалась к нему, нежно целуя его губы напоследок и запоминая каждую черточку любимого лица…
- Вечером напишу как мы устроились у Дурслей!  – еще раз поцеловав Северуса, я влетела в вагон. Поезд тронулся… а я стояла у окна коридора, глядя на отдалявшуюся черную фигуру, стоявшую на перроне…я знала, что я вернусь сюда. Не ученицей… но к нему вернусь, а он никогда не бросит школу. Что бы он ни говорил, он любит Хогвартс…и я приеду сюда к нему вновь…
Мы ехали не домой. Нас ждали тетя и дядя Дурсли. Хотя я сомневалась, что они сильно горели желанием нас видеть. Скорее папа их заставил…Хогвартс скрылся из вида, я прошла в купе, в котором уже был Гарри. И вчетвером – его друзья и я – мы ехали навстречу моей новой жизни.
Поезд прибыл в Лондон, где нас встретили Римус и Тонкс, папа же, по обыкновению, был на работе. Рем забрал наши вещи и отнес часть их в Нору, оставив нам только чемоданы с одеждой. Небо хмурилось, крапал мелкий дождь, туман окрашивал все вокруг в серые тона… магглы торопливо бежали, поднимая воротники курток и надевая капюшоны пальто. Прохладный ветерок относил капли дождя чуть в сторону, они били по щеке… или по лицу – смотря куда лицом ты стоишь…
Мы с Дорой забежали в кафе, заказали по чашечке кофе и стали ждать Римуса. Гарри со скучающим видом листал какую-то маггловскую газету, оставленную на столе. Дора придвинулась ко мне и зашептала:
- А мы с Ремом совсем подружились, часто вместе теперь оказываемся. Он  классный, с ним так интересно!
- Даже не сомневаюсь нисколько, мне самой с ним очень нравится общаться. Он умный…
- И добрый… - расплылась она в улыбке. – И красивый… - при разговоре о нем Дора словно таяла, таким светом и негой светились ее глаза. Я с подозрением смотрела на подругу, гадая, не влюбилась ли та в моего крестного. Ну если так, и если и он еще влюбится в нее, то это замечательно! Очень замечательно! Римусу неплохо было бы быть женатым и иметь любимого и любящего человека…
- Кто красивый? Надеюсь вы не обо мне? – к нам подошел улыбающийся Римус. Дора покраснела и немного смутилась…
- Да нет, это мы о своем женском…идем?
- Нет. Том уже  освободился, сам их отведет. А мы с тобой их поразвлекаем и потом пойдем разбирать гостиную Блеков... Голодные? – Гарри кивнул и Рем, просмотрев меню, решил отвести нас в другое кафе. Где мы благополучно поели, потом вышли на улицу, где уже не было дождя. Добрались до Косого переулка и через минуту дождались трансгрессировавшего к банку папу. Все время, пока мы ели, Рем и Дора рассказывали нам про новый дом, последние новости, шутили. Я вдруг подумала, что из них вышла бы отличная пара – они хорошо дополняли друг друга…
И вот папа отвел нас к тете и дяде, которых мы до того дня никогда не видели.
Маленький двухэтажный домик, куда меньше и скромнее нашего, повсюду доведенные до идеального порядка садовые безделушки, цветы, у дома стоит машина, новая, блестящая, черная…красивая, надо признать. Папа остановился у калитки, протянул мне конверт со словами:
- Это вам маггловские деньги на всякие покупки –продукты там, книжки… короче, что сами сочтете нужным. Там нижняя полка холодильника ваша будет, продукты все есть, ты сама готовь, хорошо? А то тетя Петунья умрет от инфаркта…
- Ладно… - и папа нажал звонок на калитке. Тотчас же из дома вышла худощавая блондинка с каким-то лошадиным лицом и бесцветными глазами. И при виде отца сжалась наверное сильнее, чем могла… по крайней мере Петунья (а кому еще это быть?) уменьшилась в росте и весе раза в два.
- Мам, а кто там?  - из-за нее выглянул…  свиноподобный мальчик или свиномальчик, иначе не скажешь. Толстый, круглый, розовый, с глупыми поросячими глазками, он был ровесником Гарри, может даже чуть постарше… но казался помесью свиньи и человека…
- Добрый вечер, миссис Дурсль, как я и обещал, вот… - папа завел нас всех в дом. Свиномальчик остановился рядом, глядя глупыми глазками то на мать, то на нас…
- А что это у них за чемоданы? – взвизгнула Петунья. Мы с Гарри переглянулись. Больная или до такой степени маггла, что чемоданы с одеждой уже не понимает…
- Одежда… так, ладно, мне нужно уходить… и запомните – дети у вас на неделю и постарайтесь не трогать их без повода – с едой например. Иначе мы уже серьезнее поговорим. Вы меня поняли?
Петунья кивнула. Едва за папой закрылась дверь, она повернулась к нам. И открыла рот:
- Вас как зовут хоть? Тебя Гарри, это я знаю, ты сын моей покойной сестрички ненормальной. А ты? – она посмотрела на меня – тебя как звать?
- Кэтрин. Я дочь вашей старшей сестры… Розалины… не знаю, может слышали.
- Слышала… тоже ненормальная… - я стиснула зубы. Моя мама была волшебницей, и что с того?
- Тунья, ты дома? – заревел за дверью раненный бык. Дверь открылась… хм, мне стало понятно, в кого пошел свиномальчик. Перед нами предстал боров – жирный, живот свисал через ремень брюк, висел складками, одутловатое лицо имело как минимум три подбородка… и свинячьи глаза на всем этом безобразии… Вернон Дурсль? Ужас какой… - уже тут эти больные? Что, приехали ерундой заниматься?
- Ага…ерундой и ересью…вы может нас наверх проводите? Мы спать хотим! Эй, ты… - я обратилась к свиномальчику. Тот смотрел на меня как мышь на кошку…или кролик на удава. Интересно, что такого им папа наговорил? Она вон и Петунья побаивается… - тебя как зовут?
- Дадли…Дадли Дурсль… меня зовут Дадли… - святой Мерлин, он еще и тупой! Жирный, тупой, уродливый… не дай мне Бог такого сына! Хотя… Северус у меня самый лучший и дети от него будут самыми лучшими…
- Я с первого раза поняла, у меня понималка развита. Так вот, Дадли. Проводи нас с Гарри наверх, в гостевые спальни, мы спать хотим…
- Что значит спальни? – заревел бык в лице Вернона – мы вам выделили одну спальню, наверху…
- Прошу принять во внимание то, что мы разнополые… и мы хотим спать… веди нас наверх, наверх это по лестнице и… - я говорила медленно, четко проговаривая каждое слова…потому что он иначе мог и не понять…Через некоторое время нас с грехом пополам приняли, Гарри уснул, а я в своей гостевой спальне зарылась носом с рубашку Северуса, закрыла дверь на щеколду и так лежала почти до утра, засыпая и снова просыпаясь…и мне снился любимый. Что все закончилось и мы вместе…уснула нормально я только под утром… а утром встала, спустилась вниз, желая кофе, ей такого один разок можно! Свиномальчик, когда я зашла, попятился из кухни… вы когда-нибудь видели крадущегося на цыпочках слона? Я тоже, пока не увидела Дурслей… хуже ничего быть не может… они жуткие, толстые тупые магглы, и нас ждала неделя у них… ужас!
В тот день я приготовила кушать, мы с Гарри осмотрели городок и уже ночью,  когда все уснули, я писала Северусу… легла только в три ночи, тихонько отправив Хедвига отнести письмо. А утром… Петунья поливала цветочки, а  Дадли завтракал. Гарри одевался, он удивился тому, что сова улетела,  а я что-то соврала и пошла делать омлет.
- А у тебя есть эта штука?
- Какая? – не поняла я. Дадли моргал своими поросячьими глазками, от чего мне хотелось засмеяться и заплакать сразу… свинья настоящая!
- Ну… чем вы колдуете… а можно посмотреть?
- Можно, только не ломай, а то взорвешься… - усмехнулся в двери Гарри  - у нас на первом еще курсе один сломал палочку… вот перед отъездом ухо нашли… - это было сделано во избежание того, что Дадли сломает палочку чтобы заглянуть внутрь… а свиной мальчик отбросил ее…
Дадли в ужасе убежал с кухни… бегущий Дадли, надо заметить, нонсенс…
Вообще мне нравилось шутить над ним. И отговариваться от Вернонских подколок. Таких же тупых как он сам… и так шла наша неделя у Дурслей…
Глава 2. Неприятности с прессой.
Часть 1. Кэтрин. Пощечина для Малфоя.
Нас забрали через 10 дней вместо обещанной недели. Это было вполне в духе папы, потому что то, что он планировал, почти всегда откладывалось или менялось. В основном из-за его работы… а в этот раз из-за каких-то неполадок в доме Сириуса. Мне написал Римус, что заберут нас на три дня позже они с Дорой.
Это письмо я получила утром, еще до завтрака, на пятый день нашего «веселого» и «приятного» отдыха… Хотя насчет веселья… мне было весело прикалываться над Дадли…и я втянула в свои подколы еще и Гарри… наверно, Дурсли мечтали о том светлом дне, когда мы наконец уедем…
Они все время боялись, что нас увидят соседи, что мы  используем магию или еще что-то в этом роде… а еще они сжимались при одном упоминании о моем отце. С нами Дурсли разговаривали мало, в основном за едой.
Первые дни Вернон пытался нас подколоть, например, с постоянно нерасчесанными волосами Гарри. Но услышав в ответ мое мнение о его дрелях и его втором подбородке, перестал…
Утром в окно постучала сова. Петунья едва не упала с табурета, на котором сидела, наблюдая, как я делаю нам с Гарри сок. Питались мы, помня папин совет, отдельно. Гарри умывался, Дадли, сидя за столом, поедал торт, Вернон как раз заходил на кухню.
- Что это? – челюсть Дурсля упала. Не на пол, нет… помешал третий подбородок – это что такое??? – трясущийся палец ткнул в окно. Уши дяди и щеки под усами побагровели… казалось, он закипает и из ушей сейчас пойдет дым.
- Это сова. Птица такая. Она носит почту волшебников. Правда совы активнее ночью. Ну знаете, у них зрение такое… - я издевалась. Мне нравилось, учитывая их с нами обращение, это делать…
- Я знаю кто такие совы! – прогремел Вернон  - но что она тут делает?
- Письмо принесла… - я открыла окно, сняла с лапы птицы письмо, сунула той орешек, лежавший в вазочке, и отпустила.
Письмо мы прочли вместе с пришедшим Гарри. И прочитав, вздохнули… еще три дня тут! Хотя…
На седьмой день Петунья приготовила нам завтрак, явно в расчете что мы сейчас уйдем… ее лицо, когда Гарри обнял дядю, заявив:
- А мы решили что еще на 3 дня останемся! Нам у вас хорошо… здорово, правда же? – ее лицо было неописуемо… Петунья, казалось, вот-вот расплачется…
Наконец дом… я попала в комнату с Гермионой и Джинни. Гарри жил с Роном и близнецами… в целом, тут жилось приятнее и легче. Но мне так хотелось остаться ночью одной…я закрывала глаза и мечтала о том, что я с Северусом… что он просто рядом. И сны сменяли эти мечты, даря те же самые образы… а наяву я не видела его больше двух недель. В день моего рождения я не стала праздновать, так как Северус был на встрече с Беллой и я не могла думать ни о чем другом…
Он пришел лишь 15 числа, через почти 2.5 недели после нашей разлуки… пришел ночью, когда все спали. Папа меня разбудил и велел идти на кухню. Я зашла… и секунду спустя прижалась к мужчине, закутанному в черную мантию, мокрую от дождевых капель. Северус рассказывал последние новости из лагеря Пожирателей. Папе и Дамблдору… и заодно мне. А я просто прижалась к нему, думая, какое же счастье быть рядом с тем, кто тебе так нужен…
Нас оставили наедине всего на полчаса. Но нам хватило даже их, чтобы наговориться, насмотреться друг на друга и просто побыть рядом. Мы писали друг другу несколько раз в неделю, поэтому новости друг друга знали… Уходя, он прижал меня к себе, поцеловал, и по щекам побежали предательские слезы… хотелось вцепиться в его мантию и не отпускать. Но он, разжав мои руки, ушел…
А еще примерно через два дня пришел ответ на запрос в Денбридж. Я поступила на третий курс и лишь в начале августа мне надлежало прибыть – узнать расписание и еще некоторые формальности. И собеседование… вот так вот просто, без меня, все решили…
Я пошла похвалиться папе – в Министерство. За час до конца его в тот день работы… но попала в лапки Малфоя. Мы случайно встретились в коридоре у кабинетов отца, самого Малфоя, заместителя Малфоя и еще кого-то там…
- Мисс Реддл! – я вздрогнула, услышав его голос. И резко обернулась. Малфой хищно улыбался. В коридоре было безлюдно…  - а папы нету… папа вышел… я могу тебе помочь? – я вспомнила его пытки… урод! Что опять надо???
- Нет… - отчеканила я – мне нужен папа.
- А вот ты мне помочь можешь… скажи мне, где Гарри? – я оказалась в его руках. Крепких и сильных. Закричать мне не дала бы рука в кожаной перчатке. А вторая поднялась по груди и сдернула маховик времени… я пыталась просунуть руку в карман к палочке, но бесполезно.
- Не знаю…
- Вы же вместе живете… - змеиным голосом прошептал он мне на ухо. – Я могу быть более жесток, деточка. Ты же помнишь май, правда? Такое трудно забыть…
- Я не знаю где Гарри. И здесь ты мне ничего не сделаешь…иначе я скажу, что ты Пожиратель. Что ты пытал меня…
- А чем ты докажешь? Милая, милая глупая Кэтти. Где доказательства? Я же исправился!
- Я заметила… в мае… - на мое счастье, подошли папа и заместитель Люциуса. Тот отпустил меня…и с сожалением вернул маховик.
- Ты никогда ничего не докажешь… твоя мать не смогла доказать… и ты такая же дура как она! – вслед мне усмехнулся Малфой. Я развернулась, подошла к нему и резко влепила пощечину. Ногтями проехалась по лицу… Малфой вытер с губы кровь и злобно оглядел нас  с отцом... – у тебя будут большие проблемы, Том, обещаю! – разернувшись на каблуках ботинок, Малфой ушел… а на следующий день в «Пророке» появилась статья Риты Скиттер. Под названием «Заместитель министра Магии не в силах воспитать собственную дочь! Скандал в Министерстве»… там Малфой выставлен был невинной овечкой, которую я, стерва, ударила, а папа одобрил… у отца начались проблемы с Фаджем, но как-то не разошлись. Свою вменяемость папа мог доказать…
Сириус, прочтя статью, куда-то трансгрессировал вечером. И вернулся довольный…
- Эта крыса теперь подумает… - усмехнулся он.
- Ты что, бил Малфоя??? – ужаснулась я.
- Почему сразу бил? Просто научил быть серьезным… опровергнет статейку свою жалкую…
- Сириус, он тебя хоть не узнал?
- Меня нет… но ему еще до меня кто-то нос разбил… там такой фингал… интересно кто…
Кто – мы узнали вечером следующего дня… когда пришел с отчетом после 11 вечера Северус. Оказалось, что нос Малфоя – его рук дело. Прочтя статью, он не выдержал, но объяснил удар тем, что высовываться нельзя. Итак, в два дня Малфоя ударила я, ударил Северус, побил Сириус…
Статья, вышедшая после, была еще краше…
«Главу Совета Попечителей избил неизвестный волшебник. Подозревается Сириус Блек. Информация об одобрении Томасом Реддлом поступка своей дочери не подтвердилась. Люциус Малфой утверждает, что пощечина была случайной реакцией на его спонтанное появление…» и еще полстраницы того, как бедного Малфоя неправильно поняли и как его непонятно за что побили…
А меня папа не выпускал из дома, после того, как Рита хотела взять у меня интервью… оправдывались они с Ремом, неприятности с прессой в лице Скиттер легли на их плечи.
Но если бы меня спросили, жалею ли я о содеянном, я ответила бы, что нет… я не жалела.
Часть 2. Северус. «Заклятый друг ».
После отъезда Кэтрин мне стало на удивление спокойно. Я знал, что она в безопасности, знал, что смогу иногда ее видеть. И знал, что не навлеку на нее беды. И все же я каждый день с тревогой и волнением ждал прилета сов. Я ждал письма… ее почерк, ровные буковки, запах ее рук от пергамента… как много эти мелочи  стали значить, когда нас разделяло расстояние, разделяла война и разлучило то, что мы были в слишком разных лагерях.
Полтора года мы были рядом каждый день, и вот теперь я не видел ее сначала 2.5 недели, потом еще два дня… Но она всегда была рядом, потому что любовь, для меня, - не прогулки под Луной, поцелуи и признания…
Любовь – это когда один взгляд может быть в миллионы раз красноречивее длинного монолога, когда одно легкое, неуловимое прикосновение заставляет сердце биться сильнее, разгоняя по венам кровь. Когда при одной лишь мысли о той, кому отдано твое сердце, тебя согревает тепло даже среди лютой ненависти и холодных душ… Когда ты смотришь в бесконечно глубокие карие глаза и видишь в них себя, и даже расстояния в тысячи километров не в силах  заставить тебя забыть о ней… Любовь для меня – это прежде всего право знать, что я нужен… и право знать, что где-то в мире есть женщина, которая навсегда прочно вошла в мое сердце, вернув ему жизнь…Поэтому даже на расстоянии, даже в условиях войны, я знал – мы обязательно будем вместе. Может быть не в этом мире… но будем…
18 июля я получил номер «Пророка» из рук Альбуса. Это было утром, после завтрака. На первой полосе красовалась статья от Риты Скиттер. Я терпеть эту журналистку не мог  еще с Турнира Трех Волшебников, когда она бегала по школе и лезла ко всем подряд с вопросами о Гарри. А еще это ее Самопишущее Перо…
«Заместитель Министра Магии не может не в силах воспитать собственную дочь! Скандал в Министерстве» - гласил заголовок. Под ним была фотография Люциуса Малфоя с слегка поцарапанной щекой. Я вопросительно смотрел на Альбуса, тот сцепил пальцы в замок:
- Читай, Северус… очень любопытная статья… - я пробежал глазами несколько строк… и остолбенел. Кэтрин ударила Малфоя по лицу прямо в Министерстве Магии, на глазах Тома и Пита Броснана, заместителя Малфоя. Признаюсь, я одобрил ее поступок, чем бы он ни был вызван. Я и сам бы с удовольствием треснул Люциуса как следует, после всего, что он мне сделал… и Кэтти… и скорее всего он опять к ней лез!
« - Я был шокирован этим вопиющим фактом наглости моей бывшей подопечной, сознательно усиливавшей вред от пощечины с помощью ногтей… А ее отец молча стоял и улыбался. Во время всей этой сцены подошел мой помощник Питер Броснан, чье вмешательство предотвратило дальнейшие ссоры и разногласия…» - писал Малфой. Он кроме того намекал, что пора поменять руководство.  И что заместитель министра невменяем.
- Вот урод! – вырвалось у меня. Малфой выставлен был невиннейшей овечкой. А Кэтрин и Том – самые близкие мне люди, кроме Дамблдора – наглыми и грубыми… - Скорее всего пристал к ней, получил пощечину и теперь гнобит Тома…
- Он уже приставал к Кэтрин? Хм… везде успевает…
- Малфой и этим все сказано. Скользкий и противный тип. Статейка вчерашняя, значит, Кэтти его вчера треснула. Приставал в плане вопросов. Как в свое время к Розалине!
- Просто имей это в виду, Северус… ты сам знаешь чем это может обернуться, полагаю. Тома могут уволить, могут оштрафовать или что и поинтереснее и похуже…
- Я думаю не обернется! И мне нужно идти, простите, директор… - я отправился в Малфой-Мэнор. Люциус был дома… сидел у себя в кабинете и рассматривал свою щеку с легкой царапинкой. Обиженный нарцисс…
- Люц, привет! Какие новости? – присев на край софы, я сделал вид, что ничего не знаю. Люциус заохал, повернувшись ко мне:
- Представляешь, меня ударила маленькая стерва – сестричка Поттера. Прямо в Министерстве! Вообще обнаглела! А я всего лишь спросил, где Гарри.
- И что она ответила? – «удивился» я. Люциус поднялся с места, прошел ко мне и сел рядом. И понизил голос:
- Ну, вообще я немножко вне рамок приличия ее стиснул, но иначе она бы могла колдовать. – Я в принципе именно этого и ждал. Малфой и приличия – несовместимые вещи. Этот урод обнимал мою девушку так, как могу себе позволить только я, я стал ее первым и единственным по сей день мужчиной… Но этому гаду ничего не светит точно! И обнимать Кэтти я ему не позволю даже для получения информации! -  Она сказала, что не знает… вранье конечно, но я не успел выдавить признание.
- И что, ты ее отпустил и она тебя ударила? – я даже внутренне хихикнул, представив эту сцену – Кэтти резко берет и бьет его по лицу. Непредсказуемая малышка, но для меня самая родная и самая любимая…
- Не совсем. Я сказал что ее мать пыталась доказать что я плохой, но не смогла… и эта тоже не сможет! А она развернулась и подошла. Ну и ударила!
- Дожили… тебя побила девушка… - усмехнулся я. Дверь отворилась и бесшумно вплыла Нарцисса с подносом, на котором стояли две чашки кофе. Пару лет назад Гарри хитростью освободил их эльфа, теперь они все делали сами.
- Привет, Сев, рада видеть! – улыбнулась она. Я улыбнулся ей в ответ, изображая дикую радость. Все же сестра самой Лестрейндж! – Угощайтесь, мужчины. Что-нибудь еще хочешь, любимый?
- Нет, спасибо, Цисси. Это лишнее! Ты свободна!
- Хорошо… - она собралась  уходить. Люциус продолжил:
- Ничего. Я устрою этой дуре райскую жизнь в аду!!! – его глазки светились подлинной мерзопакостностью никчемной душонки – я еще покажу кто я такой…они не знают, что значит один из главных Пожирателей! а, друг? – я не выдержал. Мне стоило огромного труда удержаться от того, чтобы не ударить его. Я в прямом смысле слова ненавидел его. Особенно после того, что он в мае сделал с Кэтти…Кулак чесался весь разговор с ним. И мне вдруг стало плевать на последствия, минутное помешательство… Миг спустя Малфой схватился за разбитый нос, из которого текла кровь. Под глазом всплывал фингал. Пока еще чуть красненький… Но учитывая, что отлетел мой бывший теперь уже друг от меня метра на полтора, фингал будет яркий! И четкий…
- Ты ополоумел, Снейп? – зашипел Малфой – Цисси, вон отсюда! – Нарцисса, еще бывшая в комнате, мигом испарилась. – Ты что творишь? Ты что, с ними заодно? – какая проницательность!
- Люциус, не говори ерунды! Я не заодно с этим старикашкой, я с удовольствием бы его убил, будь моя воля, но он пока нужен Госпоже… - я склонил голову в знак преклонения. – Но ты слишком увлекся жаждой мести, это зря! Нам не нужно высовываться, не нужно показывать, кто мы и что мы… Ты прав, девчонка сейчас ничего не докажет, но любая неосторожность и у нее могут появиться улики. Я бы на твоем месте отозвал статью и подождал… еще отомстим!
- Ну да, ну да… ты мне нос сломал! Это в знак дружбы что ли?
- Нет… прости, я не хотел так сильно. Просто нужно было привлечь твое внимание… спонтанно получилось… давай помогу… - я остановил кровь, нос не был сломан. Но по лицу все же видно было, что я его ударил. – Прости, Люц, я правда не хотел! – хотел, еще как хотел… и теперь не жалею, что ударил. Жаль что так мало…
- Не злюсь… иди… - я ушел. Тем же вечером Малфоя избил Блек, и Люциус отозвал все же статью...
А дней через пять я пришел уже на собрание Беллы. Оно длилось около часа, планировали, как помочь нашим соратникам сбежать из Азкабана. После собрания Люц ушел куда-то на задание, Белла трансгрессировала обратно домой, Драко же куда-то делся еще в начале лета… Так вышло, что я остался с Цисси наедине…
Когда-то, еще до рождения Гарри и Драко, нас с ней связывали очень близкие отношения. Несмотря на ее тогда уже замужнее положение, мы встречались… в номерах гостиниц, в тавернах, у нее в те дни, когда Люциуса не было дома… иногда у меня. Зачем? Не знаю… тогда это было похоже на увлечение, на страсть… На тягу плоти…
Я никогда не любил ее, она мне даже не нравилась. Просто как-то раз я перебрал со спиртным на вечеринке Беллы, а утром проснулся в одной постели с Нарциссой Малфой. Люциус же где-то пропадал еще почти сутки… с того дня и начались наши с Нарциссой встречи. А когда я сдал Лили и Джеймса Белле и мне пришлось обратиться к Дамблдору, они прекратились. И в последние до Кэтти лет 7 я в принципе не был в близких отношениях с женщинами…
- Северус, его не будет до завтрашнего вечера… - подошла ко мне вплотную Цисси, от которой пахло дорогими духами – может, задержишься?
- Зачем? – я был действительно удивлен. Уже 14 лет прошло со дня нашего последнего свидания… казалось бы, все давно кончено…
- Вспомним молодость… когда-то ты не спрашивал, зачем… - маленькая ладонь легла мне на плечо  - Люциус окончательно теряет интерес ко мне, но я же женщина, мне хочется быть желанной…
- Ты ведь любишь его… - сбрасывая  с плеча ее ладонь, ответил я.
- Да… но все же…
- Нет, Нарцисса. Я… я не могу! – я подумал о Кэтти. Нарцисса не владеет легилименцией, можно обойтись без щита. Кэтрин явно не понравилось бы такое… но ничего такого и не будет!
- Почему? – настал ее черед удивляться. Брови поползли вверх, рука снова легла мне на плечо.
- Потому что я… я вообще никак и ни с кем не могу! – брякнул я первую же спасительную мысль – я 10 лет пил зелье, подавляющее желания, побочный эффект то, что их теперь совсем нет…
- А может попытаться вернуть? – теснее придвинулась она.  В нос ударил неприятный запах какого-то цитруса. Шалфей и мята – этот запах всплыл в подсознании. Шалфей и мята… моя Кэтти…
- Нет… дело в том, Цисси… как бы тебе объяснить… в общем, дело в том, что за 3 года до начала курса зелья я… ну, меня интересовали… не женщины… ну и так как это неправильно, я решил убить желание совсем… - мой рейтинг в ее глазах падал ниже плинтуса. Ну и пусть… зато я сохраняю верность моей малышке!
- Подожди, но ты же был со мной… и еще с Анной Эйвери… - и еще с парой дам. Но это было давно и неправда… - ты не встречался с мужчинами!
- Ну да… но я осознал свою истинную тягу позднее… так что извини… но нет.
- Ясно. Ну что же,  таком случае… - она брезгливо отряхнула ручки – тебя проводить?
- Не стоит, спасибо… - я ушел. Когда закрылась дверь за моей спиной, мне стало легче дышать… я с немалым удовольствием покинул дом моего заклятого друга. Я знал, что я связан с ним еще надолго. Но я знал, что на другом конце страны есть маленький городок, где меня всегда будут ждать… и верить мне… это придавало сил.
На мое плечо села белая сова. Щелкнула клювом. И никак не хотела слетать… она трансгрессировала со мной в Хогвартс, заехала на моем плече в подземелье. Слетела и села на кровать. А когда я обернулся, закрыв дверь и камин, на кровати сидела далеко не сова… человек…
Секунды спустя я с наслаждением вдыхал запах шалфея и мяты, глядя в карие глаза. Это не был сон… рядом со мной сейчас и здесь была моя Кэтрин. Была наяву…
Глава 3. Тайна Джеймса Поттера.
Кэтрин.
Проблема с Ритой Скиттер пошла на спад, мы вздохнули чуть спокойнее, но тем не менее меня все еще не выпускали из дома. С момента выхода в свет статьи Люциуса Малфоя, в которой он опровергал статью Скитер, прошла почти неделя… и ровно столько же оставалось до дня рождения Гарри. Я впервые в жизни мечтала одновременно ускорить бег времени, чтобы все скорее решилось. И замедлить, чтобы конец не наступил… чтобы Гарри никогда не исполнилось 17 лет.
Почему? Просто я знала, что он не доживет до 18… валькирия знает все наперед. Мне снились вещие сны… и в одном из таких снов я увидела, что ждет Гарри…
Он найдет все крестражи, мы сумеем уничтожить их. Но в день битвы с Лестрейндж он умрет. Убив его, Беллатриса уничтожит последний крестраж и ее убью уже я. Или Сириус… или… или папа. Кому повезет остаться в живых. Вот только Гарри я не верну. Потому что потеряю дар, сражаясь с кем-то еще.
Я никому ничего не сказала, но с того момента спать для меня было самым ужасным занятием, ибо этот кошмар повторялся каждую ночь. Я раз за разом видела зеленый луч, слышала «Авада Кедавра» и видела опустевшие глаза Гарри… Врать было безумно тяжело и больно, но я не хотела омрачить оставшуюся жизнь Гарри. Я знала, что все будет так как я вижу. И не будет иначе… Видения валькирии – предрешенное будущее. Я задумалась, знала ли мама о том, что умрет в ту ночь. И пришла к выводу, что она все знала. Она общалась со всеми нами так, словно прощалась. Но тогда я, маленькая девочка, этого не заметила.
Гарри… Гарри становился все старше и все сильнее похож на Джеймса, каким я его помнила. Но он никогда не смог бы заменить для меня своего отца. Любила ли я кого-то сильнее чем Гарри? Нет… но Джеймс значил для меня очень много. Гарри был моим братом, младшим братом. А Джеймс когда-то был моим самым лучшим другом. Я любила его… и Сохатый платил мне взаимностью. Он всегда звал меня «Принцесса», проводил со мной уйму времени, учил разгадывать загадки и шифры. Он научил меня сидеть на метле, а затем и летать, он учил меня азбуке, он читал мне вслух сказки, когда я ночевала у них, катал на спине, превращаясь в оленя. Джеймс научил меня драться, чтобы я физически могла постоять за себя. Джеймс учил меня стойкости и мужеству, заставлял много думать. Вместе со мной последние два года своей жизни он учил латынь и немецкий…
Отчасти Джеймс значил для меня даже больше, чем папа. Потому что он был рядом. Такой умный, сильный, добрый… тогда, в детстве, мне казалось, что он самый храбрый и самый сильный.
Джеймс играл со мной в шахматы, рисовал мне «карты сокровищ»… Когда его не стало, моя жизнь внезапно опустела. Римус никогда не играл и не занимался со мной так много. Да, с тех пор он жил у нас, но все же это было не то. Он не мог заменить мне Джеймса. И никто бы не смог… Джеймс Поттер был для меня старшим братом, дядей, лучшим другом сразу…И однажды навсегда исчез из моей жизни. Именно тогда я перестала играть в игры. Потому что моя игра предполагала Джеймса. А его больше не было…
Так вот, через дней пять после выхода в свет статьи Малфоя я разбирала бумаги. И среди них нашла одну… короткая записка. Привет с того света.
«Настанет день, когда ты это найдешь, Принцесса. Так вот, я хочу, чтобы ты сделала одну вещь. Ты, возможно, сразу не поймешь мой поступок. Но я делаю это ради тебя… Помнишь мой «секретый» дом? Там тебя ждет кое-что, что поможет тебе. Надеюсь, это не будет нужно… итак, ступай туда. И на полке камина тебя ждет ответ о том, зачем... если ты читаешь это, то меня уже нет. Что же… тогда я скажу, что очень тебя люблю, Принцесса. Ты мой «самый большой маленький друг», помнишь? И я надеюсь, что тебе поможет мой сюрприз и ты сможешь все преодолеть. Я верю в тебя, малышка. Твой друг Сохатый…».
Я расплакалась. Я уже привыкла к тому, что его нет. И вот снова… друг… а с тех пор у меня нет друзей. Мне неинтересно было с ровесниками, а старшие считали маленькой. Только Джеймс считал меня  другом и равной себе.
Я знала о чем он говорит. Но боялась идти туда одна… Ночью, когда все уснули, а Джинни ночевала у тети Молли, потому как дядя Артур работал в ночной рейд, я собралась уйти. Надела платье, туфли. Накинула мантию… Гермиона проснулась, посмотрела на меня:
- Ты куда? – ей я сказала правду и все объяснила… обернулась совой и полетела в Малфой-Мэнор. Попала как раз на конец совещания Пожирателей. Сидя на ветке дерева, я следила за тем потоком людей, что уходил и приходил, и ждала Северуса. Но ушли уже все, я пришла к выводу, что Сева там нет… и ошиблась. Я собралась улетать, когда он вышел. Доехав на нем до школы, я стала человеком. Мы обнялись и не отпускали друг друга целую вечность… Я была счастлива в этот миг. Я боялась за него, но теперь он был рядом. Живой… и здоровый.
- Ну все, хватит, раздавишь. Как же ты вырвалась сюда, любимая? – он сжал в ладонях мое лицо, глядя в мои глаза…
- Птица может летать где хочет! – мы обсудили новости, статью Люциуса, прошло часа 2, а мне казалось, они пролетели. Пробило час ночи, звук часов заставил меня вспомнить о цели моего визита. Но я продумала ложь до мелочей. Мы пойдем в домик Джеймса завтра… а сегодня я просто хочу быть с тем, кого люблю…
От Северуса пахло женскими духами. Сначала я не заметила этот запах. Просто в воздухе витал сладковатый аромат цитруса, отлетая от покрытых коврами стен обратно в нос. А шел запах от любимого.
- Сев, почему от тебя пахнет духами?! – импульсивно воскликнула я.
- Нарцисса Малфой предлагала свои услуги…
- И?! – меня охватила ревность. Что эта старуха о себе мнит? У Сева есть я…
- И теперь считает меня неправильно ориентированным. И да, я не могу…
- В смысле? – не поняла я.
- Совсем… никак и ни с кем… - он улыбался. И рассказал мне всю эту историю… а мне хотелось смеяться, когда я представила себе лицо Нарциссы…
- А почему она к тебе клеилась? – наконец сообразила я, что осталось мне неясным… никак спали вместе. Так и оказалось… укол ревности стал сильнее. Я представила как он обнимал ее, целовал… но сейчас он со мной и я ему полностью доверяю…
Ночь мы провели вместе, заснули лишь под утро. А проснувшись, я видела, как он сладко спит,… я разбудила его и объяснила что нам надо делать… быстро сделать…
Северус охотно согласился мне помочь. И мы вместе перенеслись в Годрикову Впадину. Туда, где осталось мое детство. Туда, где я стала валькирией… с тем, кого я люблю и кто мне по-настоящему нужен…
Меня ждал сюрприз… но едва переступив порог домика, я напрочь о нем забыла… хотелось плакать. Потому что ничего не изменилось.
Линия из бронзы делила пол с севера на юг. Шкафичики и стол у окна. Деревянные стены и полы, полочки… он находился в получасе ходьбы от дома Поттеров. Но о нем знали только я и Джеймс… И теперь Северус…
Итак, спустя почти 9 лет после смерти Джеймс прислал мне последний привет. А его сюрприз действительно очень сильно помог мне…
Северус.
Утром Кэтрин разбудила меня, едва пробило семь. До того уснули мы часа в четыре ночи, и после трех часов сна немножко хотелось спать. Но недаром я зельевар. По кружке Бодрящего напитка, и мы снова активны и радуемся жизни. Кэтти оделась, расчесалась. Мне не слишком хотелось идти с ней к Поттеру, но я не мог отказать любимой женщине. Если она обратилась ко мне за помощью, то я ей нужен сейчас.
Мы перекусили в Хогсмиде и отправились в Годрикову Впадину. Подходя к развалинам дома Поттеров, я невольно вздохнул. Если бы не я, то они были бы живы… как бы там ни было все, я все же виноват в их смерти. И только я. Хвост в том, что предал их. А я в том, что рассказал пророчество и обрек их на смерть. Всех троих.
Мы прошли мимо дома, вышли за черту города и неспешно двинулись по полю. Но примерно полчаса спустя, даже меньше, Кэтти остановилась.
- Это здесь.
- Но тут пусто! – я недоумевал. Заколдованное место… но зачем?
- Торжественно клянусь, что замышляю пакость и буду делать в этом домике только пакость! – не обращая на меня внимания, отчетливо произнесла Кэтти. Прямо перед нами появился маленький домик с двумя окошками – с восточной и западной стороны.
Внутри оказалось просторно и уютно. Столик у восточного окна, два стульчика, шкафчики и полочки… светло и тепло. По полу шла бронзовая линия, делившая запад и восток.
Кэтти остановилась у двери, огляделась. И молча обошла домик… в одном углу было подобие камелька с полочкой наверху. Кэтти подняла с него листок пергамента… улыбнулась, но улыбка ее была печальна. Я чувствовал, что сейчас шутки неуместны, что ей тяжело быть здесь. Она любила Джеймса, они дружили… конечно это было сложно для нее. На северной стене висели их совместные фото.
Со мной он вел себя мерзко, но судя по колдографиям и рассказам Кэтти, ее он просто обожал. Это даже немного изменило мое мнение о нем. Оно стало лучше… мы в конце концов были еще детьми тогда, в школе. Кто знает, может сейчас все могло бы быть иначе. А может мне следовало вести себя иначе… но теперь уже ничего не вернешь…
- Сев, смотри сюда! – она протянула мне записку. Там не было ни слова прозы. Только:

Прежде чем правду Тебе сказать,
Ответ на вопрос мой Хочу я узнать:
На свете есть 4 стороны,
И им давно названия даны.
Есть север, юг, есть запад и восток.
От сердца Розы ты куда пойдешь, дружок?
Тебе я, принцесса, подсказку скажу.
В твоем имени букву одну отыщу
Я названья той нужной тебе стороны…
И таких вот ты буквы найдешь уже две
В том прозванье, что я дал однажды тебе.
Еще Запомни, в этом слове буква есть
Ее значений нам порой не счесть.
Она не буквой может даже быть…
Итак, я все сказал, Пора ходить!
Всего три шага ты пройдешь,
И все найдешь!!!

- Загадка? На буквы? – я был удивлен. Но удивлен приятно… Не думал, что Джеймс таким интересовался.
- Что такое сердце Розы? – в упор смотрели на меня огромные карие глаза.
- Не знаю… может он имел в виду центр Розы Ветров? Тогда думаю это центр комнаты. Буквы…буквы… - я задумался, ища буквы названий сторон света в имени Кэтрин…
- Север…юг… - бормотала она вместе со мной… - юг…т! Одна буква… и в «Принцесса Кэт» две… с и т! Значит три шага на юг из центра комнаты…
- Тебе не кажется, что это слишком просто? – пока она шагала, я начал сомневаться, что это так легко…
- Никто не знал, что наедине он меня звал на Принцесса… два… а Принцесса Кэт. Он ничем не рисковал… три… - она остановилась у маленькой тумбочки. Открыла и начала лихорадочно выбрасывать оттуда разные книги и еще какие-то мелочи. Наконец выпрямилась:
- А ты прав… не так легко… уровень номер два.
- Дай взгляну…
На этот раз это была детская считалочка…
Прыг-скок, прыг-скок,
С каблука на носок,
Прыг-скок, прыг-скок,
Я на запад и восток.
Прыг-скок, прыг-скок,
Да с бруска на оселок,
Прыг-скок, прыг-скок…
Вспоминай теперь, дружок!

- Тааак, прыг-скок, прыг-скок… я должна прыгать? – поднялись бровки Кэтти.
- Думаю можно обойтись шагами. С каблука на носок это шаг вперед, потом… на запад и восток? Но ведь ты вернешься в исходное положение!
- Вот именно – Кэтти шагнула вперед и с немым вопросом смотрела на меня. – Я вернусь сюда, если шагну туда и обратно…
- Подожди-ка… - мне в голову пришла идея. А если сначала на запад и потом оттуда на восток? - на запад и восток… отойди, - я встал на ее место, шагнул на запад и, приняв запад за север, шагнул на получившийся восток. Передо мной оказались два необычных рисунка досок. В ногах на полу словно маленький брусочек, а рядом бревно полукруглое…Или наверно этот самый оселок. Встав на одно бревно и затем на другое, я остановился. - И дальше я не знаю… вставай сюда. И будем думать…
- Ты не помнишь эту считалочку? Джеймс пропустил строчку. Но я что-то такой считалки не помню…
- Нет, откуда… хотя… погоди-ка! – я вспоминал свое детство. Игры детей, которым я был свидетелем…прятки и звучавшая считалочка. «Прыг-скок, прыг-скок…»… что-то там было такое, что мне казалось жестоким. Что-то такое про…вспоминать было трудно, ведь я этого стишка не слышал уже лет 30…что-то про голову. Голова…голова ударилась обо что-то… обо что?
- Зачем он задал мне то, чего я не знаю? – вздохнула Кэтти – в жизни такого не слышала!
- Там что-то про голову и удар… я слышал в детстве… - меня осенило.  – Кэтти, там такой конец: «Прыг-скок, прыг-скок, головой об потолок». Этот сюрприз, полагаю, над тобой.
- Тогда ищем нишу в потолке! Нужно по нему чем-то постучать… чем бы… - Кэтти снова задумалась. Я огляделся. Приманить нечего. Наколдовать? А может и не надо ничего? Кэтти тем временем потянулась к потолку ручкой. Но роста ей не хватило. Она была ниже меня, почти на голову, и как бы она ни старалась, достать не могла.
- Кэтти, отойди, я попробую достать. – Мне роста хватило… я простукивал доски, но стук был нормальным. А потом… одна большая квадратная доска стучала, как пустой ящик. Я осторожно снял ее. Ниша была просторной, с углублением вбок… и вот в этом-то углублении стояла среднего размера деревянная шкатулка. Когда я поставил находку на стол, мы смогли ее разглядеть. Старинное дерево с богатой инкрустацией. И рисунок в  виде оленя – резьба по дереву… а там, где она открывается – замочек. И на нем записка.
«Последнее испытание. Разгадай комбинации слов. Смотри сюда:

ты – мираж
В этом сочетании тебе не нужно тире, не нужна буква ж. Но зато тебе нужны 4 других буквы. И ты их найдешь в разгадке букв Д и П. напиши эти слова тут и шкатулка откроется. Буквы должны быть поставлены в правильном порядке. Итак, тут ты точно справишься. Давай, Принцесса!».
- Сочетание букв! Комбинации… Мы же их так часто решали! Д и П, думаю – Джеймс Поттер… - Кэтти оживилась. И села писать что-то в блокнотике. Пока она сидела на полу, я от нечего делать огляделся. Здесь все было пропитано особенным духом. Детства и настоящей дружбы. Фото Джеймса с маленькой Кэтрин, вот он держит малышку на руках, вот протягивает ей погремушку. А вот они у торта с пятью свечками. И Кэтти тут как раз лет 5… Кэтрин на спине большого благородного оленя…
- Сев, а что могут значить эти числа? – позвала меня Кэтти. Я подошел и наклонился. На записке всплыла новая строчка. Теперь выглядело так:

34  3  0 8  55   2  1 0
Т   ы – м   и   р а  ж
- Я думаю это ряд прогрессии с пропущенными членами. Как думаешь?
- А нули откуда? Там в прогрессии  ряд начинается с единицы, и даже если с нуля, нулей не будет несколько! – я знаком был с этим понятие, прочтя много литературы магглов. В том числе и по точным наукам.
- А может он расставил как-то так, чтобы мне показать порядок букв? А нули это пропущенные?
- Смотри… порядок возрастания – 1, 2,3,8,34,55. Давай поставим буквы: арымти. О чем-нибудь говорит?
- Ну я подобрала. Мы можем подставить сюда буквы д, е, й, с, п, о. Знать бы принцип… сколько и куда…
- Знаешь, начало смахивает на ряд Фибоначчи. 1, 1, 2, 3, 5, 8… пропущены 1 и 5. Туда и пробуй…
- Спасибо… дальше я сама…  - она снова зарылась в свою работу. Я взял с пола одну из выброшенных ей из тумбочки книг и начал читать. Это были «Сказки Барда Биддля». Через полчасика Кэтти встала, личико ее выражало торжество.
- Итак, пароль – Дары Смерти. Ручка есть?
- Нет… только перо. Но  чернил нет…
- Не страшно. Перо давай. – я протянул ей перышко и оно так легко укололо ее, а она выступившей кровью написала пароль. Тихий стук и шкатулка без замка…
Кэтти открыла ее и достала какой-то предмет из ткани, или завернутый в ткань…Тонкая, серебристая, какая-то нереальная ткань… Кэтти подняла руки и к земле упало тончайшее невесомое полотно, не касавшееся пола из-за поднятых рук Кэтти.
- Мантия?! Он пошутил? – я заметил еще одну записку на полу.
- «Это настоящая Мантия-невидимка. То, что у Гарри или Дамблдора – отлично сделанная копия, срок работы лет 150, она была сделана отцом 20 лет назад… а это настоящая, она давно уже стала реликвией моей семьи. Она может закрыть не только тебя, но и все, чего ты коснешься рукой. Она заглушит, но не совсем, звуки. И через нее невозможно увидеть тебя никому. Она поможет тебе…А после войны отдай ее Гарри, она принадлежит ему по праву. Если ты держишь ее в руках, идет война. Тогда… удачи, малышка, я верю в тебя! Ты справишься!» - я закончил чтение. И заметил, как по щекам Кэтрин бегут слезы… забрав Мантию, я отложил ее и обнял любимую.
- Он заранее знал, что погибнет и мне нужна будет помощь… она мне обязательно поможет…но…Джеймс… - уткнувшись мне в плечо, она разревелась. Я нежно гладил ее по голове, молча, прижав к себе. Я знал, что ей сейчас нужно выплакаться…
- Не говори никому о ней и об этом месте, хорошо? – я кивнул. Кэтти продолжила, подняв голову: - это будет только наше с тобой место… любимый мой… как же я хочу быть с тобой…
- Ты будешь… мы победим и ты будешь со мной! – большими пальцами рук вытирая дорожки слез с ее щек, я улыбнулся ей. Кэтти порывисто прижалась ко мне, крепко-крепко…
- Обещай, что ты останешься жив. Обещай мне…что я дождусь тебя…я буду ждать, мне не нужен другой…
- Обещаю, что сделаю все возможное для этого…
- И да, спасибо тебе за помощь… тебе пора, да? – я кивнул. Было почти 12 дня.. и мне действительно стоило быть уже в школе. – Секунду… - теплые губы коснулись моих поцелуем… я самозабвенно ответил…
Нежные поцелуи… нежный шепот…И снова разлука.
Но теперь у нас было свое тайное место. И я знал, что обязательно встречу ее здесь…
Уже в школе я вспомнил о Джеймсе… он не мог бы быть моим другом. Но приятелем может быть, или как Люпин – нейтральным…
Я взял из домика одну колдографию, где они играли в шахматы… там Джеймсу было 27… молодой, энергичный… и навсегда остался молодым…
- Спасибо тебе, Джеймс, за Мантию для Кэтти – неожиданно даже для себя прошептал я. – И прости… за то, что подставил вас…
- Я думаю, он тебя уже простил… - послышался за моей спиной голос. Я обернулся… В дверях моей лаборатории стоял профессор Дамблдор. – ты много делаешь для его сына. А за что ты его благодаришь?
Я был перед сложным выбором. Рассказать всю правду или соврать… Соврать просила Кэтти. Но врать Альбусу было очень сложно… и стоило ли?

0

2

Часть 3. Дамблдор. Что скрывают воспоминания…
Время порой неумолимо. Иногда оно идет слишком быстро, а порой чересчур медленно. Время играет с нами в свои игры, а мы даже не подозреваем этого. Одна секунда решает судьбы огромных стран. Но ни одна страна не может повлиять на секунду.
После знакомства с Розалиной Браун я думаю, что судьба и время тесно связаны. Время решает судьбу, судьба иногда определяет время. Если человеку судьба погибнуть в какой-то день, то не важно, случится это в пять утра, или в десять… здесь решающую роль играет именно судьба. Розалина знала о своей смерти, она знала, что этот день станет для нее последним… она и умерла еще до полуночи. Судьба…
Роззи Браун была необыкновенно ярким человеком, неутомимым. Она состояла одновременно в Совете Валькирий, в Ордене Феникса, проводила уйму времени с Лили… и была при этом хорошей женой и матерью…
Лишь один раз я видел ее растерянной и  плачущей… лишь раз я видел, что она устала. Это случилось незадолго до ее смерти…
В одно прекрасное утро я спустился в подземелья, чтобы поговорить с Северусом о его визите на совещание Пожирателей. Он вернулся поздно вечером и я не стал его беспокоить. Но утром решил все обсудить…
Однако ни в 9, ни в 10, ни в 11 утра его не оказалось на месте… и только в час дня мне удалось застать его. Мальчик сидел у стола в своей лаборатории, глядя на потрепанное фото.
- Спасибо тебе, Джеймс, за Мантию для Кэтти – прошептал он. – И прости… за то, что подставил вас… - я присмотрелся. На колдографии была шахматная доска, около которой сидели двое. Мужчина с растрепанными короткими черными волосами, и девочка лет 8…Джеймс и Кэтрин. Они играли в шахматы, причем выигрывала судя по своей счастливой улыбке Кэтти. -  Я думаю, он тебя уже простил… - заметил я. – ты много делаешь для его сына. А за что ты его благодаришь?
Северус замялся, замолчал. То ли не знал, что сказать, то ли не мог. Молчание длилось долго, тишина становилась гнетущей… в тишине отчетливо слышался звук капающей где-то воды.
Пламя свечи отбрасывало отблески на гобелен на стене, пахло снадобьями и ингридиентами. Огонек отражался на черной радужке глаз мальчика.
- Джеймс оставил Кэтти мантию-невидимку. Настоящую… - наконец раздался в тишине тихий голос. – Дар Смерти…
- Ты был с ней? – я прошел в кабинет. В тишине звук моих шагов казался чересчур громким.
- Да… в его домике… знаете, он был не таким уж и плохим. И он так любил Кэтти… Это нас объединяет. Я люблю ее… и она изменила мою жизнь, подарила мне счастье любить и быть любимым. Знаете, она похожа на мою маму чем-то. Она добрая, она верит мне…и умная. Она там отгадала такие сложные загадки… оказывается, Джеймс увлекался шифрами, кодами и всякими шарадами! – черные глаза загорелись от возбуждения, голос стал громче и как-то энергичнее…
- Это тебе в нем понравилось? – я улыбнулся. Северус немного успокоился и уже обычным тоном продолжил:
- Он просто оказался лучше чем я думал… Вы хотели поговорить?
- Да, мой мальчик, хотел бы… для начала расскажи мне о собрании.
- Решено осенью вытаскивать наших дружков из Азкабана… - ответил он. – Это единственная новость. Мы пока решаем кто и как, но скорее всего это будет при участии самой Беллы и Малфоя-старшего.
- Отлично. – Поймав изумленный взгляд черных глаз, я поправился: - Отлично, что пока не решено. Это значит, что у нас больше времени. Говоришь, при участии Люциуса?
- Да…
- Как кстати твои с ним отношения? После его носа… - я знал, что Северус разбил Малфою нос, но не осуждал его за это ни капли. После того, что Малфой сделал с его любимой, он это заслужил…
- Ничего. Мы снова дружим… - усмехнулся Северус. – Знаете, я вот думаю, зачем он оставил Кэтти мантию? Он писал, что она пригодится ей и он хочет ей, Кэтти, помочь. Но почему не кто-то еще? Ей было всего 9, когда он погиб!
- Потому… - я вздохнул. Я 17 лет хранил тайну. И настала пора открыть ее кому-то еще. И я подумал о Северусе. За эти 14 лет, что он помогает мне, что прошли с тех пор, как он пришел ко мне, он стал мне очень близок. Как внук или даже сын… Этому мальчику я доверял как себе. Потому что знал - он не предаст, он слишком сильно хочет исправить свою ошибку и слишком любит Кэтрин… - потому, что он… а впрочем, тебе лучше увидеть самому. Пойдем ко мне… - мы поднялись в мою башню. Я достал из шкафчика флакончик с серебристым содержимым и вылил воспоминания в Омут Памяти…
- Только не говори больше никому. Особенно Кэтрин… ты поймешь почему.
Мы погрузились в воспоминание вместе…
Церковь, маленькая, сельская. Старенький священник проводит обряд крещения. На руках молодой женщины, мне лично незнакомой, малышка…около полугода девочке… Рядом с ней Розалина, Томас и молодой парнишка, не старше 19 лет, с растрепанными черными волосами. Ни следа Римуса Люпина…ночь…полнолуние…
Обряд проведен до конца. Ребенка нарекли именем Кэтрин Саманта Реддл…
- Я не понял. Это что значит? Ее крестили дважды? – мы вынырнули и Сев смотрел мне в глаза. – Я жду объяснений!
- Ее крестили дважды, да… но первый раз настоящий, не второй. Это было ее первое крещение. И вот тебе ответ на твой вопрос про Мантию…
- Я понял. Полнолуние, Люпин не мог там быть… и никого кроме Джеймса… это ведь Джеймс был? – я кивнул. – Тогда я все понял…
- Что ты понял? – за окном шел ливень… Северус вцепился пальцами в спинку стула.
- Крестный Кэтти не Люпин… а Джеймс… - оглушительный раскат грома – и она об этом не знает… я только одного не пойму – еще один раскат – зачем так долго врать?
- Это было не наше желание… а желание Розалины. Не говори Кэтти!
- Не скажу. Пока не поговорю с ее крестной.
- Ты ее знаешь? – поинтересовался я.
- Да… это Тезла-Экала. Ледяная Королева Времени… - еще один раскат грома поставил в нашем разговоре жирную точку…Я оглянулся на окно, а когда повернулся… то увидел лишь закрывающуюся дверь и услышал сердитые шаги за ней…
Он знал тайну. Но он не знал всего…потому я поспешил его окликнуть. И предложил показать еще одно воспоминание…Северус долго размышлял, но все же согласился…
Я перелил в Омут содержимое другого флакона с иным воспоминанием. Северус скрестил на груди руки, лицо его выражало сердитость и недоумение. А еще скептицизм. Признаюсь, я и сам не понимал смысла той лжи, что мы говорили всем вот уже более 17 лет. Тайну знали только двое ныне живущих. Даже сам Римус искренне считал себя крестным Кэтрин. Только я и Том знали все… Но не столь давно, лет 5 назад, я посмотрел то, что собирался показать сейчас Северусу. И я понял причину лжи…
Правда будет стоить жизни Кэтрин. Такова была цена за… впрочем, об этом в свое время…
- Ты поймешь меня и Тома, мой мальчик… поймешь… - Северус склонился над Омутом. Я последовал за ним…
Это было воспоминание Розалины. Точнее их было несколько в одном. Последнее, что осталось от нее – ее воспоминания.
Сцена происходила в доме Поттеров, на кухне. В ночной тишине слышалось сопение ребенка, ровное дыхание Лили за стеной. Стук часов. Шелест листьев за приоткрытым окном… У окна, пропускавшего лунный свет, стояла молодая женщина, ей было не больше 25 лет…Длинные каштановые волосы закрывали спину и плечи. Лица не было видно.
- Почему я должен лгать ей, скажи мне. Я никогда не смогу назвать свою крестницу своей крестницей. Я буду врать ей всю жизнь. Почему, Розалина? Почему ты поступаешь так? – Не сразу в темноте различался силуэт сидевшего у стола Джеймса.
- Ты ведь хочешь, чтобы она была жива? Верно? Ты любишь малышку, Джеймс, я знаю… - боль слышалась в ее голосе. Безграничная боль…
- Я хочу чтобы она была жива. Но разве это будет стоить ее жизни?
- Да, Джеймс… Пойми, если бы я не сделала этого, они забрали бы ее. Она Избранная… а если она узнает правду, если все выяснится, они убьют Кэтти. Эти создания не знают жалости, Джеймс. – она помолчала некоторое время. - Я дала ей имя, которое будем знать лишь мы с Томом, ты, Анна Экала и Хранитель Тайны. Я скоро выберу его. Зная имя, они призовут ее к себе. Она не придет и они сами придут за ней… - она оборвала свою речь на полуслове.
- Но почему она не должна знать?
- Знание Кэтти станет знанием для них… Ты просто не понимаешь с кем мы имеем дело. Они как дементоры. Забирают все лучшее и высасывают тебя по капельке.
- Тогда зачем им дочь валькирии? – недоумевал Джеймс. И вместе с ним Северус…
- Есть одна вещь, что им нужна. Диадема Власти Света. Владеющий ей становится сильнее всех на свете. Он может подчинить себе ифритов, валькирий, великанов. Он волен выполнять любые свои желания…
- Но…
- В руках зла диадема очень опасна. Она воскрешает мертвых… поворачивает реки вспять… Это самая опасная вещь в мире!
- Но при чем вообще тут Кэтрин? – прервал ее Джеймс.
- Раз в 3 000 лет диадема выбирает себе владелицу. Она обязательно должна нести в себе свет. В основном это валькирии или те, кто ими станут. Так вот… диадема не попадает к ней, но любое желание такой девущки исполняется тут же… И диадема тогда не опасна. В руках добра…
- И Кэтти стала такой вот Избранной? Но ты с чего это взяла?
- История Валькирий, милая книга. И там никогда не пишется то, чего нет на самом деле. Кэтти нужна им как Королева, которую выбрала диадема… Которая может заставить диадему творить зло. Но Кэтрин не станет. А убивший Королеву Диадемы, сам станет Королем. А второе имя ей дано, чтобы они не могли сквозь голову влиять на нее…
- Они, они…я все время слышу это «они»…кто  они?  - теперь голос Поттера выдал уже его раздражение.
- Ты желаешь знать их имя? – Розалина наконец повернулась лицом. Она была на удивление спокойна. Словно речь шла не об опасности для Кэтти, а о чем-то веселом и даже приятном. – Изволь. Их зовут Хранители. Они знают где Диадема…Это древний орден и они очень влиятельны. Они сильные! Порой даже слишком…
- Как они выглядят? – он озвучил вопрос и Северуса тоже опять же…
- Полагают, что как люди… похожи на людей. Но их плащи…они…
- Но ведь дело не в плаще… они кто? Люди?
- Нет… не думаем… понимаешь, есть такое дело… их никто из живущих не видел. Но они злые… и они есть. Вот отрывок их молитвенника…
На этот я прекратил. Лицо Сева мигом изменилось. Теперь он пребывал в глубокой задумчивости…
- Я не скажу ей ни слова – наконец решил он. И с этим не хотелось спорить… он принял то решение, что я от него ждал. – и буду с ней до конца. Что бы там ни была за диадема… но кто такие на самом деле Хранители?
- Никто из живых этого не знает. Кроме Ледяной Королевы… Теперь ты понял зачем мы лжем…. И вам за разглашение ничего нельзя сделать…
- Понял…но как она заставил вас всех столько лет молчать?
- Непреложный Обет…
- Повторюсь…я ничего ей не скажу и готов помочь… я свободен?
- Да…ступай…тебе нужен отдых. – он ушел… а я вздохнул с облегчением. Я Хранитель Тайны… но я уже стар А Северус молод  и любит Кэтти. И значит, сделает для нее все…
Итак, я открыл ему Тайну. И я ничуть об этом не жалел!
Глава 4. Избранная Диадемой.
Часть 1. Гермиона. Замок графа Матей.
Когда Кэтти скрылась из виду в ночной темноте, я только горестно вздохнула. Перспектива возможной лжи меня не слишком радовала – я с детства не любила лгать. Но как я могла сказать правду мистеру Реддлу, например? Что я должна была сказать? Что Кэтрин ушла к Снейпу, чтобы вместе с ним что-то забрать из тайного дома Джеймса Поттера, о котором мы все даже понятия не имели? По-моему, эта идея звучала более чем глупо.
Я открыла окно, впуская в него свежий воздух. Нам с Кэтти повезло – окно нашей спальни, ну и Джинни тоже, конечно, выходило в некое подобие сада… И поэтому нам можно было его открывать.
Лунный свет серебрил дорожки, вдалеке виднелись высотные маггловские дома… Тишина, темнота и умиротворение. Я полюбила ночи за прошлый год… ночью я спала. Ночью я общалась с ним… каждую ночь мой ифрит приходил в мои сны… каждую ночь, только во сне…
Я уже не страдала от неразделенной любви к Гарри. Он оставался для меня всего лишь другом.
А вот о Владе я думала часто… я видела его, но не наяву…и ночи, сна, мне начинало не хватать….Хотелось увидеться наяву. Он был старше меня на 6 лет, но в нашем случае это не играло особой роли. Потому что он всегда, с самого начала, считал меня очень умной. И охотно рассказывал все, что мог мне рассказать. По всем предметам… Дополнительно… в общем, Матей делал из меня еще более умную, чем я, по его мнению, была на момент нашего с ним знакомства.
- Гермиона, почему не спишь? – внезапно раздался над ухом  столь знакомый мне голос. Я невольно вздрогнула, оборачиваясь. Влад улыбнулся, приобнимая меня.
- Как ты пробрался в дом? Тут же серьезная система защиты!
- Для меня ничего невозможного нет!  - назидательно ответил он, сильнее притянув меня к себе – сон, выход из сна и оп! Я здесь!
- Кому ты снился? – я догадывалась об этом, но решила услышать…
- Гарри. Так почему ты не спишь?
- Просто не спится… - Кэтти взяла с меня слово о том, что я буду молчать и никому ничего не скажу о ее уходе.
- Что-то случилось? Я вижу, что тебя что-то беспокоит… - он пристально смотрел мне в глаза. Что правда, то правда – врать ему мне было весьма непросто. Потому как Влад не человек. Он был таковым до 15 лет, но теперь он ифрит.
- Ну… меня…мне приходится делать то, что я не хочу делать… - замялась я. Кэтти взяла с меня честное слово и подвести подругу я не могу. Влад оглядел кровати и снова повернулся ко мне:
- С кем ты живешь тут? С Кэтрин и Джинни?
- Да… - кивнула я.
- Джинни ладно, я знаю где она. А вот Кэтти… ты врешь из-за ее отсутствия, правильно? – мне оставалось лишь кивнуть вновь. И надеяться, что он не будет расспрашивать дальше.
- Ладно, не буду лезть в ваши девичьи тайны! – он улыбнулся своей фирменной улыбкой (прим. Автора: рот до ушей!), взял меня за руку и внимательно на меня посмотрел:
- Ты можешь уйти до утра? – поймав мой изумленный взгляд, он поспешно продолжил: - просто Димитра не будет до утра… ну и я хотел тебя пригласить к нам… можно это устроить?
- Ну… я подумаю… - я быстро взвесила все за и против и решила, что можно.  – Да, но буквально на пару часов…
- Хорошо. Давай руку… и извини, пройдем через сон Рона. Закрой глаза… - я подала ему руку, зажмурилась…Ощущение было похоже на трансгрессирование, ничего страшного я не испытала. И вот уже мои ноги коснулись твердой земли…
- Не открывай пока глаза! – я послушалась, идя за ним. Под ногами шуршал гравий, было довольно тепло. Минут через пять Влад остановил меня и сказал:
- Теперь открывай… - я открыла глаза и пораженно замерла, не в силах произнести ни слова…
Передо мной был замок. Настоящий средневековый замок…
- Добро пожаловать в поместье графа Матей! – весело произнес рядом голос. Но принадлежал он не Владу… он был старше и глуше. И еще до того, как я обернулась, я уже знала, кого там увижу…
Граф Матей (да простят меня те, кто делал этот фильм)
http://uploads.ru/t/e/r/q/erqEy.jpg
Замок Матей
http://uploads.ru/t/9/Z/i/9ZiKM.jpg
-Здравствуйте, господин Матей! – это был дядя Влада и Димитра. Я много о нем слышала от Влада – их дядя был одним из самых ученых и сильнейших магов Румынии, он принимал участие в огромном количестве различного рода съездов волшебников… Звали его Владислав, но сам он предпочитал короткую форму – Влад.
- Гермиона? Наслышан, наслышан весьма. Влад говорил, что ты очень умная и способная девушка. Но он не говорил, что ты к тому же еще и красива! – я смутилась. Положительно, это был один из тех людей, кто нравится уже с первого взгляда. От него так и веяло умом и добротой… - Однако нехорошо держать столь юную особу на улице, прошу Вас! – передо мной распахнулась огромная дверь, я поднялась по отделяющим меня от нее ступенькам и робко вошла. Внутри горели тысячи огоньков, от чего на каменных стенах плясали блики… большей красоты я в жизни не видела! Ноги мои неслышно ступали по толстому мягкому ковру…
- Проходи, - из одной из дверей, уводивших вбок, вынырнул Влад, пригласил меня внутрь… я прошла, чувствуя все больший восторг и смущение…
Это была гостиная… красное дерево, старинная обивка, гардины на окнах и освещение сотней свечей, от чего кажется, что в комнате довольно светло… отделка была примерно под 14-15 век…
- Не под век, а века! – сел рядом со мной граф Матей. Влад взмахнул  палочкой, и на столе мгновенно возникли подносы с едой.
- Если что, мы не держим домовиков. Это шедевры Мильен, нашей помощницы. Она живет в городе, это внизу под холмом…  - Влад улыбнулся. Он знал мое отношение к домовикам…
- Она маггла? – на мой наивный вопрос граф улыбнулся, Влад же приобнял меня и нажал пальцем на кончик моего носа.
- Нет. Она волшебница… Попробуй, это вкусно! – следующие часа полтора мы сидели за столом, то ли ужиная, то ли завтракая…и разговаривали…
Граф Матей оказался довольно добрым и веселым человеком, с теплом отнесся ко мне. Матей были чистокровными, но к моему происхождению относились совершенно спокойно. В них не было спеси британских лордов. Владислав Матей превосходно говорил по-английски, по-немецки, по-французски, на латыни, на китайском и еще нескольких менее известных языках… И очень хорошо разбирался в трансфигурации и анимагии…
Он живейше интересовался жизнью магглов и буквально засыпал меня вопросами про технику, работы, быт… Время за разговором с Владами пролетело незаметно…
Где-то в час ночи он оставил нас, уйдя «отдохнуть» и велев Владу меня проводить.
- Сейчас отведу домой… но сначала покажу нашу коллекцию. Дядина гордость! – Влад провел меня по длинным коридорам, мы спустились в подвал и из него поднялись на башню… наконец Влад открыл маленькую дверку на вершине башни. – Ну вот, смотри…
За дверью меня ждали прелестные украшения, оружие, щиты, доспехи… монеты… все эпохи были тематически объединены… зал казался огромным… круглым. Похоже, это каким-то образом была вся вершина башни…
Я остановилась у стенда истории Древнего Рима и Древней Греции, рассматривая экспонаты… среди них мое внимание привлекла одна диадема… Она была сделана из белого золота и украшена изумрудами… мельчайшие зеленые крапинки в прекрасном узоре…
- Это Диадема Власти Света… точнее, ее точная копия… - пояснил Влад.
- А где оригинал?
- Оригинал? Не знаю… и  никто не знает… только Хранители знают, где оригинал… Хотя у нас  замке очень долго лежала настоящая диадема. Но при дедушке она пропала…
- А что это за диадема?  - поинтересовалась я.
- Это самая сильная корона в мире, она выполняет желания и дает неограниченную власть… но слушает не всех подряд.
- А как она тогда была у вас?
- Понятия не имею – хмыкнул Влад – я ее не видел ни разу!
- Как у вас здорово! – я не придала диадеме большого значения… но не хотелось уходить. Мы прошли обратный путь и вышли в сад… и там уже прощались, ибо потом он отведет меня и вернется домой…
- До свидания, Герми! Приятно было провести с тобой время. Ложись спать… ночь еще идет! – я обняла его на прощание, кивнула  и хотела отпустить… но внезапно Влад притянул меня к себе. И секунду спустя я отвечала на немного страстный поцелуй… которого сама я не ожидала ну никак… вскрикнув от неожиданности, я закрыла глаза, и последовал новый, уже более долгий, поцелуй.
Это было так непохоже на поцелуй с Крамом.. это было намного лучше, губы обжигали,  а мне хотелось буквально съесть их… Горячий поцелуй ифрита…
- Я люблю тебя, Гермиона… - раздалось в тишине. Но прежде чем я успела что-то сказать, оказалась дома. Влада не было… губы горели огнем, а внутри поднималось почти беспричинное счастье…

Диадема Власти Света
http://uploads.ru/t/W/Z/H/WZHTF.jpg
Часть 2. Кэтрин. Начало сентября.
Август пролетел незаметно, к тому же дел Ордену Феникса прибавилось.  А я вступила в ряды Ордена еще в конце июля, и поэтому теперь все дела касались и меня. Вести, приносимые Северусом, становились все тревожнее. А его визиты все реже…за последние три недели лета он навестил нас лишь дважды. Принеся дурные вести… к побегу заключенных в Азкабан Пожирателей было готово почти все. И не оставалось сомнений в том, что они сбегут…
З1 августа я собрала вещи в сумки. Одна сумка с одеждой, вторая с учебными принадлежнмстями, в которые кстати не входило ни одного учебника. Их все выдавали в Университете. Но зато с собой у меня были учебники по языкам, словари, дополнительные материалы и огромное количество свитков чистого пергамента и пузырьков с чернилами. Потому что первоначальный план, по которому я должна была каждый день трансгрессировать туда и обратно, пришлось изменить. Мне не выдало разрешение Министерство Магии. И потому на 2 месяца я уезжала из Англии совсем…
Моя трансгрессия должна была состояться утром 1 сентября, я даже успевала проводить Гарри и остальных ребят на Кингс-Кросс.
Вечером, уже в 11, прибыл Северус. Не с новостями, просто так. Ко мне… Потому что теперь мы прощались на еще более долгий срок, чем до того…
- Я напишу тебе, как только устроюсь… - я прижалась к нему, пряча лицо на его плече. После нахождения невидимки Джеймса я еще не пользовалась ей. Аккуратно свернула и убрала в сумку для вещей. И никому, кроме Гермионы и Северуса, конечно, о ней не говорила. Так было лучше, ведь кто знает, когда мне придется ее надеть…
- Хорошо, конечно. Но только маленькая просьба – без имен, ладно? Просто… сейчас такое время, сама понимаешь…
- Я не назову твоего имени, разумеется. Но напишу…я буду очень скучать, любимый! – мне так хотелось уйти сейчас с ним и больше с ним не расставаться. Но это было невозможно. Шла война и мы были по разные стороны баррикад.
- Я тоже… - он отстранил меня и смотрел мне в глаза – я буду очень сильно скучать… и обещай мне, что будешь беречь себя. Я волнуюсь за тебя, солнышко…
- Это ты мне обещай, что когда я вернусь, ты меня встретишь живым и здоровым…я без тебя не смогу! Ты… - я не нашла слов, чтобы выразить свои чувства к нему. Провела рукой по щеке – с маленькой щетинкой, немного холодной, но такой родной и любимой… - просто обещай что будешь жив…
- Я буду жив – улыбнулся он мне, прижимая к себе. – Буду… и милая, прошу тебя  - осторожнее… если тебя что-то напугает – сразу скажи мне и отцу. Хорошо?
- Ты сейчас как папа… - я нежно чмокнула его в щеку – совсем как папа… он тоже мне говорит про осторожность и страхи. Вы сговорились?
- Нет…
- Обещала ему и обещаю тебе – я буду предельно осторожна и о всех своих страхах сразу сообщу! – я дала обещание, и знала, что буду его выполнять…
Сев остался у нас еще на 2 часа и в полвторого ночи ушел. Я же легла спать, но мне не спалось. Я знала, что завтра отправлюсь туда, где никогда раньше не была – первое августа не в счет, дальше кабинета Щербака я не прошла… просто получила наставления, расписание и собеседование. И теперь я должна буду там жить… вдали от дома, вдали от родины…
Первого утром мы проводили ребят на поезд, и когда он тронулся, увозя их в Хог, я поняла, что с ними окончательно уехала беззаботная пора моей жизни. Отныне я становилась волшебницей – борцом с мраком. Чтобы помочь Гарри и помочь своей стране…
И вот в 11 утра я трансгрессировала уже  в Денбридж, вместе с папой…
Университет Магии Денбридж имел колоссальные размеры. Он тянулся квадратом в 7 гектаров в ширину и длину. Огромные здания, по 5, 6 и даже 10 этажей, переходы, террасы, бассейны и фонтаны. Леса и парк, мечеть и костел, ворота в окружающей университет стене с 3 сторон, кроме северной, выходящей на крутой обрыв…Именно такой вид открылся мне из окна самой высокой точки Университета, расположенной на чердаке 15 этажной башни… это и был личный кабинет Стефана Щербака…
Отделка под готику, черная кожаная мебель, приглушенный электрический свет. Камин… Профессор Щербак выдал мне документы и попросил подождать. И вышел… через минут 15 вернулся не один, а в сопровождении высокого стройного светловолосого парня в черной мантии. Глаза парнишки были голубыми-голубыми…
- Привет! – он протянул мне руку – я Райли Ивз, твой перфект.
- Кэтрин… Кэтрин Реддл. – я пожала ему руку, оказавшуюся теплой и какой-то чересчур нежной для парня.
- А я знаю… идем, я тебя провожу в спальню и покажу общежитие. И да, заодно расскажу про наш быт. Магистр, я завтра выступлю с защитой статьи, если не возражаете. Я готов!
- Хорошо… не возражаю. И ступай, тебе еще нужно встретить первокурсников.
- Да, я знаю…я быстро! – улыбнулся Райли, проведя меня в коридор. Мы спустились, вышли из здания и пересекли аллею. Общежитие было пятиэтажным, но очень длинным… Всю дорогу Райли не замолкал:
- Наш курс делится на 5 отсеков. Ты попала в первый, там еще я, Матей – оба, Анна Килман, Иваси и Иштван Када, Оноре Ямо… ну короче всех увидишь. Всего нас в отсеке с тобой 15, в каждом по 15… всего 75. На первом курсе было 100 ровно. После 1 курса уходят, сложно учиться. Хотя мне вот уже легко… привык. Так, я перфект нашего отсека и всего курса, Анна перфект отсека. По всем бытовым вопросам обращайся к нам. Кухня есть  в общежитии и есть еще отдельно столовая, это ты как хочешь. Столовая  - она не только для кафедры. Общежитие наше и Института Трансфигурации. Наши первые 3 этажа. Их 4 и 5. Корпус ТИиСЗоН ты уже видела, ты там была. Вот, теперь смотри – мы зашли в здание: справа столовая, спортивный отсек, читальный зал, компьютерный класс, живой уголок… - у меня глаза начали лезть на лоб. Я представила Хог… мдааа… далеко отстоит школа, далеко… - комната ручного труда, комната для практики в магии, для досуга – там есть телевизор, газеты, можно играть в шахматы, например…А, есть еще комната для разных собраний, но это слева… так, слева идут жилые блоки… все это нашей кафедры. Ты будешь жить на втором этаже, идем! – мы поднялись, Райли открыл какую-то дверь и завел меня и занес сумки и корзину с Пушистиком, которые и тащил.
- Ты живешь не одна, как видишь…  - кровати было две, небольших шкафа тоже два. Ну и ладно. Вдвоем веселее! – Твою соседку – интересно, он не устал болтать? – зовут Анжелика. Она немного необычная. Ну сейчас сама увидишь… так, все, кровать твоя ближе к окну, шкаф второй от двери. Все, я пошел, мне пора. Я если что живу слева через два номера и напротив. Соседа зовут Виктор, он со второго курса. Это я так, к слову… а, вот ключ от спальни, держи… все, пока! – он ушел… я начала разбирать одежду. Дверь открылась и зашла девушка примерно моего возраста, может на год младше… вся в черном, черный лак, черная помада, черные крашенные волосы. Неформалка. Вот о чем говорил Райли!
- Привет! – робко улыбнулась я. Анжелика оглядела меня:
- А ты ничего так… стильненько одеваешься! Тебя как зовут?
- Кэтрин…
- А я Анжелика. Можно просто Анжи. Ты откуда?
- Из Англии… я училась в Хогвартсе… жила недалеко от Лондона. А ты? – у нее был американский акцент, у Райли французский…
- Из Чикаго. Училась в тамошней школе. А сейчас на втором курсе. А ты на третьем, да?
- Да… так получилось…
- Ой, не парься! Здорово, что ты с нами, я новеньких люблю! Мы с тобой будем на спортивном курсе пересекаться, он общий для всех… Тебе кстати сколько лет?
- 18…
- А мне 17. Ты старше… ну да не проблема. У нас тут на 4 курсе одному вообще 35 лет. С вещами помочь? Вечером праздник будет, можно ужин в столовой поесть вкусный, и еще гулять без комендантского часа… и еще можно. Короче, можно все… ой, у тебя котик? Какая прелесть!!! Черненький!!! – она тискала Пушистика,  пока я убирала одежду в шкаф. С книжками Анжи мне помогла…
Мы вместе вышли погулять, Анжи решила мне показать Университет… вообще новые знакомые мне понравились. И Райли, хоть он и болтает много, и Анжелика. И я была уверена, что мы с ней подружимся…
Спальня Анжелики и Кэтрин
http://uploads.ru/t/H/u/L/HuLyx.jpg
Анжелика
http://uploads.ru/t/G/s/t/GstHT.jpg
Часть 3. Кэтрин. Первый учебный день.
Вечером мы собрались с друзьями Анжи, трое из которых оказались моими сокурсниками. Вообще за полдня я познакомилась с огромным количеством людей, и знала половину своих сокурсников в лицо… Анжи оказалась очень дружелюбной и доброй девушкой, охотно показала мне корпуса других общежитий, библиотеку, общую столовую, бассейн… все, что можно себе пожелать, здесь было…
В комнату мы добрались только к 11 вечера, весело обсуждая проведенный весьма интересно вечер. Я рассказала про Гарри, про школу, про папу и Рема, умалчивая, что я валькирия…
- Так, в душ и спать…завтра к 1 паре и я устала очень… - Анжи собралась идти в душ.  – Ой, собирайся, ты же не знаешь где он в нашем блоке. Покажу… вообще блок состоит из 3 комнат. 4 двери, но за одной ванная и санузел. Они раздельные, если что. Два душа, ванна и 2 унитаза. Пошли… - она завела меня в отделанное бледно-зеленым кафелем помещение с белыми ванной и раковинами… каждое из отделений имело свои стены и дверь. Анжи провела меня к отсеку с раковинами, которых было 3.
- Наша средняя… - над ней висел шкафчик с зеркалом, как и над соседними. – две полочки, нижняя твоя… левая душевая тоже наша, там шкафчика два, наш с цифоркой 205, это номер комнаты. Твоя полочка верхняя, хорошо?
- Ладно… - кивнула я. И начала умываться… Анжи ушла в душ, после нее пошла я. И наконец я добралась до постели…
Анжелика уснула, я же долго лежала, думая о завтрашнем дне… Потом сидела на подоконнике, при свете фонаря писала письмо Северусу. И наконец уснула…
Часов в 7 утра я проснулась от пронзительного визга где-то рядом. Сначала даже испугалась, от чего резко села на кровати и открыла глаза…
- Кэтти, вставай, нам к первой паре! – Анжелика легко поднялась с постели, распахнула окно и начала одеваться. Я последовала ее примеру. Надела мантию и в дверь постучали. Анжи открыла.
- Доброе утро, девчонки! – на пороге стояли Анна и Сальма,  с ними я познакомилась вечером. Анна была перфектом моего отсека. И нашей соседкой слева.
- Доброе, очень доброе! – улыбнулась Анжелика. Мы с ней умылись холодной водичкой из холодильника (она поставила ее вечером), расчесались…
– Идем завтракать? – она взяла сумку и ждала меня. Я прихватила рюкзак и вышла вместе с девушками. Мы спустились в столовую, рассчитанную на 500 человек. Весь центр занимали столики на четверых, по краям – на восьмерых. И одну, более узкую, часть, преграждала стойка и касса.
Я взяла апельсиновый сок и тосты с джемом и села за один из красивых белых столиков. Комната стилизована была под шахматы. И столы чередовались – черный и белый… Анна, Анжи и Сальма сели рядом, все трое с кашей и кофе. Завтрак занял у нас около получаса, и когда мы закончили, было 7.45. занятия начинались в 8.30…
К восьми я была в корпусе, где мы с Анжеликой попрощались. Анна повела меня на пару. Как оказалось, мы не зря вышли так рано. В коридоре было очень людно и кабинет находился довольно высоко – пятый этаж башни, начало которой шло с третьего. Первой парой у меня были в тот день целебные заклинания.
- Добрый день, студенты! – обратился к нам старенький седовласый учитель, когда мы с Анной прошли на места. Она сидела с Райли, а мне тот только помахал рукой в знак приветствия. Я остановилась в двери:
- Здравствуйте… я новенькая… Кэтрин Реддл… - обратилась я к преподавателю. Тот посмотрел в журнал, улыбнулся мне.
- Да, магистр предупредил меня… что ж, давайте подождем, когда придут студенты и найдем для Вас место!
- Спасибо… - я скромно оглядела класс. Он ничем не отличался от любого класса в школе. Парты, стулья и доска… и стол лектора. Это лекционная аудитория.
- Привет! – кто-то хлопнул меня по спине. Я ойкнула от неожиданности…
- Димитр?! – обернувшись, я увидела Матеев, остановившихся рядом со мной.
- Кэтрин! Ты все же пришла к нам!!! – Димитр оторвал меня от пола, обнял и поставил на ноги. Влад пожал мне руку, улыбнулся и коротко сказал:
- Рад видеть… - при виде его лица я как-то стушевалась и обратила свое внимание на Димитра. Другие ребята сели… оставалось три места. На одно из них, рядом с толстым прыщавым рыжим парнем, сел Димитр. И на последнюю свободную парту – Влад и я. Теперь я сидела на второй парте среднего ряда. После школьной первой парты это было непривычно…
- Итак, начнем! – тихо заговорил лектор. И все шумы тут же стихли – сегодня мы повторим все, что прошли в прошлом семестре. А Кэтти, новенькая, нас послушает… - я слушала. Внимательно и все записывала… потому как получала уйму новой информации о простейших даже заклинаниях… мы разбирали их со всех сторон.
Второй парой, начавшейся в 10.15, была дементорология. Тут мне было проще, я знала о дементорах больше, чем любой в группе… нас всего было тридцать – два отсека. И я единственная встречалась с ними так часто – я частенько бывала с папой в Министерстве Магии и Азкабане.
В 12. 00 начался урок латыни. Вот тут мне пригодились знания, полученные от Джеймса и потом самостоятельно. Ребята учили латынь до того, но всего полгода. И я не сильно отстала… они разбирали существительные. И разобрали глаголы…
После этой пары был час на обед. В самом корпусе столовой не было, мы вернулись в общежитие… пока отличия  в стиле уроков и классах я не видела. Разве что все студенты были как минимум на 2 года старше меня… Водил меня Димитр и еще помогала ориентироваться Анна. Райли после второй пары умчался куда-то…
- А после обеда у нас что? – спросила я, заканчивая с супом из трески.
- Зелья. Ведет профессор Бутти, - отправляя в рот огромную порцию бифштекса, ответил Димитр. Я села с ним, Владом и Анной.
-Бутти? – я подавилась. Я вспомнила банку с жуками, которую она вряд ли забыла… Влад хлопнул меня по спине.
- Ты чего? – взметнула бровки Анна. Я откашлялась, пытаясь сказать:
«Ничего...».
- Просто они уже виделись раньше… - пояснил Влад, подав мне руку… я встала. – Не переживай, ты с нами!
- Ну да… сразу не съест! – улыбнулась я. Но мне стало спокойнее… с братьями Матей я отчего-то не так боялась… хотя урок у Бутти я очень сильно не хотела…
После обеда у нас осталось минут  20 до пары, и мы двинулись на занятие. По пути я разговаривала с Димитром и Анной о всяческих мелочах, касавшихся учебы и студенческого быта. Влад молча шагал рядом с нами.
На сей раз мы снова поднимались по темным, освещенным лишь редкими лампами лестницам, окрашенным в почти черный цвет. На третьем этаже мы свернули налево, в длинный чуть более освещенный коридор, и двинулись по нему. Наконец, уже в самом его конце, Влад остановился… стены тут были черными-черными…
- Проходи… - он открыл большую дверь из темного дерева, пропустил меня и остальных и закрыл за собой дверь. Профессора еще не было, я прошла на свое место и села. Рядом со мной опустился Влад, я почувствовала себя чуть более уверенно…
Прозвенел звонок. В этом черном кабинете, освещенном лишь светом свечей, и то каким-то тусклым, мне было страшно…Раздался скрип дверных петель. Я повернула голову и встретилась взглядом с Элеонорой Бутти. Черные глаза колдуньи прожгли меня, казалось, насквозь. Элеонора злобно оглядывала меня с ног до головы, я смотрела на нее в ответ. Переглядки продолжались довольно долго, ребята с некоторым удивлением глядели на нас…
- Мисс Реддл… наша новая студентка. Так умна, что поступила сразу на третий курс! – странно визгливым для нее голосом заметила Бутти. – Проверим, так ли Вы умны, как всем кажется… - шипение ведьмы не предвещало мне ничего хорошего, ее глаза сузились до размеров каких-то змеиных щелочек… - Например…расскажите мне как и из чего готовить Сыворотку Правды, Напиток Живой Смерти и зелье Филео Филеа... – тонкие губы поджались,  глаза с ожидание смотрели на меня. Элеонора явно уверена была в том, что в этом спрое я проиграю. Но на дополнительных занятиях с Северусом я все же получала новую информацию, мы частенько готовили более сложные зелья, чем предполагал даже школьный курс…Поэтому с ответом проблем у меня не возникло никаких. Бутти позеленела от злости, но что она могла поделать, если я ответила?
- Садитесь на место, мисс Реддл. И мы начинаем… - шипение ее превзошло все мыслимые и немыслимые границы – даже змея так шипеть не умеет. Мы варили Ауртрум Мотано – это оказалось зелье, придающее внезапный всплеск сил. Оно было очень сложным по составу, более 100 пунктов, 200 пунктов последовательности приготовления, не включая начальную и завершающую стадии. Вариться ему следовало почти восемь месяцев, мы начали работу, записали состав и начали готовить ингридиенты. Это зелье было нашим экзаменационным.
Бутти объясняла хорошо, очень понятно, разобраться было легко. Но каждый раз, когда наши взгляды встречались, мне становилось не по себе. Уже где-то минут за 20 до конца пары она приблизилась к нашему с Владом столу и в моей руке лопнула пробирка с ингридиентом. Стекло порезало мне ладонь, пошла кровь. Я подняла другую руку…
- Что, дорогая моя, не умеешь обращаться со стеклом? – издевательским тоном спросила Бутти – собери осколки и потом пойдешь в больничное крыло. И да, собери без магии…Чтобы на будущее умела пользоваться пробирками!
- Самой собрать не судьба или Вам даже лень палочкой махнуть? – внезапно даже для себя выпалила я. Влад ткнул меня локтем в бок.
- А разве тебе дано право меня обсуждать? Ты здесь всего лишь студентка, которой я могу поставить неудовлетворительную оценку… например, у тебя может нечаянно пропасть вся работа за урок, а как ты мне докажешь тогда, что работала? – склонившись ко мне, прошипела мне на ухо ведьма. И в то же время коснулась палочкой моей руки. Кровь мгновенно перестала идти и стекло вышло из кожи… я недоуменно смотрела на нее.
- А если у тебя случайно пропадет журнал с оценками или случайно появиться зелье к пище какое-нибудь, то как ты докажешь, что это я? – я не понимала, кто тянет меня за язык… но тем не менее рот мой упорно говорил, говорил и говорил…Бутти снова позеленела.
- Это в Хогвартсе ты была недоступна, милочка. С такой охраной… а тут я еще припомню тебе твоих сушенных скарабеев, будь уверена…
- А не стоит лезть к чужому мужчине… хотя учитывая, какая ты злобная, у тебя никогда не будет своего… ты ж всех мужчин распугаешь, едва рот откроешь или глазками посмотришь… знаешь, тебе нужно молчать и носить солнцезащитные очки. И может найдешь себе пару… только рот никогда не открывай!
Влад еще сильнее пихнул меня локтем, но было уже поздно… Бутти схватила меня за руку и с силой заставила встать.
- Я устрою тебе вечерок, маленькая дрянь! – на немецком прошипела преподавательница. – Ты у меня прощения вымаливать будешь…
- Профессор… - тихонько встряла Анна…
- МОЛЧАТЬ! Или последуешь за ней! – под ее пристальным взглядом мне оставалось лишь собрать учебник и все остальное и ждать наказания. – Идем, милая… тебя ждет долгий вечер… очень долгий… - она провела меня куда-то в боковую маленькую дверку, вывела на лестницу и мы спустились этажей на пять. Где Элеонора Бутти пропустила меня в какой-то кабинетик и исчезла. Но я была не одна… у стола сидел старый волшебник, волосы были седыми-седыми… и в глазах, смотревших на меня, не было ни капли доброжелательности. Мне стало страшно…
- Оскорбляем профессоров, мисс Реддл?
- Простите, но с кем я говорю? – робко спросила я.
- С ректором университета, мисс Реддл. Я профессор Арвенгардо. Ректор Денбриджа… Так ты ответишь на мой вопрос? – вот тут мне стало очень страшно. Ректор может меня отчислить. И что скажет папа, когда меня отчислят в первый же день?… я не знала, как объяснить ситуацию… и пауза затягивалась…
- Так ты будешь говорить, или нет? – Раздался рядом со мной голос Элеоноры Бутти. – Или мне сказать? – я оглянулась. Она стояла уже совсем рядом, хотя я даже не заметила, как она появилась. Черные глаза злорадно улыбались, тонкие губы искажала усмешка. В черной мантии и черных кожаных перчатках на руках она казалась зловещей тенью. Хотя почему казалась? Она таковой и была… Злой ведьмой.
- Я оскорбила профессора Бутти… - тихо пробормотала я. Мне было очень страшно. Страшнее была только та майская ночь, когда вернулась Лестрейндж. Необъяснимо я боялась Бутти. Она действительно была страшной для меня женщиной, хотя я совсем не знала ее. Что-то я чувствовала в ней такое, что приводило меня в ужас…
- Оскорбила в присутствии группы? В таком случае Вы хамка, девушка! – недружелюбно заметил Арвенгардо. В коридоре раздались чьи-то тяжелые шаги. К нам шел какой-то мужчина. Бутти едва заметно улыбнулась (именно улыбка, а не усмешка) и повернулась к ректору.
- Мисс Реддл лишь ответила на мои колкости. Я проверяла ее знания и не удержалась от иронии. А то, что я привела ее к Вам – скорее минутное озлобление. Прошу меня извинить. Девушка не виновата в случившемся…
- Профессор, позвольте мне сказать несколько слов в оправдание мисс Реддл – в кабинет стремительно вошел наш завкафедры. Магистр Стефан Щербак… мне отчего-то сразу стало гораздо спокойнее… Но помимо этого я была ужасно удивлена поведением профессора Бутти. Только что винила меня в хамстве и наглости и вот, пожалуйста, защищает…
- Я попрошу мисс Реддл выйти – дважды мне не надо было повторять. Я сразу же выскочила за дверь, где с наслаждением вдохнула полной грудью. Магистр по крайней мере хочет говорить в мою пользу, это радует…
Голоса за дверью я слышала, но что говорят – не понимала. Поэтому просто ждала вердикта. Полчаса спустя дверь отворилась и меня позвал магистр. Я робко переступила порог, ожидая худшего, но, как оказалось, зря.
- Мы обсудили причину твоего поведения и пришли к выводу, что ничего страшного не произошло. Поэтому тебя сейчас можно простить. Но учти – в нашем университете хамить не принято!
- Благодарю Вас… - у меня камень с души свалился. Все же магистр – хороший человек. Он мне здорово помогал с рукой, помог поступить на третий курс – договорился дать мне шанс. И вот снова мне помогает… И все ученики кафедры отзывались о Щербаке очень уважительно и тепло. Его здесь явно ценили и любили. Наверно, даже больше, чем ректора.
- Можете идти… все…  - процедил ректор. Мы, опять же покорно, вышли из кабинета и поднимались по лестнице в полной тишине.
Я забрала с зелий сумку, Бутти без лишних слов отпустила меня с оставшегося времени пары – а оставалось еще минут 15… и я ушла к себе, справляться с внезапным шоком от поведения Элеоноры Бутти…

В то же самое время, оставив студентам задание, Элеонора Бутти вышла кК ждущему ее мужчине. Остановилась в полуметре от него и посмотрела ему  глаза.
- Я сделала все, что Вы сказали… - в ее голосе не было ни тени иронии или сарказма. Уважение и почтение к человеку напротив. И еще немного страх..
- С чем и поздравляю, - коротко ответил магистр. Его глаза холодно смотрели на молодую женщину. Сердце той сжалось от боли, но лицо не выдало ничего…
- Хоть бы раз в жизни ты назвал меня на «ты»… - прошептала она с горечью в голосе – хотя бы раз ты мне сказал бы «ты»…
- Я не собираюсь этого делать, поскольку не считаю нужным… - ответил мужчина.
- Но ведь ты знаешь, что значишь для меня! Почему ты не хочешь хотя бы на миг это признать? – девушка прикусила пересохшие губы, магистр вздохнул. Он тоже ее любил, по-своему, но он видел, что с его Элли делал Матей. Он понимал, что Элли потребуется время, чтобы исправиться… А он, Стефан, будет этого ждать. И когда он увидит в ней ее былое добро, он скажет ей, что любит ее. Щербак знал, что иначе нельзя. У нее должен быть стимул доказать, что она не плохая… не совсем человек, Элеонора не смогла бы исправиться иначе. Лишь в противоречии рождалась истина ведьм ее рода… Вот даже сейчас… он просто увидел, как она ведет девушку в ректорат, дождался Элеонору и попросил не делать глупостей. И она послушалась, хотя была ужасно зла (впрочем, как и всегда)… Теперь Стефан ждал только одного – именно этих ее укоров. Ему больно было ей врать, но что поделать? Стефан Щербак очень хотел исправить ее… он хотел вернуть ее к жизни. Свою родную и единственную дочь…
- Потому что я не хочу быть отцом ведьмы – резко бросил он, уходя. И поднялся на другой этаж…
- Все равно ты скажешь мне «ты», я верю… - прошептала та, к кому на миг  вернулась человечность. И тут же глаза вновь вспыхнули злостью. Элеонора Бутти снова приобрела все присущие ей после знакомства с Матеем черты… - а если не скажешь – твое право, папочка! – усмехнулась она, возвращаясь в класс…

0

3

Глава какая-то там)
Часть 1. Обмен опытом. (Кэтрин).
Сентябрь пролетел очень быстро, я вникала в учебу, привыкала к жизни в студенческом общежитии, заводила новых друзей. С Анжеликой мы вскоре стали очень близкими подругами, делились секретами. Нам никогда не было скучно вместе и мы почти не ссорились. Она единственная, кроме братьев Матей и профессора Бутти, во всем Денбридже, знала о моих отношениях с Северусом. А я знала про ее бывшего парня, с которы она рассталась год назад. Он учился в Институте Трансфигурации…
Моя успеваемость была на высоко уровне, хотя отличалась от школьной. Если в Хогвартсе я была круглой отличницей, даже не слишком задаваясь такой целью, то тут я занималась очень прилежно. До обеда у меня были пары, исключая только воскресенье, потом я ела и начинала делать домашнюю работу. Вечером мы с Анжи занимались готовкой, уборкой комнаты (с помощью магии), болтали и или читали книги и смотрели телевизор – что тоже отличалось от Хогвартса, либо же шли гулять. С нами часто ходили братья Матей, Райли и Вероника – одногруппница Анжи.
Преподаватели меня ценили, особенно хорошо у меня шли занятия у магистра, который стал просто мои эталоном мракоборца. Стефан Щербак занимался этим всю свою жизнь, он был настоящим профессионалом и фанатом своего дела. Но никогда не хвалился свои успехами.
В середине октября нас собрали после пар. Это был понедельник, когда у нас было 4 пары. А со следующего семестра начинались еще уроки  спорта. Которые я уже видела в кошмарных снах… Там играли в маггловские спортивные игры, о чем мне любезно поведал Димитр.
- Я рад сообщить вам, что в этом году нам любезно разрешили снова попробовать практику обмена опытом! Студенты третьего курса на месяц отправятся в школы магии в качестве преподавателей по одной из следующих дисциплин – зельеварение, трансфигураторные связи, защита от заклятий и защита от существ… В выбранных вами школах названия могут отличаться… Поедете вы в период с 31 октября по 1 декабря. Поэтому прошу в конце недели сообщить мне о том, куда вы хотите отправиться… - магистр улыбнулся. – Любое пожелание студентов мы учтем!
- А можно никуда? – спросил рыжий веснушчатый Сэмми Блат, лентяй всего курса. Лени в нем было как раз на 70 человек… хотя парнишка он, этот немец, был весьма умный…
- Конечно можно. Как только уйдешь в Академические каникулы, так сразу можешь никуда не ездить! – кивнул магистр. – А так поедешь в родную школу, там тебя наверное помнят…
- Ценят и любят! – Вставил Райли, девушка рядом с ним хихикнула. Сэмми довольно расплылся в улыбке, развалившись на стуле.
- Итак, в конце недели я соберу ваши пожелания в письменном виде… всего доброго! – он ушел, оставив нас бурно обсуждать предложение… Признаться, это казалось безумно интересным, а я уже знала, куда поеду и зачем… Думаю, Северус не откажется на время уступить мне свою должность. А я побуду в Хогвартсе… ближе к нему…
- Кэтрин, а у вас в Хоге трансфигураторша сильно вредная? – поинтересовался Райли. Я подумала про мой разговор с профессором МакГонагалл после того, как она застала нас с Севом и поняла, что считать ее вредной не могу.
- Нет, она хорошая. Хочешь поехать со мной? – он кивнул. Димитр, взявшийся непонятно откуда, сказал, что поедет в Хог преподавать заклинания…
В пятницу мы сообщили об этом магистру и получили добро. С нами ехал еще Влад, как старший группы. Он мог помогать кому-то из нас или просто следить за нашей работой. С Дамблдором договорился сам Щербак.
И вот 31 октября утром мы трансгрессировали прямо к воротам Хогвартса в сопровождении нашего трансфигуратора сэра Лью Ричмондса. Это был немолодой седенький волшебник, низенький и слегка подслеповатый. Но жутко умный…
- Итак, студенты, - заметил он, пока Хагрид открывал нам ворота. – Вы сейчас останетесь тут как лицо нашего университета. И я надеюсь, не подведете нас. Мисс Реддл, для вас это хорошая возможность показать, что вы оправдали надежды ваших преподавателей. Желаю всем удачи. Я переда ваши дела директору и покину вас… - так он и сделал. Отдал наши дела Дамблдору и ушел. Это была среда, ребята учились. Было всего-навсего 12 часов дня, когда нас проводили по рабочим местам… Филч отвел Матеев, потом Райли и посмотрел на меня.
- А ты сама дойдешь? – я фыркнула. Я вообще-то тут 7 лет жила. Но кивнула и с серьезным видом сказала:
- Конечно дойду! Спасибо! – после чего развернулась и спустилась в подземелья.
- Пять минут, Лонгботтом, пять! Не десять!!! – еще метров за 7 до класса донеслось до меня. – Минус десять баллов Гриффиндор! А вы…бездарный мальчишка! Вы не способны запомнить даже такой мелочи! – отлично… у Северуса курс Гарри. Вот и братика увижу!
- Добрый день, профессор! – начала я, открыв дверь. Тут же раздался звук битого стекла и немного ошарашенный голос Драко:
- Кэтрин? А ты что тут делаешь?
- Экскуро! – произнес Северус, убирая осколки пробирки Драко. – Вы уже прибыли, мисс Реддл? – он едва заметно улыбнулся. Черные глаза ласково скользнули по моему лицу, я улыбнулась ему в ответ.
- Как видите… Но я приступлю со следующей пары, если не возражаете… Пока просто поприсутствую… - Невилл облегченно выдохнул – его оплошность забыли…
- Хорошо, у меня нет возражений. Вы можете посидеть и… в общем, Вы взрослая девушка, решите сами… - он вернулся к проверке студенческих зелий, а я села на заднюю парту и оглядела 5 курс. Гермиона что-то объясняла Невиллу, Крэбб и Гойл сидели, подобострастно глядя на Драко. А тот спокойно продолжал варить зелье. Нужно отдать ему должное, у него зелье получалось даже лучше, чем у нашего Гарри. Который оглянулся на меня, показал жестами, что хочет поговорить со мной после пар и вернулся к работе. Да еще и помогал Рону Уизли…
Наконец урок кончился, студенты собрались в группки и что-то обсуждая, сдали работы и ушли.
- Вечером в пять к озеру подойдешь? Я буду ждать… нужно поговорить… - спросил Гарри. Я кивнула и он отбыл. Вскоре студентов не осталось…
- У тебя сейчас кто?  - спросила я, когда уплелась Пенси Паркинсон. Именно уплелась – она чуть ли не ползла. Шла минут пять от парты до двери…
- У меня никого. А у тебя четвертый курс, Гриффиндор и Слизерин. Там, где Джинни Уизли. – Улыбнулся Северус, обнимая меня. Я жалобно на него посмотрела:
- Ну хоть побудешь со мной? Я ужасно боюсь… студенты такие все страшные… Это совсем не как когда ты учишься. А если я забуду рецепт сама или что еще хуже, что-нибудь не так покажу? А ты все же это хорошо все знаешь…
- Побуду. Мне же тебе характеристику писать надо. Не бойся, ты умничка, ты мой предмет знаешь не хуже меня. У них сегодня зелье прозрачности, теоретически… на дом был конспект о бултоните – камень такой, в варении ядов используется. Справишься!
- Куда я денусь? – я нежно поцеловала его в щеку – не зря я была твоим ассистентом все же… - после пар я встречусь с Гарри и потом зайду к тебе. Не против?
-Конечно нет… расскажешь про новую учебу. Мне же интересно! Да и у меня есть что рассказать. Ты, кстати, Амбридж еще не видела?
- Нет…а кто это? Новая Защита от Темных искусств?
- Ага…из Министерства. Могу сказать одно в ее адрес. Старая жаба! Ее терпеть не может весь преподавательский состав и все ученики. А эти ее Декреты… жуткая особа!
- Ну еще увижу…  - начали собираться ученики… я сделала глубокий вдох и прошла к преподавательскому столу, доставая из сумки свои записи. Северус подошел ко мне.
Прозвенел звонок. Все мгновенно притихли, глядя на профессора Зелий. Он же показал на меня:
- У нас идет обмен опытом с Университетом Магии. Мисс Реддл будет в течении месяца преподавать у вас Зелья. Она студентка старших курсов Универститета по специальности «мракоборец». Хотя кто-то из вас, полагаю, с ней знаком.
Я поймала взгляд Джинни и улыбнулась. Мне стало спокойно – тут как минимум два хорошо знакомых мне человека…
- Ну что ж, давайте познакомимся… - начала я, взяв журнал. Вот теперь я уже совсем успокоилась. Северус присел за одну из задних парт, проверяя какие-то работы. А я начал вызывать учеников, чтобы знать, кто есть кто…Так начался первый урок в качестве учителя в моей жизни…
Часть 2. Северус.
- Итак, приступим к уроку… - пока Кэтти перечисляла учеников, я проверял их контрольные работы. Но вот она закончила и я с любопытством поднял голову. Мне было интересно, как она проведет урок. И к тому же хотелось посмотреть, как моя уже взрослая девочка справляется со своей новой ролью. – Наша сегодняшняя тема… - она начала рассказывать. В  ее руке появился кусочек мела, которым она начала писать на доске вручную. При этом, чем больше она говорила, тем сильнее становился блеск в ее глазах, тем громче и звонче становился голос. Кэтти с азартом объясняла сложную тему, пыталась провести параллели с тем, что проще для понимания. И она говорила с таким искренним увлечением, что даже я, знавший эту тему наизусть, заслушался… Определенно, из нее получился бы прекрасный учитель. Я вспомнил свой самый первый урок. Тогда я тоже волновался и тщательно готовился, тогда я еще рассказывал с интересом, хоть и старался казаться мрачным. Но тогда, в самом начале моей карьеры, я увлекся своей работой. И она нравится мне по сей день. Та работа, что тогда была, без дополнительных проблем и трудностей – таких как Беллатриса или вот наша новая преподавательница ЗОТИ. Профессор Амбридж относилась к разряду тех, кто раздражает уже одним своим существованием. А она еще и вела себя не просто ужасно, а даже омерзительно. Ее ненавидела вся школа, от первокурсников и до директора. Но Амбридж была неумолима и непреклонна, ее не беспокоило наше мнение. Она ненавидела всех вокруг. И почти издевалась над нами всеми...
- Есть какие-то вопросы? – закончив объяснение, Кэтти обвела аудиторию взглядом, но все молчали. Я задал ей вопрос про малоизученные свойства, получил длинный ответ. И потом ученики, увидев мой пример, набрались смелости и начали засыпать Кэтти вопросами. Она охотно и с интересом отвечала, причем выглядела даже более заинтересованной, чем сами студенты.
Но наконец устная часть, за полчаса до конца, закончилась, Кэтти взялась проверять уроки, домашнее задание. При этом она бродила по классу, чтобы уследить за всеми. Да еще и успевала ответить на задаваемые вопросы.
После звонка, когда ученики разошлись, Кэтти тряхнула головой. Ее каштановые кудряшки аккуратно легли ей на плечи, она улыбнулась.
- А это не так уж и страшно! Мне понравилось! Я хороший учитель? – я обнял ее за талию и улыбнулся ей.
- Ты замечательный учитель! В тебе чувствуется азарт и увлеченность, а это хорошие качества для преподавателя. Ты умничка! – отводя прядку ее волос от ее щеки, произнес я. Карие вишни с радостью и любопытством смотрели на меня. Прежняя и в то же время совсем изменившаяся, она повзрослела…
- Ты у меня лучший! – прошептала Кэтти, прижавшись ко мне. – Мой единственный… я так скучала… - она обняла меня за шею и потерлась носиком о мою щеку. От этого уже немного подзабытого жеста мне стало тепло на душе, я притянул ее к себе, закрыл дверь в класс и нежно коснулся ее губ поцелуем. Кэтти ответила, от ее кожи пахло шалфеем и мятой. Запах моей любимой девушки. Запах, по которому я скучал эти два месяца.
- Почему небритый? – нахмурилась Кэтрин, оторвавшись от меня – меня рядом нет и ты теперь опять себя забросил?
- Нет, солнышко…просто я… я не успел… - пробормотал я. В принципе, она была права… Но не признаваться же ей в этом!
- Не успел он! Вы сегодня же побреетесь, профессор Снейп! Или же… - она коварно улыбалась, сжала мой подбородок, приподнялась на цыпочки и заглянула мне в глаза: - или же никаких поцелуев!
- Хорошо, милая… но вечером, ладно? Нам надо идти в Зал, там обед. Или ты не голодная?
- Я голодная… но я так не хочу с тобой расставаться… - она прильнула ко мне, строя жалобные глазки.
- Идем, зайка. У нас еще будет время после обеда. Ты во сколько идешь к Гарри?
- В пять…
- Ну вот видишь, до пяти будешь со мной. Составлять план твоей работы… - я взял ее за руку, мягко отстранил и мы вышли из класса. До Зала мы так и дошли, держась за руки. Драко, проходивший мимо, отвел взгляд. В прошлом году он был влюблен в Кэтрин, что выяснилось в конце года, а в этом… видимо, все еще влюблен… Но он промолчал и прошел мимо, даже не фыркнув. Малфой-младший все знал… Но в отличии от своего отца молчал при этом о том, что все знает.
В Зале Кэтти села за преподавательский стол, напротив Минервы. Рядом с ней плюхнулся Димитр Матей, Влад. И напротив меня сел какой-то беловолосый парнишка лет 20 на вид. С небесно-голубыми глазами. Довольно милое и доброе лицо, черная университетская мантия и радушная улыбка.
- Добрый день! – начал он с сильным французским акцентом. – Меня зовут Райли Ивз… я француз, учусь с остальными. Мне очень приятно, что я попал именно в Хогвартс. Я много слышал о вашей школе еще во Франции! – он так и светился от гордости за себя. Что вызвало мое легкое недоумение. Это такая причина для гордости – попасть сюда?
- Кхе-кхе… А что это ты слышал про Хогвартс во Франции, а? – раздалось рядом кряхтение. Я едва не подавился – Долорес напомнила мне о своем существовании. Вид этой жабы в розовой кофте с кружавчиками напрочь отбивал всякий аппетит… особенно ее очень «милой» улыбки.
- Ну…что у вас хорошая  подготовка – Райли перечислял условия школы – учебу и быт. Они все, казалось, ему нравились… А вот Амбридж приобрела ну совершенно жабий вид – втянула толстую короткую шею и выпучила и без того вытаращенные глазки. Юноша, заметив эту картину, оборвался на полуслове, неловко что-то промямлил и замолчал, уткнувшись в тарелку. Долорес же довольно усмехнулась. Обед прошел в тишине.
А после обеда мы с Кэтрин вышли из замка,  я рассказывал, что ее ждет завтра. Как вдруг рядом возникла Амбридж:
- А вообще-то нельзя общаться и сплетничать с гражданами других государств, Северус! Это может навести на подозрение Министерство Магии!
- А где Вы видите гражданина другого государства? – не поняла Кэтти. – Я подданная Британии.
- Тем хуже! Британка не училась бы на мракоборца неизвестно где, когда у нас в Министерстве есть прекрасные курсы… Ты не подданная Британии!
- Что?! – задохнулась от возмущения Кэтрин. Я сжал ее руку, боясь, что импульсивная девушка сорвется… - Я не англичанка?! Тогда по-вашему я кто???
Ответить Долорес не успела, поскольку к нам поспешно подошел Влад Матей. С палочкой в руке. Он направил палочку на Амбридж, та отошла чуть в сторону от нас и так и стояла. Влад же усмехнулся:
- Мне не угрожайте свои министром. Приставание ко мне будет рассмотрено как политический конфликт. Я не британец! Я румын… надеюсь, что нет нужды объяснять, что это значит. А теперь идите и отдыхайте! – она ушла, Влад тоже испарился… так незаметно, за беседой о ее новой жизни, о Хогвартсе, обо всем на свете, подошли  и пять часов. Она ушла к Гарри, а я ждал ее возвращения. Пришла она только перед ужином, посмотрела на меня серьезно и изрекла:
- Почему ты мне ничего не сказал про вашу Окклюменцию? – я  не нашелся что ответить… во-первых, это тайный приказ Альбуса. А во вторых, учитывая успехи Гарри на этом поприще, не счел это важным… Я описал все как есть, Кэтти улыбнулась мне, пройдя чуть ближе…
- Знаешь, я уверена, что он не научится… просто присмотри за Гарри? Хорошо? – я кивнул в знак согласия. Присмотрю… Потому что так спокойнее будет Кэтти. А ее я сейчас, когда она начинала взрослую и ответственную жизнь, не хотел лишний раз волновать.Хотч единственное, что в школе ей не понравилось – Амбридж…но тут уже было никуда не деться. Долорес Амбридж назначили свыше и ей виднее.. – так ч и объяснил. Кэтти фыркнула и по этому смешку понятно было, каким является ее отношение к Долорес. Мягко говоря, оно было очень негативным…
Глава 5.
Часть 1. Гарри. «Профессор» Реддл.
В среду утром к нам приехали ученики Денбриджа, о чем я уже знал. Мне сообщил дядя Том  - что трое студентов университета делали себе документы на право пребывания у дяди в Министерстве - для приезда  к нам по обмену опытом. Кэтти делать ничего не надо было, она ехала как гражданка Великобритании.
- Дядя Том, а где находится  Денбридж? – спросил я, когда он рассказал мне об этом и обмолвился, что до университета Кэтти потом будет далековато. А трансгрессировать не очень можно.
- Честно говоря, Гарри, не очень хорошо знаю. На континенте,  в горах… А вот страну забыл… - по глазам было видно что врет… но я промолчал.
- Спрошу у Кэтти, - улыбнулся я. Мне было просто интересно, куда уехала сестра.
- А вот и не спросишь! - подмигнул мне дядя – им не говорят и она тоже не знает…
- А кто тогда знает? – я почувствовал даже не удивление… а просто какой-то шок. Ничего себе секретность!
- Ректор, проректора, министры, заместители министров. В общем, все важные персоны. Но ладно, опустим интерес касательно того, где она учится. Это не столь важно для нас, не так ли? – я кивнул. Меня не оставляло ощущение что он все знает. – Давай поговорим о проблемах более насущных… - речь пошла о моей Окклюменции, дядя просил меня быть спокойнее в отношениях со Снейпом. Я по мере сил пытался, но слышать шиканье в адрес папы мне было как-то вот не очень приятно. А еще и тот факт, что Снейп лез в мои мысли и мог что-то там высмотреть, меня тоже особенно не радовал.
Этот разговор прошел за две недели до приезда Кэтти. Она пришла к нам на урок Зелий, улыбающаяся, веселая… Она буквально разбавила и осветила атмосферу класса своим присутствием, мне стало даже спокойнее и веселее сидеть на уроке Снейпа. А в пять мы с ней встретились у Озера, гуляли по берегу и разговаривали о школе. Казалось, что она уехали лишь вчера и вот уже и вернулась. Я рассказал ей про Снейпа и Амбридж, Окклюменцию и бесконечные отработки. От нашего ЗОТИ она пришла просто в ужас. А вот на уроки со Снейпом не обратила внимания.
- Кэтти, слушай, а вы надолго? – спросил я уже в замке, часы показывали почти семь вечера. Сейчас ужин и надо будет делать уроки. А еще Астрономия… «ладно, спишу у Герми» - решил я. – «сестру я два месяца не видел и даже писем не получал».
-  На месяц, потом я приеду 23 декабря к Рождеству и останусь до 5 января. Побуду у вас с папой в гостях. И потом до Пасхи!
- До Пасхи? Долго… - мне оставалось лишь вздохнуть. – Я буду скучать!
- Гарри, перестань! Буду тебе писать, теперь уже буду. Я там устроилась, обещаю длинные письма. Хотя я тоже по тебе скучаю, очень-очень… - мы обнялись, Кэтрин проводила меня к лестнице и спустилась вниз. Наверняка пошла в гостиную Слизерина…
Неделя с того дня пролетела быстро. Мы с Кэтти виделись каждый день, отработок у Амбридж я умудрялся не наживать, у нас уже прошел урок  Кэтти. Вела она просто потрясающе, все было и ясно и в то же время тема была достаточно сложной. Но даже и ее самой глаза горели огоньком азарта. Кэтти это нравилось делать, она буквально сияла на свои уроках.
И вот воскресным утром мы с ней гуляли по берегу озера, рассуждая о возможных действиях Беллатрисы Лестрейндж. Как вдруг к нам подошло некое чудо природы по имени Долорес Амбридж.
- Поттер! – кашлянула она за моей  спиной. Мне оставалось лишь горестно вздохнуть.
- Да, профессор Амбридж… - я развернулся. Она была в своей фирменной розовой кофточке, прищурилась и злобно смотрела на сестру.
- Поттер, вы снова разглашаете тайны подданным неизвестно каких стран? Я ведь уже говорила вам! Говорила! Отработка сегодня. В семь! – визгливо выдала она. Я стиснул зубы, моля себя молчать. Эта старуха хуже Снейпа!
- А я уже сказала Вам, что я англичанка и выпускница Хогвартса! - взъелась Кэтрин. – И Вы не имеете права заставлять его отрабатывать. И я донесу о ваших действиях до министра!
- Донесешь? Ну попробуй! –сверкнула жабьи глазки. Я попытался сжать руку Кэтти, чтобы привести ее в чувство.
- Донесу! – Едва рот Кэтрин закрылся, Амбридж направила на нее палочку. О нет! Этого делать не стоило. Кэтрин щелкнула пальцами и профессорша начала раздуваться как шарик, потом, раздувшись, сдуваться… и так повторилось несколько раз.
- Пар выдулся? – прекратив это, спросила Кэтрин.
- Маленькая ведьма! – процедила Амбридж. Взмах палочки и по щеке Кэтти потекла кровь. Как от удара ногтями по лицу.
Но тут же обе замерли, заледенев. К нам стремительно приближалась женщина. Она была в черной мантии, черноволосая. Лет 26 на вид… Я уже  видел ее и знал, что это Элеонора Бутт, профессор Зелий в Денбридже.
- Успокоились ОБЕ! – холодно сказала она, подойдя к нам. – Министр о проделках Долорес узнает не от мисс Реддл, а от  магистра Щербака. А сама мисс Реддл. Не омрачайте честь университета. Ну какой шарик, Кэтрин? Можно и похуже кое-что!
- Откуда Вы знаете причину? – вытаращились глаза сестры.
- Я Легилимент, слышала мысли Амбридж. Так вот, я обеим все сказала. Прекратили!
- Но эта девка… - начала Амбридж.
- Но эта ведьма! – взлезла Кэтти. Бутти разозлилась на непослушание.
Дальнейший час я мечтал оказаться далеко-далеко оттуда. Три разъяренных ведьмы орали друг на друга, летели заклинания. Я пытался их успокоить, но бесполезно. Спасло нас только появление Дамблдора, Снейпа, дяди и Щербака. Щербак оттащил Бутти, дядя Кэтрин, а Снейп и Дамблдор вместе утихомирили Амбридж
- Убирайся прочь! – сказала та Кэтрин напоследок. – В свою… - ее поспешно увел дядя Том.
Кэтрин ушла со Снейпом и Щербаком, Элеонора Бутти осталась со мной и Дамблдором.
- Не ей это решать. Министр будет на нашей стороне. Он не станет спорить с нашей страной, - хмыкнула она.
- Румыния? – поинтересовался Дамблдор.
- Нет. Вы никому не скажете? Оба? – мы кивнули. – Просто униерситет охраняется. Там много всяких артефактов, людей  и магия там не школьного уровня на самом деле. Но не Румыния, хотя трансильванцев у нас немало. – она собралась уйти. И только уже на расстоянии примерно шагов трех от нас едва слышно выдохнула название страны… «Швейцария…»
Глава 4. Гарри. Открытый урок.
Это утро начиналось не так с самого начала. День абсолютно не задался, что называется. Для начала я… проспал. И в итоге пришлось пропустить завтрак. Прилетев на пару к профессору Флитвику, я сел на свое место. Рон ткнул меня локтем в бок, придвинулся и зашептал:
- Гарри, ты в курсе, что у нас сегодня будет открытый урок… Зелья!
- Открытый урок? Это что?  - не понял я. Герми взглянула на меня и фыркнула.
- Открытый урок, - начала она тоном профессора МакГонагалл, - это такой урок, на котором присутствуют гости… Ну например из Министерства или… - но договорить она не успела, поскольку ее прервал профессор Флитвик.
- Я вижу, Вы уже справились с заданием, мисс Грейнджер? – Гермиона замолчала, повернулась к учителю.
- Нет… я сейчас все сделаю… простите, профессор, - Флитвик еще понаблюдал за нашей с Роном партой и только потом отошел. Объяснение того, что такое открытый урок, Герми продолжила только на перемене. Оказалось, что на нем будут присутствовать какие-нибудь высокие чины, преподаватели и что там оценят работу Кэтти. Признаться, я даже начал немного волноваться о том, как все пройдет и кто будет на уроке из Министерства и прочее…
А были там…а впрочем, не будем сбиваться… были там Снейп, МакГонагалл, Дамблдор, Щербак и Бутти, Амбридж и… к удивлению всеобщему, включая Драко, через минуту после звонка в класс вошел, стуча тростью по полу, Люциус Малфой. Кэтти, делавшая перекличку, позеленела. Но следом за Малфоем пришел дядя, что заставило Кэтти промолчать.
- Итак, класс, начинаем урок, - голос ее слегка дрожал. – Тема записана на доске. Сегодня мы проходим… - она сглотнула – удушающее зелье. Я знаю, что оно не входит в вашу программу, но я решила обучить вас сегодня именно ему…
Я оглянулся на Снейпа, чувствуя, как мои брови ползут вверх. Зельевар выглядел не менее озадаченным. Я таким видел его едва ли не впервые. Гермиона же внимательно слушала Кэтти, не отрывая от нее взгляда. Да что такое в конце концов происходит?! Какое-то непонятное зелье, притом рецепт его как будто составлен из нескольких разных… Снейп видимо о нем не знает. Что Кэтти задумала?
- Мне нужен помощник для того, чтобы показать вам процесс приготовления ингредиентов… - продолжала Кэтрин. Но решительно никто ничего не понимал. – Прошу, мистер… - она задумалась. Я уже начал думать, что она позовет меня. Но нет… - мистер Малфой!
Драко встал, но его остановил жест Кэтти. Та смотрела прямо на Люциуса, который под ее взглядом поднялся и прошел к учительскому столу. Медленно… как будто настороженно…
- Итак, мистер Малфой любезно покажет вам, как нарезается корень адской травы. Прошу, мистер Малфой…
- Адской травы? – усмехнулся тот. – Я решительно не понимаю о чем речь!
- Ложь… - после этого слова воцарилась полная тишина. Но сказала его не Кэтрин. Профессор Элеонора Бутти, пылая от ярости, вышла к доске. – Вы все знаете, ибо готовили этот напиток не далее чем три дня назад. Я не права, мистер Малфой?
- Зачем? – зашипел Малфой. -  Зачем я стал бы готовить такое зелье? Мне есть кого душить?
- Оно не душит насмерть…Вы не знали? – ухмыльнулась Кэтрин. – Оно не душит насмерть…
- Вы понимаете, что это клевета? Вы обе ответите мне за это! – от ярости Малфой не просто побледнел, он как-то посинел, плотно стиснул зубы и сейчас говорил, цедя слова. Мы все притихли, понимая, что конец такой беседы едва ли будет добрым.
- Ответим за что? – улыбалась Элеонора. – Это ВЫ ответите, мистер Малфой… Райли! – в дверь прошел один из сокурсников Кэтти. Выглядел он так, словно ему нездоровилось всю ночь. Или он… он задыхался, возможно.
- Но… это мне ничего не говорит! – Малфой отшатнулся от Ивза, словно увидел призрака. – Ничего мне не говорит!
- И снова ложь, - улыбнулся Райли. – Не далее как четыре дня назад я оставил Хогвартс, чтобы посетить вас… где увидел некоторые мне непонятные вещи. А когда я попросил объяснений, вы пригласили меня приехать через два дня. Чтобы все мне объяснить… Но вместо этого угостили чаем, после которого я начал задыхаться… мне продолжать?
- Это клевета! – Люциус, казалось, сам начал задыхаться. И отступал к двери… Я заметил в руках Щербака и дяди палочки. Снейп поджал губы, не отрывая глаз от Кэтрин. Внезапно раздался странный хлопок и резко вспыхнул свет… я на несколько мгновений ослеп и различил только метнувшуюся мимо тень… Но тут же раздался какой-то нечеловеческий дикий хохот… свет исчез и мы с ребятами увидели у окна какого-то парня, одетого во все черное, а около двери вообще столпились трое или четверо. Парень, девушка, женщина… и какая-то туманная тень за ними…
- Ну куда же Вы, Люциус! – позвал Райли. – Не хотите поговорить с нами?
- А может ты все расскажешь, а? – расхохоталась женщина. Я думал о том, что определенно где-то видел ее. Только где?
- Останься, миленький… останься! Я так скучала… - язвительно произнесла девушка у двери. Она тянула к нему руки… но когда на нее упал свет свечи, мне захотелось закричать. Мертвые глаза и клыки… Что творится?
Класс сидел в оцепенении, профессора тоже. Все происходившее вызывало только одну эмоцию. Шок…
- Хватит, прекратите! – заорал Малфой. Этот крик вывел всех из оцепенения. Тени у двери не исчезли, но они отступили назад. Преграждая выход и в то же время оставаясь незаметными. – Я тебя не травил… И зелье варил не я!
- Но все же варили? – расхохоталась Кэтти. Ее смех звучал зловеще. – Кто варил? Беллатриса?
- Нар…Нар… - Малфой метнулся к окну, где вроде бы исчез парень. И темным дымом вылетел. А через миг он оказался в классе, крепко связанный. Рядом с ним с мрачной улыбкой стоял Владислав Матей. Глаза его полыхали желтым огоньком.
- Забирайте его, пока он не пришел в себя – Матей передал Малфоя дяде. – Он потом сознается… ночью я продолжу… - дядя крикнул, в класс ворвались несколько мракоборцев и Малфой-старший покинул аудиторию…
Влад обвел всех горящим взглядом. И произнес:
- Вы проснетесь и забудете этот сон. Сейчас же! – все кругом на миг застыли. И тут же оцепенение спало… я взглянул на часы. Пара длилась всего лишь 20 минут!
- Итак, продолжим урок… мы разбирали ингридиент под название Эконит… - как ни в чем не бывало улыбалась Кэтрин.
- Герм, ты что-нибудь поняла? – спросил я у сидевшей рядом Гермионы…
- Конечно, Гарри. Что тут непонятно? Эконит это гриб, из него варят противоядия… где ты витаешь?
- Но Малфой…
- Какой Малфой, Гарри? Драко?  - хмыкнул Рон.
- Нет… старший… он…его же сейчас…
- Гарри, ты что? Тут не было никакого Малфоя-старшего!
- Не было?! – моя психика отказалась что-то понимать. Может я уснул? Никаких теней вокруг не было… Решив, что это был сон, я пытался успокоиться…
Но все оказалось куда страннее… После урока Кэтти задержала меня.
- Гарри, я прошу тебя, не рассказывай что тут было. Ребятам и профессорам внушено, что ничего не было. Влад…он… он ифрит. Управляет сознанием. В общем, Малфой пытался отравить Райли. Бутти и Влад вовремя обнаружили Райли в его комнате. Он добрался домой и начал задыхаться… Бутти связалась с папой и мы решили провести арест. Но нужно было… чтобы он сознался. Другим внушены будут те сведения, что  это они слышали эти слова.  Массовый гипноз, если хочешь!
- А клыки? И…какие-то тени…
- Ребята, идите сюда! – улыбнулась Кэтрин. – Это Анна – она указала на ту девушку, что стояла у двери. Только очень даже живую… - грим искусный, не правда ли? – она показала два фарфоровых клыка. – Это Димитр и наша любимая руководительница театра Анита. Вот так, Гарри!
- Но тени…
- Гарри Поттер, мы волшебники. Я лично окончила университет еще 10 лет назад,  - улыбалась Анита. – Все это была лишь магия.
- Видишь ли, братик, - Кэтти обняла меня. – Наше искусство для вас непонятно. Мы проходим курс иллюзий. В том числе массовых. Борцы с мраком, отучившиеся в Денбридже, не просто маги. Они играют не только внешним миром, но и внутренним…
- А клыки я надела настоящие… мне так больше нравится. Анна, - девушка протянула мне руку.
- Эмм….Га..Гарри… - пробормотал я в ответ.
- Да я знаю! Ладно, нам пора. Еще увидимся! – троица подмигнула мне и ушла.
- Надеюсь нет… - буркнул я им вслед, оставшись с Кэтрин наедине. – Почему все забыли, а я нет?
- Потому что тебе, милый, стоит это знать. Мы с Владом решили так… Папа тоже все помнит. Но прошу, никому ни слова…
- Хорошо. Так что там про Эконит? Я прослушал начало лекции, мисс Реддл, - я уже смог улыбнуться.
- Эконит? О, Гарри…Эконит это волшебный гриб…которого кстати не существует. Он мифический, - засмеялась Кэтти. – Профессор Бутти мне посоветовала вас просветить в области мифов. А теперь дуй делать уроки!..
А вечером Герми показала мне статью в «Пророке»… где говорилось  о том, что Малфой-старший был арестован в Министерстве. На очной ставке с пострадавшим от его действий Райли Ивзом он дал признательные показания. Поверили все… а я, дядя и Кэтрин молчали. Как оказалось потом, и не только мы…

0

4

Глава 5.
Часть 1. Рождественский сюрприз. (Кэтрин).
Остаток моей практики прошел без происшествий. Я спокойно вела уроки, проверяла домашние задания, гуляла с ребятами. Правда еще пару раз сталкивалась с Амбридж, но обошлось все благополучно. Хотя для себя я вынесла то, что она мне категорически не нравится. Что было, полагаю, очень взаимно.
Потом отъезд обратно в Денбридж – я кстати до сих пор не знала, где он находится. Ну могла представить, но только примерно. Что он где-то в Европе, к югу от Британии. Там экзамены и зачеты – тесты и контрольные, хотя некоторые мне даже и сдавать не пришлось – хорошо училась в семестре. Зелья мне тоже ставили автоматически, что меня порадовало. За время в Хогвартсе я еще смогла пообщаться с любимым, мы гуляли, обсуждали происходящее и строили планы на самое близкое будущее. Шла война, и как бы тихо пока все ни было, я знала – это только временное явление. Но долго так длиться не могло… И долго так и не продлилось…
На Рождество я приехала домой в Англию. Именно домой, в Литтл-Хейминг. Город два месяца назад переименовали, но не это было важно. Важно было то, что папа рискнул вернуться домой. На время наших зимних каникул. Они с Гарри добрались до нашего родного домика на день раньше меня, прибрались, как сумели. И на следующий день я трансгрессировала домой. С чемоданами, метлой – я играла для поддержания формы. Котом и подругой, нагруженной той же самой горой вещей. Ей была, разумеется, Анжелика. Разумеется потому, что кого еще мне было с собой приглашать после полугода в университете? Только девушку, с которой я действительно сблизилась. Папе я написала за десять дней до начала каникул, получила добро и Анжи, отписавшись отцу и мачехе – она жила с ними, а ее мама с новым мужем уехали работать в Австралию еще четыре года назад. Анж посещала их только во время летних каникул. Семестра в Денбридже было три, а в школе где она училась, после каждого месяца учеников на пять дней отпускали домой. И два раза в год полагались большие каникулы – зимой три недели, летом – два месяца. Это тоже удивило меня фактом разницы в образовательных системах двух некогда очень близких стран. Зимние и весенние каникулы прошлого года Анж провела у отца, с которым у нее были лучшие отношения, чем с матерью (и я не удивляюсь – укатить с мужем – маглом неизвестно куда и при этом еще и бросить с первым мужем дочь-волшебницу и сына-магла. А у Анж был младший братик, ему на тот момент было всего четыре. Сейчас восемь. В итоге отца она обожала, а вот мать не очень любила). Но желание побывать в Англии видимо все же ее победило. Итак, мы трансгрессировали ранним утром, еще затемно. Чтобы не привлекать к нам человеческое внимание, я предпочла трансгрессию на пустырь примерно в пяти-десяти минутах ходьбы от дома. Но не с таким грузом надлежало это делать. Ладно часть одежды, ладно кот и учебники, но зачем я потащила с собой «Молнию»?! К сожалению вопрос этот меня посетил только на пустыре. Стоя над четырьями чемоданами, двумя метлами- Анжи тоже летала  - и сумкой с Пушистиком, мы переглянулись.
- Кэтти, а что теперь? – спросила Анжелика. «Честно я и сама не знаю…» - подумала я и, натянув на лицо радостно-оптимистичную улыбку, предложила:
- А давай пока ты тут постоишь, а я бегом домой и папу позову?
- А он точно дома? – неуверенно спросила Анжелика. Она знала, кто мой папа и что он иногда отбывает из дома по ночам или рано утром.
- Если нет папы, кто-то все равно есть! Или Гарри или Рем. Помогут! – я лично сомневалась что мы без папы это дотащим. Но не пугать же подругу. Да и если дома Римус – уже хорошо!
Схватив сумку с Пушей, я ринулась к дому и уже через три минуты открывала калитку. Руки дрожали, ключ не хотел поворачиваться. Я порядком напугалась – что что-то случилось с замком.
- Кэтти, ты что ж так трясешься-то? Привет, кстати! – раздался рядом знакомый голос. Я обернулась и секунду спустя повисла у Рема на шее.
- Римус! Привет! Ты что  так рано? Ты откуда? Папа дома? – затараторила я, обнимая крестного. – Я так соскучилась!!!
- Эй, мисс Реддл, помедленнее! Я не успеваю за ходом твоих мыслей следить. Отвечаю. Я из «Норы», рано потому что затемно надо было, папа дома, скорее всего спят они трое… я тоже скучал, совенок! – в последний год Рем звал меня именно так. Совенок… наверно из-за моей способности перекидываться в сову.
- Трое? А кто у нас? – не поняла я.
- Гермиона у нас в гостях. А где твои вещи? И где твоя гостья? – удивился Римус, когда мы наконец перестали обниматься.
- Вещи и гостья на пустыре. Ты разве не туда трансрессировал? – в свою очередь удивилась я.
- Нет, я в парке. Решил прогуляться… Я так понимаю, нагрузились и тащить тяжело, а колдовать не хотите, верно?
- Анжи без палочки вне уроков до 18 лет нельзя, а ей будет только в начале марта 18. А я не хочу лишний раз афишироваться с магией на родине. В том числе и без палочки. Поможешь?
- Чего не сделаешь ради крестницы! – улыбнулся он. – Особенно такой правильной! – мы забрали Анжелику и с помощью магии багаж и через десять минут наконец были дома. Я вскипятила чайник, заварила свой фирменный чай, Рем тем временем отнес наши вещи ко мне в комнату и спустился к нам с Анжи.
- Римус, это Анжелика, Анж, это Рем, мой крестный… - представила я. Римус слегка удивился, увидев Анж без плаща и капюшона. Черные волосы, одежда, косметика. Моя подруга себе не изменяла никогда.
- А можно спросить…? – начал Рем. Анжелика улыбнулась и заявила:
- Я готесса, если вы о моей внешности. Люблю черное, ночь, ужасы… И бороться со злом, - Анжелика была крайне приветливой и доброй девушкой, что могло показаться удивительным при ее внешности. Но я уже знала, какова моя подруга в душе, а в душе она была классной девушкой.
- Ну тогда вопросов больше нет, - улыбнулся Римус. – А Вы же на втором курсе, верно?
- Да, на втором. На год младше нашей Кэтрин. Ух, даже не верится что я в настоящем английском доме… У вас тут… - она посмотрела на коллекцию тостеров и два холодильника – мило… очень…
- Анж, папа просто любит маггловскую технику. Поэтому всего такого у нас много… Не обращай внимания… И давайте-ка позавтракаем! – я накрыла на стол, мы ели, обсуждая нашу учебу и работу Римуса в Хоге, что привело Анжелику в восторг. Ей безумно нравилось все английское, а уж Хогвартс был просто по ее мнению мечтой волшебника. А я не спорила. Наконец наверху раздались сонные шаги, голоса… и на кухню спустились Гарри и Гермиона.
- Ой, Рем… - зевнул Гарри, потирая глаза. – Кэтти! – брат оторвал меня от пола, стиснув в объятиях. – Привет, Анжелика. Кэтрин про тебя писала! – он поздоровался с Анж, чему та была несказанно рада. Гермиона тоже поздоровалась, но в отличии от Гарри слегка нахмурилась.
- Ну а теперь, когда вы все знакомы, представляем хозяина дома! – послышался из коридора самый мой родной голос. Папа…
- Папочка! – я вылетела ему навстречу и прижалась к отцу. Отец обнял меня, расцеловал. Он ничуть не постарел. Мужчина в возрасте, да. Но еще ни одного седого волоса, только аккуратно стриженные темные. Дневная щетинка, греческий профиль с не очень большим носом, тонкие губы… и молодо глядящие темные глаза. Папа был довольно красив для своих лет, аристократичен. Вечно молодой волшебник…
- Ну вот все и в сборе… - улыбнулся он. – Томас Реддл, отец Кэтрин… - он протянул Анж руку. Та тоже протянула свою, щеки ее залила густая краска…
- Анжелика…Бла…Блат…тон… - заикаясь, пролепетала  Анжи.
«Она его что, боится?» - недоуменно подумала я. А Гермиона недовольно смотрела на меня.
- Очень рад познакомиться с подругой нашей Кэтти, - мягко сказал папа, поцеловав руку гостьи. От этого Анжелика покраснела еще сильнее…
- Я тоже… рада…очень…давно мечтала с вами всеми… мистер Реддл, извините, я пойду… мне что-то…мне надо вещи…разобрать… - секунду спустя Анж поднималась по лестнице. Папа озадаченно смотрел ей вслед. И перевел взгляд на нас. Но и мы все были удивлены не меньше… кроме Римуса.
- Том, я конечно не уверен, но по-моему она так смутилась потому, что ты ей понравился… - вздохнул он. – И не как отец Кэтрин…
- ЧТО?! – выпалили одновременно четыре голоса. Я, папа и ребята.
- Говорю же, я могу и ошибаться… - улыбнулся Римус. Но я в глубине души боялась что нет…он не ошибается… и чем тогда это кончится – непонятно. Может не стоило приглашать Анж? Хотя…кто ж знал, что так получится?...
Часть 2. Северус. «День сплошных удивлений».
Я знал, что Кэтрин вернулась на каникулы, о чем мне любезно поведал сам Томас. Еще до начала каникул, а примерно на пятый день их мы с ним снова увиделись. Он заглянул в школу по делам и потом зашел ко мне. Пообщаться с «будущим зятем», как он меня окрестил еще в школьные годы Кэтти. Выглядел при этом Том слегка растерянным. Хотя нет, не так. Не слегка. Он выглядел очень даже растерянным. Усадив его у камина и напоив мной лично сваренным напитком бодрости, я сел в кресло напротив. Даже напиток не помог, Томас все равно выглядел задумчиво  и подавлено. В камине тихо потрескивали угольки, его тепло приятно грело руки и в полумраке комнаты огонь отбрасывал на стены забавные тени… Но мне сейчас было не до лицезрения танца огня в очаге. Друг редко был так растерян, но сейчас это как раз было так и это меня пугало…
- Том, а что случилось? – поинтересовался я. Он слегка напряженно посмотрел на меня.
- Ты о чем, Сев? -  вместо ответа произнес, наконец, Томас уже минуту спустя.
- Просто выглядишь ты так, как будто что-то странное произошло! Что-то с Кэтти? Она, кстати, когда вернулась-то?
- Три дня уже как. С ней все к счастью в порядке, а вот ее подруга… - он вздохнул. – Я понятия не имею, что нам с этим делать… - пробормотал он.
- А что вам с этим делать? И с чем? Что с ее подругой не так? - непонимающе спросил я. Я уже осознал, что происходит нечто серьезное, но что именно – не понимал. Может ее подруга какая-то странная? Или она не понравилась Тому? Или что-то с ней связано мрачное? В чем вообще дело и что вообще происходит?
- Понимаешь, такое дело – мы подозреваем, что ее подруга, Анжелика… в меня влюбилась… - вздохнул Томас.
- Влюбилась? Ты серьезно?! Том, но… а сколько этой ее подруге? С чего вы это взяли и кто это «вы»? – я пытался хотя бы что-то понять, но единственной моей эмоцией было, мягко говоря, сильное удивление. Я решительно не понимал, как такое возможно. Уверен, многие сочли бы наши с Кэтрин отношения довольно странными, но сердцу ведь не прикажешь… однако едва ли подруге Кэтрин больше двадцати лет, а Том все же уже далеко не молодой парень! И едва ли девушка возраста Кэтти могла влюбиться с такой разницей в возрасте.
- Ей 17, взяли я, Кэтти и остальные… с того, что стоит мне появиться, Анжелика краснеет как помидор и спешит уйти, заикается, роняет вещи… за три дня она разбила две вазы, испортила что-то из своей одежды, уронив в котел с практической работой Гарри, заикается постоянно, когда я дома. И в то же время даже словно ищет встречи со мной. Скажешь это не влюбленность? – похоже на влюбленную девушку, с этим не поспоришь. Влюбленную и одновременно сама она испугана своими чувствами. Скорее всего девочка прекрасно осознает, в кого имела несчастье влюбиться.
- Ну вообще похоже, но… да мало ли что бывает, возьми например меня же и Кэтрин! Я старше и старше притом намного! – заметил я. Нет, я не оправдывал эту девочку, но и такой уж смертельной трагедии в этом не видел. Бывают вещи и похуже…
- Северус, да, но не на сорок же лет ты ее старше! – воскликнул Том. А вот тут уже не поспоришь… Сорок лет это порядочный срок. Да  и насколько мне известно, Том Реддл однолюб и свою единственную женщину уже встретил. С момента смерти Розалины особы женского пола перестали для него существовать. Может оно и правильно… Том посвятил себя детям и не сомневаюсь, что они ему за это благодарны.
- Том, ну перестань! Это же скорее всего временное явление по типу подростковой влюбленности. Нравишься, стесняется…а потом все это пройдет само по себе и она переключится на кого-то более подходящего… - сам я не очень-то был уверен в правоте своих слов, но Тома попытался уверить. Кажется, даже получилось, по крайней мере Томас Реддл слегка повеселел.
- А может с ней попробовать поговорить? – предложил я. – Знаешь, тебе она конечно не скажет, но Кэтти или Тонкс могут попробовать найти к ней подход…Для начала не мешало бы выяснить все, вдруг все совсем не так!
- Слушай, Северус… а может Рождество ты встретишь с нами? Или у тебя встреча с Беллой? Просто думаю это обрадовало бы Кэтти… - внезапно предложил Том. Я замер – я в процессе последних реплик мерил шагами кабинет, чтобы выплеснуть налетевшие эмоции. Я решительно не понимал одного – как вообще была возможна влюбленность семнадцатилетней девочки в уже далеко не молодого волшебника. Даже думал над тем, как можно решить такую проблемку. И тут вдруг такая внезапная смена темы. Ну что ж, хорошо, ничему в нашем мире удивляться нельзя… Я еще не знал, что это было только началом моих изумлений в тот день.
- Пока не планируется, но насчет встречи с вами…хм..признаюсь, я не уверен что моя трансгрессия в Литтл-Хейминг хорошая идея, если честно. Часто же нельзя…
- Тебя никто часто и не просит. Рождество послезавтра, вы в этом году что-то рано отпустили ребят. Два раза ты же сможешь, а? – Том сделал еще глоток бодрящего напитка и уже веселее посмотрел на меня.
- Да, смогу! -  отозвался я. Надеюсь на это, расстраивать Кэтрин мне совсем не хочется.  – Но почему два раза? – не понял я. – Рождество ведь только один день!
- Мы решили тебя сегодня пригласить. Давненько не навещал. А если серьезно, то у нас дома Дамблдор хочет собрать некоторых членов Ордена, тревожные предчувствия, знаешь ли. И ты, естественно, там тоже нужен.  – Я вздохнул. А в принципе, чему тут удивляться-то? Нечему… я шпион, Том и Альбус это знают. И Кэтти. Естественно я как источник информации могу быть полезен.
- Хорошо, ко скольки? – перейдя на более деловой тон, осведомился я. Том посмотрел на песочные часы на камине, подумал о чем-то… и ответил – часов в семь вечера, накормим еще ужином. Ждем тебя! И да, спасибо за совет насчет Анжелики! – с этими словами заместитель министра покинул мой кабинет, оставив меня наедине с моими отнюдь не самыми веселыми мыслями.
Меня напугал его рассказ, признаюсь, и потревожил. А кроме того, я размышлял  о том, что нужно будет рассказать Тому и остальным из наших с Беллатрисой встреч. А что надлежит скрыть. Однако в половине седьмого вечера я все же выходил из ворот школы, по пути мне встретился Флитвик, которого почему-то заинтересовало, куда я иду уже после захода Солнца. Но это было еще в замке, а двор я пересек в полном одиночестве. И отойдя еще немного подальше, трансгрессировал в Литтл-Хейминг. Мы никогда не прибывали непосредственно к Реддлам и на этот раз я тоже не стал нарушать традицию. Да и прогуляться никогда не мешало бы.
В парке и произошло мое второе и наиболее сильное за тот день удивление. Я пересекал небольшую тихую заснеженную аллейку, когда дорогу мне перебежало что-то маленькое, выделявшееся в темноте поразительно светлым пятном. Это была кошка. Когда я подходил ближе, животное направилось обратно, и я случайно столкнулся с ней.
- Смотреть надо куда идешь! – последовал тоненький крайне возмущенный голос. – Так ведь и зашибить недолго!
Я остановился, пытаясь найти источник голоска. Но кроме меня и кошки, в пределах видимости никого не наблюдалось.
- Да тут я, чего крутишься? – голос звучал совсем-совсем рядом… под ногами. Я наклонился… и когда понял, кто говорит, признаюсь, испытал сильный шок… Такого в своей долгой и интересной жизни еще не видел. Говорила… кошка! Да-да, самая обычная белая с рыжими полосками кошка. Худенькая, я бы даже сказал тощая. С короткой шерстью, лохматой и грязноватой. Неухоженная… на вид не больше года. В общем, нормальная кошка, если не обращать внимание на то, что она разговаривает человеческим голосом. Анимаг?
- Ну и что ты на меня уставился? Кошек никогда не видел? Меня между прочим Милли зовут, а тебя? – кошка…улыбнулась? Я зажмурился, думая, что это лишь видения. Ан нет, глаза открыв, я снова увидел животное. Та же непонимающе смотрела на меня.
- Эй, ты чего? Ты же волшебник! Чего так пугаешься? – взволновалась Милли.
- А ты откуда…знаешь, что я…я волшебник? – наконец выдавил я из себя.
- Так я ж чувствую. Ты волшебник, причем не слабый... который меня чуть не раздавил.
- Милли, это как бы ненормально… - пробормотал я.
- Вот я про тоже! Невежливо наступать другим на хвост, я вообще хотела тебя поцарапать сначала! – призналась кошка. Ее голубые глазки светились в темноте. И мне вдруг стало очень ее жаль, захотелось покормить  и пригреть…
- Милли, а где твой дом? – спросил я. Кошка понуро опустила голову и из глаз ее выкатились и упали в снег слезинки. Она еще и плачет? Это что за создание такое?
- Моя хозяйка была старенькая… ее звали матушка Ханни, ну то есть она так себя звала. А один раз я ее утром будила меня покормить, а Ханни…Ханни не просыпалась. И потом Райа – это ее дочка, она жила с Ханни – она сказала, что Ханна умерла и больше не проснется… и я ушла… мне было грустно и больно, я убежала. А когда пришла назад, дома жили чужие и они меня не пустили. И Райа меня тоже не звала… - кошка уже откровенно плакала, на снег капали слезинки. И я внезапно ей поверил.
- Милли, а может ты пойдешь со мной? Мы тебя покормим, поспишь в тепле… я иду к другу в гости и он добрый и не откажется… - внезапно даже для себя предложил я.
- А мама и Ханни мне всегда говорили не ходить с незнакомыми дядями в незнакомые места! А то тебя украдут и отдадут на чучело или в зоопарк, вот что они говорили. И я с тобой не пойду! – твердо ответила кошка. До меня вдруг дошло как это выглядит… мужчина посреди парка стоит наклонившись почти к земле и разговаривает с говорящей бездомной кошкой. Да, жизнь твоя полна неожиданностей, Северус. Ух как полна!
- Ты что, серьезно думаешь, что я тебя отдам в зоопарк? Ну что ты? – я присел на корточки. – Я этого не сделаю…
- Правильно, ибо я с тобой не пойду! Я даже твое имя не знаю!
- Ну хорошо… меня зовут Северус. Я иду в гости к своей невесте и ее папе. У них тоже есть кот и они любят кошек. Идешь? – я выпрямился и сделал несколько шагов. Оглянулся. Кошка и с места не сдвинулась.
- Милли! – позвал я. Отрицательное мотание головой… и вдруг раздался звонкий девичий смех, на меня налетел кто-то в черной шубке. Не удержавшись на ногах, я упал вместе с налетевшим.
- Профессор Снейп? – удивленный голос Гарри рядом. – Кэтрин, вы целы? – рядом со мной поднялась и отряхнулась Кэтти.
- Добрый вечер, профессор! И да, по крайней мере я цела.
- Я тоже. Добрый вечер, Поттер. Добрый вечер, мисс Реддл… - но девушка уже не слушала. Она уже присела на корточки около Милли и встала пару минут спустя с ней на руках.
- Бедная киска, она совсем одна…ничего, сейчас мы тебя согреем и накормим…хорошая малышка…
- Кэтрин, она как бы немного странная, она говорить умеет!
- Что? Не умеет она говорить, кошки не говорят! И вообще, хочу и беру, понятно? Я уже взрослая! – девушка стремительно ушла. Уже в доме – мы дошли одновременно с Гарри – я увидел Милли при свете лампы. Кошка уже поела и теперь Кэтти ее расчесывала, Пушистик терся рядом.
- Так это сюда ты меня хотел принести? – улыбнулась Милли. – Ну прости что не поверила!
- Вот, опять! – заметил я. – Она только что  говорила!
- Северус, она всего лишь мяукнула, что с тобой? – не понял Том.
- Мяукнула? Эта кошка говорила, понимаешь!
- Да я и сейчас не молчу! – вздохнула Милли – просто они меня не могут услышать…
- Да почему, в конце концов?! – не выдержал я.
- Я не обычная кошка. Я кошка ифарито. Нашу породу вывели ифриты, для себя… других кошек они не могут себе заводить. И еще нас используют хранители в своем храме…ну неважно, я жила свои два года с обычными людьми. А слышать меня может только мой Хозяин… я вспомнила… мне мама говорила.
- Но я не твой хозя…
- А это неважно. Хозяин для ифарито назначен свыше. У судьбы всегда и на все свои планы, как бы людям не хотелось обратного…я нужна вам зачем-то, думаю. И Хозяин мой – ты. Потому что с тобой я могу говорить…
- Но я живу не зде…
- И это неважно, заберешь. Северус, ну хватит. Я мышей ловить умею… еще зелья люблю когда варят… Ханни волшебница была… Ну Северус… ты же зельевар, это же так интересно!
- А откуда ты зна…
- А я вижу. Не знаю откуда.
- Ну хорошо… - пробормотал я. – Том, я потом заберу Милли… -я пересказал суть разговора. Кэтти задумалась. И тут сверху слетело нечто черное, в серебряных украшениях. Анжелика, наверное.
- Ифарито это правда существующие кошки, правда! Я такую в детстве приютила… они кстати долго живут, но мою ифарито понимал только папа… он сквиб… вооот… она и сейчас живет с ним. Ифарито это очень добрые и умные кошки, вы не пожалеете. Правда, киска? – Милли казалось тоже немало удивилась такому чуду человеческого народа. Анжелика начала гладить кошку, подтверждая уже рассказанную Милли информацию… после чего та улеглась мне на колени и заснула, мурлыча… я машинально погладил взъерошенную шерстку и понял, что не смогу ее с собой не взять. Что называется, «любовь с первого поглаживания»… Между тем дети ушли наверх, кроме Кэтрин. Подошла Тонкс и Альбус с Минервой… началось собрание…
Этот день принес мне два удивления. Но одно из них было хоть и сильнее, зато куда приятнее…
Глава 6. Томас Реддл. Могло ли  все быть лучше?
Часть 1.
Рождественское утро для меня началось довольно необычно. Оно началось с разговора за чашкой чая – еще до того, как проснулись дети и Римус. Разговор этот был с Анжеликой. Проснувшись утром – в какое бы это время у меня в праздник был выходной? – я горько вздохнул, думая, что вот единственный раз я дома на Рождество с утра. И не сплю… Зато на следующее Рождество я несомненно буду работать и завидовать отдыхающим.
С кухни донесся стук чайника о плиту, шуршание… И аппетитный запах завариваемого чая. Обычно так рано завтра начинала готовить Кэтти, потому я решил спуститься вниз – помочь дочери, да даже и просто поговорить, я редко ее видел в то время. И очень скучал… Одевшись, я привел себя в порядок и спустился на первый этаж. Дверь комнаты Кэтрин, где ночевали она и Анжелика, была закрыта. «Ну, видимо, гостья еще спит» - решил я. И ошибся – зайдя на кухню, я увидел отнюдь не Кэтрин. Спиной ко мне стояла Анжелика. В черных джинсах и черном свитере, нарезавшая хлеб. И в ушах девушки торчали наушники, в кармане джинс лежал плеер.
- А ты вернешься, ты вернешься вновь, я знаю… - едва слышно напевала гостья Кэтти, голос ее, кстати, был довольно неплохим. Да  и внешность хоть и слегка удивляла, но потом, когда к ней привыкнешь, она уже не бросалась в глаза. Волосы девушки были завиты и уложены в немыслимую прическу, и торчали под разными углами. Их длину на тот момент еще никто не мог бы определить – ее с распущенными волосами видела только Кэтти. Хотя форма «художественного» беспорядка на голове каждый день менялась. Я подумал было потихоньку уйти – ее волнение в моем присутствии заметили уже все. Еще на второй день, когда сначала Анжелика разбила вазу – ставила туда искусственные цветы – они с Кэтти взялись украсить холл. А потом помогала Гарри варить домашнее задание по зельям. И утопила  в его котле то ли юбку, то ли что-то в этом роде – вешала сушить. Магию девушки принципиально не использовали. К концу следующего дня все согласились с тем, что это не просто проявление страха… скорее нечто иное. Как бы то ни было, я старался как можно меньше попадаться ей на глаза. А что мне оставалось делать? Она никому не говорила о своих впечатлениях от жителей дома, поэтому правы мы или нет, никто не мог судить. Но уйти я не успел – Анжелика резко обернулась.
- Доброе утро, мистер Реддл! – улыбнулась девушка. – А я собираюсь тосты готови… ой, я не спросила – можно же тостером воспользоваться?
- Да, конечно. Любым из них, - я улыбнулся, мысленно моля девочку не уронить нож и не покалечиться. Анжелика оглядела кухню, улыбнулась, посмотрев на все тостеры, отложила нож и принялась за тосты. – Иногда я думаю, что любовь к маггловской технике – хороша только в меру, - заметил я. На кухне было два холодильника, три тостера и три микроволновых печи. Иногда конечно это было полезно, но в основном чересчур. Розалина при жизни – тогда правда были только холодильники и тостеры – говорила, что мне нужно как-то ограничивать себя одним предметом каждого вида техники. После ее смерти покупки прекратились, но года четыре назад все началось сначала. Теперь меня по мере сил сдерживал Римус. Иногда я понимал, что это глупо, но большую часть времени нет, я не отдавал себе в этом отчета.
- Ну почему? – отозвалась девушка. – Папа тоже любит маггловскую технику, постоянно интересуется новинками. Недавно купил компьютер, на Пасхальные каникулы посмотрю, что там он приобрел, - Анжелика улыбнулась, запуская вторую партию тостов.
- А он тоже волшебник? – я присел на стул, глядя на девушку. Я знал со слов Кэтти, что Анжелика живет с отцом и мачехой, но о ее родителях сведений у меня было мало. Пара фактов из жизни, и все. Кэтти не рассказывала, а с самой Анжеликой я как-то до сих пор не разговаривал.
- Нет, папа сквиб. Я почти чистокровная, ну, кроме папы, - ответила гостья. – Мама чистокровная и она колдует, папа из рода Блаттон, там все волшебники уже пятнадцать поколений. Но папа вот сквиб. Такое случается…
- Да, такое бывает… Но сквиб, может быть, это не так уж и страшно? – я внимательно оглядел девушку. Щеки Анжелики покраснели, взгляд искоса на меня был каким-то полуиспуганным, полувзолнованным. Нет, определенно мы были правы.
- Это совсем не страшно! – неожиданно живо отозвалась девушка. – У меня и братик, скорее всего, сквиб, но зато они добрые и веселые. Я их обоих очень люблю!
- Это хорошо, когда ты любишь своих близких. Значит, ты получаешься единственная Блаттон – волшебница сейчас?
- Да, папа у дедушки и бабушки был единственный сын, в этой ветви я единственная. А мама вышла замуж за маггла и уехала с ним в Австралию. Все тогда очень удивились такому ее поступку…
- А моя мама тоже была сквибом, - я вспомнил маму и то, как она радовалась моему письму из Хогвартса.
- Правда? Бабушка Кэтти  была сквиб? Она не рассказывала, - Анжелика с интересом слушала про мою семью, про маленькую Кэтрин. – Кэтти хорошая, добрая, с ней интересно. Я рада, что мы подружились. Меня запугивали новенькой, а оказалось, что она замечательная девушка! – улыбнулась подруга дочери. И вправду – им вместе было весело и легко. Девушки делали домашнюю работу, гуляли,  играли в квиддич во дворе, посетили Косую Аллею. Гермиона даже немного поначалу ревновала подругу, но потом общаться Анжелика начала и с ней. И ревновал уже Гарри – три девушки вместе проводили много времени, но у них были свои секреты, которые Гарри не знал. И не всегда они звали его к себе.
С Анделикой было легко общаться, девушка, несмотря на пугающий вид, была сама доброта и отзывчивость. При том еще и умная.
Завтрак был приготовлен, хотя не без урона – девушка обожглась. Но поскольку в доме все еще спали, мы остались на кухне. Налив себе и гостье чай, я присел за стол. Анжелика взяла тост.
- Знаете, до знакомства с Кэтрин я ненавидела свою маму. Мне было 11, когда родители развелись, я очень тяжело переживала их развод. Но у нас и до этого не было счастливой семьи. Родители постоянно ругались, мама не любила папу, придиралась. И даже насмехалась над тем, что он не колдует. А потом она ушла, вроде как к новому другу, но я думаю, наверное, это папа решил развестись. Он ее любил, но мне кажется никто бы это не выдержал. Придирки по малейшему поводу, потом она еще просила что-то сделать что без магии было трудно. У папы плохо получалось, она решала с помощью заклинания и издевалась над ним… это выглядело ужасно!
- А зачем же она вышла за него замуж, если она так его не любит? – удивился я.
- Просто он из хорошей семьи волшебников и их сосватали родные. А когда они развелись, я уже училась в школе магии, там и жила. Меня послали на два года раньше, чем принято – родители не хотели, чтобы я часто видела их скандалы. Росла я в школе… В 7 лет пошла, в марте исполнилось 8. А братику на момент развода было всего два года. Мама сначала его забрала, меня же тянули то к ней и ее новому мужу, то к папе. Нас отпускали домой раз в месяц, на пару дней. И через месяц я была то у папы в пригороде Чикаго, то у мамы в Майами. Знаете, это даже надоедало. А мама постоянно меня уговаривала совсем перестать общаться с отцом. А еще через два года она уехала с мужем в другую страну, а Джона бросила на папу. Сказала что у них началась новая жизнь и прошлое им не нужно…
- Это ужасно… - пробормотал я. Я никогда не смог бы вот так взять и бросить дочку с Розалиной, что бы там ни было между нами. Даже если бы и было. Мое сокровище и мой ребенок…и бросить?! Немыслимо…а ведь я мужчина, я только лишь отец, а это мать…
- Почему? Мы с ней общаемся, я ее навещаю. Хотя папу я люблю больше, он обо мне с детства больше заботился и вообще…И Джон сейчас живет с ним и его женой, я как бы тоже…И знаете, я вот сейчас понимаю – а если бы она вдруг погибла, лучше бы не было… На примере Кэтрин и Гарри я понимаю, что лучше когда твои близкие живы.
- Вот тут ты совершенно права! – ответил я. Мне начинала нравиться эта довольно серьезная девочка. Мы еще немного поговорили  о том, как важно, чтобы твои любимые люди были рядом, о доброте – касательно например животных. Мне вспомнилось как у нас появился Пушистик – Кэтти шла домой из магазина, летом перед пятым курсом, увидела грязный худой комочек, почти слепой. Принесла его домой и взялась лечить. В сентябре я сажал дочку на поезд с довольно упитанным здоровым лоснящимся котенком. Кэтти его вылечила. Откормила и он остался у нас… Как ее кот. У Анжелики, как оказалось, тоже был кот дома – точнее кошка иферито, как Милли Северуса. Надо заметить, что мой «зять» привязался к кошке за то краткое время, что они пробыли у нас.
«Киска», «Милли», «Котенок» - примерно так ласково обращался к ней наш зельевар. И еще «Лапка». Почему – он так и не объяснил. Кэтрин кошка тоже понравилась, что было неудивительно – Кэтти с детства обожала животных.
- А знаете, что особенно не нравится маме во мне? – внезапно спросила Анжелика. За время разговора она все сильнее краснела и смущалась, на обращении ко мне подрагивал голос. Но в целом девочка почти не выдавала своего волнения и своих эмоций. – Мне в детстве нагадали, что муж будет меня младше на два года. Как Гарри. А она хочет, чтобы он был старше…
- Надеюсь поменьше чем на 18 лет? – раздался от порога знакомый чистый голос. К нам наконец присоединилась Кэтти.
- Ну не как ты и мистер Снейп, конечно! – отозвалась Анжелика. – Лет на пять…с маминых слов. А я лично думаю – главное чтобы мы с ним друг друга любили. Она вот на 10 лет младше папы, я ранний ребенок…когда я родилась, ей было 18. И чего хорошего вышло? Ничего… - Вот тут я был с ней согласен. Мне стало ее даже немного жаль, эту в принципе неплохую девочку...Все могло бы быть и лучше в ее случае. А поступок ее матери меня просто шокировал. Роззи...Роззи была совсем другой, и она была истинным ангелом...
А еще я убедился в ее влюбленности в меня. Хотя она это и скрывала, я это видел. Но теперь я начинал верить в то, что эта девочка, даже если и влюблена, очень даже полюбит другого и позже. Северус был прав, это смахивало на первую сильную влюбленность. Ну...она в 15 лет окончила школу и год готовилась дома, дружила с мальчиком - как бы встречались... а потом Денбридж... может быть, это было в ее случае нормально - влюбиться в того, кто понравился. В школе ей было еще немного рано, потом в кого? А в институте ее считали маленькой. Самая младшая на курсе...

День пролетел незаметно. Мы приготовили ужин, украсили дом и сходили на прогулку. Вечером нас ждало торжество. Кроме нас были еще Уизли, Дамблдор, Минерва, Хагрид, Сириус и Северус. И Тонкс, на чем настоял… Римус. Это был первый случай, когда он просил кого-то пригласить, и я не смог отказать.
Ну а когда мы все уже посидели за ужином, встретили Рождественский вечер, запустили фейерверк, и проводили семью Уизли, появилась еще одна гостья… которую не ждал никто…в том числе и Кэтрин. Это была Анна Экала…
Часть 2. Иная реальность.
Мы вернулись в гостиную, и как раз в этот момент раздался громкий хлопок, и в центре комнаты возникла черноволосая женщина в черной мантии. Ее черные глаза лучились странным сиянием. Черты лица были молодыми, но это было обманчиво. Она просто была вне возраста. Королева Валькирия. Анна Экала. Холодная бессмертная колдунья.
- Я вижу, меня никто не ждал! – улыбнулась женщина. Но даже улыбка ее – и это всегда вызывало у меня некоторое содрогание – была безжизненно-холодной. Ледяная королева – о да, это было как раз про нее. Ледяная повелительница времени, не знающая эмоций. Я познакомился с ней довольно давно, еще до свадьбы с Розалиной. И за все время нашего знакомства ни разу не видел на ее лице хотя бы тень какой-то эмоции. Ни радости, ни грусти. Она улыбалась, довольно часто, но даже улыбка ее была малоэмоциональна.
- Вы не оповестили нас о своем визите! – заметила Кэтти. С лица дочки мгновенно схлынула вся веселость, она напряженно смотрела на гостью.
- Но ведь я никогда этого не делаю и ты знаешь! – отозвалась Анна. – Не волнуйся так, мой приход конечно знаменует собой большие перемены, но они не так ужасны, как ты можешь думать. Я пришла тебя предупредить. Да, перемены будут, довольно скоро и не одна. Но я пришла заранее, у тебя будет время приготовиться к ним.
- В любом случае едва ли перемены будут радостны. – Грустно ответила Кэтти. – В такой ситуации, как сейчас, лучше быть не может, думаю…
- А вот тут ты не права! – отозвалась Анна. – Хуже могло быть и мало того было!
- Было?! – Настал уже наш черед напрячься. Я знал, что Анна ничего не говорит просто так, что каждое ее слово имеет свой смысл. Гарри смотрел на гостью с волнением, Гермиона еще больше посерьезнела, Римус сжал ручку двери – они с Тонкс только что вернулись в гостиную. Провожали Уизли.
Хагрид и Минерва с Альбусом просто непонимающе наблюдали за происходящим. Ее они не знали, видели едва ли не впервые. Анжелика подняла голову, сначала удивленно, потом внимательно глядя на Тезла-Экалу. А вот Северус смотрел ожидающе, но почти спокойно.
- Да, было. Ну, поскольку времени у меня много, то я вам покажу, как все могло быть и было. Думаю, что смотреть захотят не все, не так ли?
- Ну я например хочу, - отозвался Сириус. – Потому что не понимаю, что могло быть хуже? Арест Пожирателей не состоялся и они все остались на свободе? И как это было? Я пропустил из-за… - он покосился на Анжелику. – Из-за некоторых обстоятельств, но ведь другие же помнят, что было!
- Не все мы помним, бывает, что ход истории меняется и идет другим путем. В нашем случае это как раз было так. История пошла другим путем – одна маленькая вещица иногда имеет огромную силу! – отозвалась женщина.
- Какая вещица? – не понял Хагрид. Кэтрин слабо улыбнулась, доставая из-за пазухи крошечный маховик времени. Она носила его не снимая, цепочка была непрочная, но сорвать ее можно было лишь рукой. И легко было починить.
- Эта, - вздохнула Кэтти. – Если валькирия ее разобьет, то реальность меня… - она осеклась, понимающе посмотрев на Анну. – Реальность меняли? – прошептала она.
- Да, и при том сделала это ты. И поверьте мне, как бы плох ни был этот вариант, что бы вас ни ждало чуть позже, это все же лучше, чем то, что было. Лучше для многих из вас и лучше для самой истории. Итак, смотрим? – постепенно все кивнули, хотя выглядели при этом слегка взволнованно. Последней кивнула Кэтрин.
- Я покажу на примере двоих из вас, потому что отличия в их случае наиболее ярки. Итак, вашему вниманию представлены Кэтрин Реддл и Том Реддл. Они же…  - Анна обвела рукой одну из стен, превратившуюся в некоторое подобие экрана телевизора. – Они же лорд Волдеморт и его дочь Катарина. Катарина де Морт, если вам угодно. – На серебристой субстанции начали проявляться тени. Сначала размытые, но потом постепенно они становились четче и четче. И вот нашему взору предстал довольно мрачный дизайн дома, мумии, чучела животных, горгульи. С некоторым содроганием я узнал Малфой-Мэнор, который почти не отличался от реального. Но то, что мы увидели внутри, поразило нас куда сильнее. Посреди гостиной стояли несколько мужчин среднего возраста. В черных мантиях, с черными капюшонами. И маски Пожирателей. А в темном углу комнаты сидело нечто… Это было жутковатого вида создание. Лысый череп, змеиные красные глаза, полное отсутствие носа. Бледное, даже какое-то синее. Как скелет, не красивее. И оно – назвать это мужчиной у меня бы язык не повернулся, - холодным высоким голосом расспрашивало Пожирателей об успехе очередного нападения на магглов.
- Итак, это Том. А вот и Кэтти, - ровным голос объявила Анна. Это я?! Не могло такого быть, я не могу быть таким чудовищем и не мог!
Между тем в гостиную вошла молодая женщина. Ее каштановые волосы были завиты примерно как сейчас у Анжелики, карие глаза смотрели чуть насмешливо, чуть презрительно. Тонкие губы искривила ухмылка.
- Хвост! – пронзительным высоким голосом объявила она. – Ты не накормил Нагайну. Может быть ее кормить мне? Или Темному Лорду? – Кэтрин была вполне узнаваема, но она была совсем иной чем сейчас. – Ступай и работай, если не хочешь заслужить наказание. И почему ты еще здесь?! -  В ее глазах не было ни капли тепла, в голосе звучали истерично-злые нотки. Что-то вроде Беллы Лестрейндж сейчас.
- Да, миледи, сейчас, миледи, я просто не успел… - Петтигрю поспешил наверх, оторвавшись от стены. Сначала его никто даже не заметил. Проводив анимага презрительным взглядом, девушка прошла к центру гостиной. Она была в черном платье с прозрачным рукавом. На шее висел на золотой цепочке маховик. Но и это казалось недобрым признаком.
- Антонин, ты еще здесь? – обрадовалась волшебница с экрана. – А я думала опять пропустила твой визит!
- Нет, моя королева, нам сегодня повезло чуть больше… - улыбнулся Долохов. И последовал долгий поцелуй парочки. Прямо на глазах у остальных. Я взглянул на Кэтти, на лице которой промелькнуло отвращение.
- Это я? – выдохнула дочка. – И убийца моей мамы? Это невозможно!
Между тем сцены сменялись. Пытки тем мною Гермионы, охота на Гарри, бесчинства в доме Малфоя – издевались над сквибами и магглорожденными. Кэтрин мало чем отличалась от меня на экране – она принимала активное участие в бесчинствах, пытала пленников, совершала нападения вместе с другими Пожирателями. При том она была очень стервозной девушкой. Злой, эгоистичной и высокомерной. Одна из сцен показала нам случайно зашедшего в ее комнату без стука – прислонился к двери и та открылась – Нотта. Тихое «Круцио», адская боль мужчины и злорадный смех Кэтрин. Хвоста она, как и я, ни во что не ставила, да и других тоже… Хотя нет – роман с Долоховым, дружба с Беллатрисой и Люциусом, неплохие отношения с Нарциссой. До тех пор, пока Кэтрин самолично не выжгла на руке Драко Метку…
Кэтрин другой реальности отличалась от настоящей как огонь от воды. Та была гораздо более темной, чем моя дочь в настоящей реальности. Лица всех выражали сильнейшее потрясение. Оказалось, что тогда Кэтти тоже была валькирией, но Поттеры и Роззи погибли, когда детям было всего только год Гарри и четыре Кэтрин. Потом приют, закрытая школа для волшебников в Америке, откуда ее забрал в 16 лет Хвост. И потом жизнь среди темных магов. Кэтрин-Катарина превратилась в чудовище, управляющее временем. Иногда, в минуты озарения, она возвращала время и меняла некоторые события. Но мучения других доставляли ей подлинное удовольствие… А потом нам предстала ужасная кровопролитная битва в Хогвартсе. Где я – Волдеморт был убит. Но убил и Гарри. Да, в той реальности была не Беллатриса Лестрейндж – Темная Леди. Был я, Темный Лорд. Моя мама умерла при родах и я начал мстить. Создал крестражи… свой «орден»… и стал величайшим темным волшебником.
После смерти иного Тома другая Кэтрин оглядела Хогвартс несчастным взглядом. Она осознала, что значило все это…Это была ужасная война и кончилась она ужасно. Победой добра, да. Но выжили немногие… Валькирия Катарина де Морт, Кэтрин Реддл (но эту фамилию всем велено было забыть) разбила маховик времени. И все изменила… все стало как сейчас. Кстати, в той реальности Розалину убил тот же Долохов.  Я к тому моменту уже исчез.
- Да уж. Эта реальность определенно лучше того, что на экране, - выдохнул Гарри, когда «трансляция» прекратилась. – Тут вы добрые и, по-моему, до такого ужаса все же не доходит. – Мы все еще были потрясены тем, как люди с экрана врывались в дома, мучали жильцов и доводили до безумия или убивали. Зверские пытки, изощренные проклятия, все это было в избытке. Дементоры, великаны, огромные какие-то летучие мыши, инферналы… кого только не было под знаменами меня. Хотя это тот случай, когда лучше бы никого не было… Я всё еще не мог поверить, что там, на экране, был я. Но да… то был я. Иной я…
- Тогда погибли очень многие. Римус, Нимфадора (Тонкс поморщилась), Сириус, Альбус… Пострадал Хагрид. Был убит Северус. И мальчики Уизли – Фред и Джордж – пострадали. Один лишился уха, а другой погиб… И наконец Гарри Поттер. – Мне на полсекунды показалось, что Анна вздохнула.  А еще я вдруг понял, что Северуса мы там ни разу не увидели. Мельком он показался на Большой Последней битве, и все. Похоже  было на то, что Анна специально его скрыла от нас.
- Теперь так не будет, - Кэтрин прикусила губку. Дочка преисполнилась решимости на что-то. – Теперь я другая… и постараюсь поменять то, что в моих силах изменить… - она в этот момент напомнила мне Розалину. Ангел, воплощение добра, валькирия, готовая изменить реальность. Не разбив маховик, нет. А просто помогая тем, кому она может помочь.
- А вот это правильное мнение. Итак, вопросов больше нет, почему не все так плохо? – улыбнулась Анна. – Хагрид, тебя отчислили тогда из Хогвартса, кстати! – а теперь он окончил все же школу, на три года позже меня – из-за василиска, что вы уже видели – да, на 6 курсе я убил девочку с помощью василиска… это было ужасно… -  А Сириус просидел в Азкабане дольше. Почти 12 лет…  Но Кэтти, я пришла не запугивать вас, а предупредить тебя. – Экран исчез, я оглянулся на время. Три ночи. А мы даже не заметили, как пролетело четыре с лишним часа… и до сих пор никто не мог прийти в себя после увиденного. Осознание того, что все уже было, но в иной и куда более худшей форме, угнетало. Хорошо все же, что сейчас многое иначе. Я даже представить себя не могу сейчас вредящим Гарри и остальным. Там я был чудовищем… или есть? Это прошлая реальность или альтернативная? Никто не знает, даже и Анна… хотя… скорее все же прошлая…
- Хорошо, мы можем поговорить у меня в комнате, - пролепетала дочь. Они ушли, примерно полчаса спустя вернулись. Кэтрин была очень серьезна, но спокойна.
- Значит, разговор в библиотеке ЗОТИ будет иметь большую важность. Я поняла. И насчет Министерства… я узнаю, браслет поможет.
- И не забудь – в январе, в конце января, сторонников станет больше. Ее сторонников. Система даст сбой,  – говорить загадками для других – конек Анны. Но Кэтрин, судя по всему, прекрасно все понимала.
- Количество ничто в сравнении с качеством! – улыбнулась Кэтрин. Судя по этой улыбке, девочка уже придумала какой-то план…
- Так, а ну-ка спать немедленно! – внезапно заговорила Анна. – Понимаю, это жутковатое кино, но вы сами просили. Я еще не все показала… и спать-спать-спать, живо! – серебристый туман и нам всем вдруг очень захотелось пойти спать. Наутро Кэтрин разбудила меня и Северуса – тот оставался у нас ночевать, другие профессора все же ушли. Сириус и Тонкс остались до утра. Разбудила в десять, а уснули мы в четыре. Но при этом выспались. Проведя нас в мой кабинет, Кэтти присела на край кресла.
- Я видела вчера полную версию, мы останавливали время. Так вот, Северус шпионом был и тогда, но это не суть важно. Я хочу вам сказать. Пока только вам. Гарри в той реальности умер в бою с Волдемортом – не хочу говорить «с папой». Но не только там он умер. И в нашей реальности тоже…
- Что? – выдохнули мы с Северусом.
- В ту ночь в Годриковой Впадине Гарри Поттер умер от Авады. Жив он благодаря Поцелую Валькирии Розалины Реддл. Изначально кстати мама хотела поцеловать Лили, но не успела. Но это еще не все…
- Что еще?-  прошептал я. Знать это не хотелось…
- Через два года и несколько месяцев, в начале мая, до своего восемнадцатилетия, Гарри Поттер умрет. Поцелуй дважды использовать нельзя к одному человеку. Вот теперь все…
- И ты не сможешь… - едва слышно спросил Северус, обнимая обмякшую Кэтти за плечи – что-то изме…
- Нет! Я сделаю все что смогу, чтобы этого не было. Я даже разобью маховик снова. Хуже чем то, что мы видели вчера, уже не будет. И я сделаю все, но Гарри будет жить! И я надеюсь, вы мне в этом поможете…
- Мы сделаем все, что в наших силах, обещаем, - хором ответили мы.
- Ну вот. А в конце января сбегут Пожиратели из Азкабана, в конце весны будет битва в Министерстве и Белла откроет свое возвращение официально, Сириуса оправдают… - она почему-то замолчала на минуту.  – Ну  и меня ждет еще более интересное нечто, что начнется в разговора в библиотеке ЗОТИ, который я случайно услышу. Вот так…
Она провела дома еще почти три недели и в середине января уехала. А в конце января сбежали Пожиратели. С помощью Беллы. Мы с Северусом решили сообщить Кэтти, что все начало сбываться. Но письмо слать опасно. Выход был найден быстро. С разрешением Министерства мы трансгрессировали в Денбридж. Якобы проверить проживание там нашей англичанки. А на самом деле просто с ней поговорить… о важных и насущных делах. Детство Кэтрин кончилось быстро, внезапно… и в свои 18 она наравне с нами решала важные задачи. И потом, несколько лет спустя, это здорово ей помогло… ее ранняя серьезность и острый ум спасли ее жизнь несколько раз. Но тогда опасная игра со смертью только начиналась…

0

5

Глава 7. Северус. Сверхсекретные архивы Денбриджа.
Время с момента побега Пожирателей из Азкабана для меня ознаменовались тем, что пришлось врать большему количеству народа. Но пока я справлялся вполне успешно, Беллатриса мне верила, а это было главным на тот момент в моей деятельности. Дома, точнее в школе, у меня впервые за долгие годы появилось то, к чему хотелось вернуться. Конечно, не считая Кэтрин, но ведь ее в тот период не было рядом. Вернуться хотелось к Милли, я по-настоящему привязался к этой немного забавной и такой доброй ифарито. Разговаривать с ней было сплошным удовольствием – характер Милли оказался очень противоположным моему. Она любила магию и зелья, как  и ее Хозяин, то есть я. Но  - чего мне не хватало  - умела видеть позитивную сторону в любой ситуации, выслушивать, еще при этом была страшной болтушкой и отличалась огромной любовью к людям.
Да и студенты – удержать Милли в комнате было невозможно и к концу февраля о ней знал весь Хогвартс, - ее обожали. Но каждый вечер около шести Милли неизменно звала меня под дверью  - прося ее открыть. И больше уже до утра не уходила. Если меня не было – по причине встречи с Беллой или собрания Ордена  - Милли все это время пережидала у Минервы – по моей просьбе, хотя о встречах с Беллой я молчал. Ссылался на занятость заказами…
Кэтрин мы навещали за это время дважды – сначала рассказали про побег Пожирателей, потом – уже спустя месяц – она сама нас вызвала обсудить то, что услышала в библиотеке. По ее словам ситуация действительно для нее оказалась судьбоносной. Разговор касался ее – знакомый голос и незнакомый голос обсуждали планы по ликвидации Валькирии Реддл, или Принцессы Диадемы. Причем помимо Кэтти убиению подлежали все валькирии мира. А власть должны были получить «Хранители». Речь шла о власти над временем.
- Мы управляем временем, но делать это нужно крайне осторожно, - со вздохом рассказывала тогда Кэтти. – Если хотя бы что-то будет не по строгим правилам игр со временем, то это грозит обернуться падением всех основ мироздания. Быть валькирией – самая большая ответственность для волшебницы. Я даже подумать боюсь, что они могут натворить, если победят…Так что валькирии просто обязаны одержать победу.
Итак, с того разговора прошло почти два месяца, Кэтти смогла узнать, что один из участников разговора был кто-то из Матеев, но вот кто – девушка так и не сумела понять. Голоса у них были слишком похожи. А потому прекратила общение с обоими, точнее прекратила с ними близкое общение. Исключительно как с одногруппниками. А в тот день нас забрали с Собрания Ордена. Нас – это Тома, меня и Римуса. По просьбе магистра Щербака и Кэтрин, Дамблдор слегка неохотно нас все же отпустил. Трансгрессия в Денбридж прошла в полном молчании.
- Мы сейчас пройдем в секретные архивы университета, - начал Щербак, когда мы оказались в его кабинете. Как близкие родственники Кэтрин, вы имеете право узнать то, что мы там обнаружили. Разрешение от ректора уже получено. Мисс Реддл, мантию стоит надеть, в сверхсекретный архив нас и так пускают скрипя зубами, - с улыбкой заметил он. Кэтрин молча подобрала лежавшую на стуле мантию университета и набросила ее. На левой стороне  груди красовалась нашивка с эмблемой университета…
Четыре сектора с элементами – огонь, вода, воздух и земля. А в середине… миниатюрное изображение маховика времени. Еще одна нашивка гласила «Кэтрин Реддл, 3 курс, КТИиСЗоН, УВМ Денбридж».
- Вижу что вас заинтересовала эмблема? – с мягкой улыбкой осведомился заведующий кафедрой. Мы почти синхронно кивнули. Заинтересовал лично меня маховик времени – а в том что это он, я не сомневался. – Единство четырех стихий как пятый элемент – вечность. Умеющий управлять временем у нас на особенном счету.
- А что значит УВМ? – поднял глаза от нашивок Том. – Университет Высшей Магии?
- Правильно, пап. А длинное сокращение  - это название кафедры. Мы все такие носим, - гордо улыбнулась Кэтти. Студент Денбриджа – это звучит гордо. А особенно когда тебя пускают в сверхсекретный архив.
- Ладно, не время обсуждать форму! – прервал нас магистр магии. – Нужно идти, потому что кое-кого еще ждут ролевые игры вечером, - он подмигнул Кэтрин, та улыбнулась. – Будешь в этот раз кстати волшебницей, а не магглой, все честно!
- А мне больше нравится быть «поисковиком», - заметила Кэтти. – Искать скрывающихся преступников и темных магов интереснее, чем их играть! И тем более это моя будущая профессия…
- Но поисковиком ты была трижды подряд, Кэтти, так нельзя! – отозвался завкафедрой. Между тем мы миновали уже несколько лестничных пролетов. Щербак обитал на пятнадцатом этаже башни здания кафедры, и лифта там не было – ходить приходилось пешком… Поэтому к концу спуска мы порядком подустали, а вот наши денбриджцы, напротив, были веселы и вполне активны. Пройдя по двору, усаженному молодыми кедрами и дубами, мы подошли к маленькому неприметному зданию. Оно напоминало внешне заброшенный склад, никаких табличек. Но тем не менее Щербак решительно направился к нему, коснулся двери рукой и прошептал что-то неразборчивое. На двери всплыли слова «Сверхсекретный архив УВМ Денбридж». И проявилось несколько разных приборов для определения  личности, видимо. Щербак приложил к одному из них палец, набрал номер на цифровой панели и наконец заговорил в миниатюрный рупор. На латыни. Перечислил нас, что-то сказал. Дверь отворилась и мы оказались в узком коридорчике, освещенном только лишь одним факелом. Коридорчик был довольно длинным, с темными стенами и полом, и закончился металлической дверью. После повторения процедуры разговора Щербака на латыни дверь открылась. И мы вышли в приемную – мебель из красного дерева, ни одного окна и только свет маленьких костерков в баночках и фонаря под потолком. У одной из стен стоял большой стол, сидевший за ним абсолютно седой маленький старичок – он по размерам едва ли превосходил профессора Флитвика, поднял голову.
- Магистр, меня предупреждали о вашем визите и я сказал охране пустить пятерых. Проблем не возникло?
- Нет, господин Архивариус, нас пропустили без лишних  проблем, так что все в порядке. Но нам нужно попасть в пятую секцию, и сказали, что пропуск дадите только Вы. – Почтительно ответил магистр.
- Да, я уже приготовил ваш пропуск, покажете его охране на начале спуска, и вас проводят к пятой секции. И да, возникнет к вам один вопрос. У вас, особенно у мисс Реддл, есть на него ответ. Выписывать пропуск тому, у кого он и так давно уже есть, я читаю бессмысленным! – улыбнулся хозяин архива. – Итак, вас проводят к секции, а мне нужно работать. И осторожнее с книгами и свитками…
- Да господин Архивариус, мы уже знаем, как ценны экспонаты Пятой секции! – склонила голову Кэтрин. – И очень ценим Ваше доверие!
Мы прошли сквозь большую двустворчатую дверь, спустились к маленькой арке, за которой начинался почти гладкий крутой спуск в глубину темного туннеля. Арка была затянута полупрозрачной эфирной материей и от того, что крылось за ней, потянуло сильным холодом. Дорогу нам преградили два довольно высоких человека, облаченных во все черное. Лица их скрывало некое подобие масок ниндзя, так, что видны были лишь глаза. В руках – волшебные палочки, на шее каждого – кулон в виде сосульки с голубоватой жидкостью под прозрачным стеклом. Взгляд их не выражал ничего доброго – просто строгий и напряженный взгляд охраны, знающей свой долг. Судя по фасону кожаных курток и обуви это были парн, хотя точно сказать было затруднительно.
- Куда и зачем? – приятным бархатным баритоном осведомилась левая тень.
- Пропуск есть? – резковато спросил правый парень, чуть постарше, судя по голосу.
- Пропуск от господина Архивариуса в Пятую секцию, - коротко и довольно напряженно ответил Щербак, подавая бумагу с какой-то надписью на мне не знакомом языке. Я предположил, что на румынском. Охрана внимательно изучила пропуск, оглядела нас, и парень с более приятным голосом спросил:
- Неувязочка. Вас пятеро, ведь так? А пропуск только на четверых. На девушку пропуска нет. Ей придется остаться здесь! – Кэтрин растерянно оглянулась, прикусила губку – размышляя видимо что ей в этой ситуации делать.
- Но мне туда очень нужно попасть! – пробормотала она.
- Пропуска на Вас нет, - отрезал охранник с резким голосом.
- У меня есть пропуск и он у меня давно уже есть, - внезапно весело отозвалась Кэтрин. На непонимающие взгляды охраны она аккуратно достала из-под воротника маленький золотистый шнурочек с маховиком времени. – Вот мой пропуск! – победно улыбнулась она.
- Просим прощения, мисс. Мы не знали о Вашем даре, – голос охранника зазвучал гораздо почтительнее. – Тогда все складывается и мы проводим вас всех в нужную секцию, но там вы должны соблюдать все правила хранения содержимого. Даже нам отказано в доступе в Пятую секцию, если только нет угрозы тому, что там находится!
- Мы уже предупреждены, - ответил Щербак и мы начали спуск. Он чем-то напоминал спуск в Гринготсе, но только тут спускались стоя на ногах, ехала сама лента. И к концу спуска нас троих – гостей университета – слегка укачало. Большая скорость, мелькание каких-то лампочек вокруг… Когда лента остановилась, охрана подала наши пропуска двум своим коллегам, указали на Кэтрин, что-то заметили и лента, с которой мы сошли на твердый и неподвижный пол, уехала обратно наверх с двумя нас сопровождавшими охранниками.
- Проходите! – открылась последняя дверь и мы, наконец, оказались в архиве. Где приступили к делу – магистр взял нужную книгу с одной из полок,  пролистал и подозвал нас.
- Итак, Хранители. Это древний орден волшебников и ифритов, основанный в 1045 году до нашей эры. Они призваны были изначально оберегать законы мира волшебства и помогать Валькириям. Как и ифриты, не ставшие Хранителями. Но потом они откололись, и вроде бы орден их прекратил существование. Однако смотрите, - он показал иллюстрацию, на которой было нечто вроде дементора, только с человеческой головой. Скорее  даже черепом. Внешне это напомнило вид Томаса в альтернативной реальности, которую мы видели на Рождество. – Вот это типичный Хранитель, какими они были еще столетие назад. Плащ, капюшон и лица их мало кто видел. Да по сути их вообще немногие видели. Орден тайный и крайне могущественный, есть неоспоримые доказательства их существования, например их книги. У Хранителей даже своя особая религия, кстати говоря! В этой и еще нескольких книгах собрано все, что о них известно. Это кодекс первых членов Ордена, когда они еще стояли на пути добра. Переписанный их исследователями. Но в общих чертах… - начал он. Рассказ был довольно долгим, Кэтти слушала крайне внимательно, сжав мою руку. По словам магистра выходило, что сейчас Хранители вполне могут начать захват власти над временем и магией. Потому как узнали личность принцессы Диадемы Власти. Я-то уже знал, что это Кэтти, и Том знал. А вот Люпин от шока побледнел и не мог произнести ни слова. Для самой же Кэтрин это уже не было шоком, она уже знала все после предыдущего визита сюда.
- Как они узнали, тоже объяснимо, - вздохнул магистр. – Кэтрин близко дружила с братьями Матей, они имели доступ к архивам, у их семьи столетия хранилась Диадема – ее отдала их предку сама Анна Экала. Даже я им верил не один год.
- Кто-то из них не желает мне зла, - тихо заметила Кэтти. – Он просто не знает о планах брата, если я все правильно слышала! Я думаю, что Хранитель – Влад. Он всегда был молчалив и мрачен… - на глазах девушки показались слезы. – Неужели у меня почти не может быть друзей? – прошептала она. – Кроме Анжи я теперь ни с кем почти не общаюсь. Ну еще с магистром, - она слабо улыбнулась.
- Мы и втроем  неплохо смогли найти эту информацию, и неплохо работаем вместе. Да и, думаю, один друг – Анжелика – у тебя все же есть.
- Да, один друг у меня есть, - улыбнулась Кэтти. – Так вот, вам нужно было узнать, что на меня скажем так могут начать охоту из-за моих способностей. Я предельно осторожна, но я боюсь… - посерьезнела она. – Сегодня вечером у нас начинаются ролевые игры, когда среди «магглов» нужно найти пятерых «темных магов» команде поисковиков. На таких играх допустимы многие методы – кроме причинения реального вреда здоровью – нельзя серьезно проклясть, пытать и убивать. Но легкий вред, или похищение – можно. Я играю «Темного мага», отказаться нельзя. И…
- И все будет хорошо, Кэтрин, - отозвался Стефан. – Я лично возглавляю наблюдателей и буду пристально за тобой следить. Никто не знает, кого именно ты будешь играть, приняты все меры секретности.
- Ради меня?
- Да, ради тебя. Мы дорожим безопасностью своих студентов, -  магистр убирал книгу обратно. Как вдруг слегка сильно надавил на стеллаж и тот начал падать, книги полетели на пол. – О нет… Архивариус нас убьет…
- Анкаратэ Хронум! – раздался кристально чистый голос Кэтти. Стеллаж остановился, книги зависли в воздухе, стрелки часов замерли. Остановилось само время.
- Магистр, мне нельзя здесь колдовать, но Вы можете поставить все на место, - выдохнула Кэтрин. – А вот мне еще предстоит поговорить с швейцарской валькирией о том, почему я в ее стране остановила время. – Хмыкнула она. Щербак взмахом палочки привел все в порядок и мы покинули архив.
- Я думаю, что на следующий год мы добьемся для Кэтти разрешения на ежедневную трансгрессию, чтобы не подвергать ее опасности лишний раз. А пока ее будут немного охранять. Хранители едва ли сразу решат ее убить, она ведь единственная, кому будет подвластна Диадема. Но так скоро, как они поймут, что после ее гибели Диадема будет слушать ее убийцу, конец будет ужасен. Для Кэтрин, - серьезно заметил Щербак. Мы покинули Архив, нас осмотрели на наличие украденных свитков или книг – правда не ощупывая, магически.
- Кэтти, милая, - уже на выходе из здания спросил я. Кэтрин подняла на меня глаза, чуть улыбнулась уголками губ.  – Что тебе может быть за управление временем в чужой стране?
- Да ничего, просто выговор сделают, я спасала бесценные экземпляры! – она улыбнулась уже шире. – Не волнуйся. Лучше скажи, как у вас там в Хогварсте все? Амбридж все так же свирепствует?
- Да, все хуже и хуже, ее Декреты запретили все, что только можно. Одна надежда – что она не задержится на второй год.
- За время моей учебы у нас было семь преподавателей ЗОТИ, - засмеялась Кэтрин, - я надеюсь, что она не нарушит эту священную традицию. – Знаешь, я так тоскую по школе. Там я не сидела на паре с мыслью о том, не хочет ли сосед по парте меня заставить творить зло. И там все было куда проще. Но жизнь должна продолжаться. И мы победим, мы должны победить, - твердо заметила любимая. – Я так скучаю по всем, и прежде всего по тебе…
- Но я пишу тебе и пишу часто, - это было так. Письма приходили каждую неделю от нее мне и от меня – ей.
- Глупый, мне нужны не письма, а ты сам! Мне не хватает тебя, того, как все было в школе… - Кэтти прижалась ко мне, остальные тактично отвернулись. – Когда война кончится, я никогда и никуда тебя не пущу!
- А я тебя… но учеба – она нам нужна. Так что учись, я не хочу жену – недоучку, - прижав любимую девушку к себе, я вздохнул. То, что война кончится в нашу пользу, у нее не вызывало сомнений. Но я слишком хорошо понимал, как все может сложиться. И хотел верить, что будет лучше, чем я боюсь. Что мы оба доживем до победы наших друзей и нас.
- Твоя жена будет выпускницей Денбриджа, если это буду я, - улыбнулась Кэтти. После недолгого свидания мы снова расстались, но уже на как оказалось более короткое время. Трансгрессия в Хогсмид, Том и Римус отбыли в дом на площади Гриммо, а я вернулся в Хогвартс, где меня ждало второе самое близкое создание на Земле… Милли… Перебирая пальцами шерстку без умолку болтавшей о прошедшем дне кошки я вдруг четко осознал, что как и Кэтти верю в нашу победу… Да, ситуация для нее – и для меня – не из лучших. Но выход есть всегда. И мы сумеем его найти… в тот момент – за два года до конца войны – я все же в это поверил…
Глава 8. Часть 1. Северус. "временное помешательство"
Наша следующая встреча с Кэтрин состоялась очень довольно скоро. Я бы даже сказал, слишком скоро, всего две недели спустя. Но вот обстоятельства ее были отнюдь не радостны…
В то утро у меня был урок с курсом Гарри. Начинался он как обычно, спокойно и ничего не предвещало беды и неприятностей. Но минут пятнадцать прошло после звонка и в класс без стука влетели мракоборцы Министерства. Прошли к парте Поттера и остановились. Класс мгновенно затих, Грейнджер с тревогой оглянулась на дверь, Поттер поднял глаза на гостей.
- Профессор, нам нужно забрать мистера Поттера, мисс Грейнджер и мистера Уизли,  - обратился один из волшебников ко мне. – Заместитель министра сказал, что Вы не будете против…
- А что… - начал Гарри, но его тут же прервали мракоборцы.
- Это касается Вашей сестры, мистер Реддл просил Вас прибыть домой. Это важно для вас обоих… - пояснил тот же вошебник, что обратился ко мне. Видимо, главный в отряде.
- Кэтрин?! Как она? Что случилось?! – Поттер вскочил на ноги, оглянувшись на меня. – Она  жива? – мне хотелось задать те же самые вопросы, но Гарри опередил меня. И где-то в подсознании я всегда помнил о том, что нельзя… никто не знает о наших чувствах здесь, кроме Грейнджер. Поэтому мои вопросы звучали бы странно.
- Она жива и физически в порядке. Вы сами все увидите, мистер Поттер. И Вас, профессор, господин заместитель тоже просил быть, чуть позже. И директора Дамблдора. Мистер Поттер, Вы готовы? – Гарри уже побросал все в сумку, и полными тревоги глазами смотрел то на меня, то на Грейнджер, то на мракоборцев. Его друзья последовали его примеру, и вскоре вся группа исчезла. Начался шепоток, особенно среди оставшихся гриффиндорцев. Усмирив «детишек» снятием баллов, своих тоже, я продолжил урок…но мысли теперь были далеко отсюда, в Литтл-Хейминге. Жива…физически все в порядке… но Гарри забрали с урока, значит не все так хорошо…
С трудом дождавшись конца рабочего дня, я отправился к Дамблдору – трансгрессировать вместе. Как оказалось, он уже все знал, и ждал меня, потому долго ждать не пришлось.
- Интересно что же случилось, Том прислал мне сову, но ничего не объяснил. Пишет, что Кэтти не в порядке, но цела. Как это понимать…не знаю, - растерянно пробормотал Альбус по пути к школьным воротам. Разумеется, меня это нисколько не успокоило. Но вскоре мы уже были на пустыре около дома Реддлов. Дверь самого дома была открыта, и внутри было полно людей. Артур и Молли Уизли с Роном стояли у кухонной двери, Блек с Люпином, обложившись кучей книг, устроились в гостиной, им помогала Тонкс. По двору и дому бродили с десяток мракоборцев, в маленькой гостиной, куда нас тут же провел Том, сидели Щербак, Бутти и еще какой-то мужчина, видимо, тоже профессор из Денбриджа. Меня не удивило, что все денбриджцы и сам Том одеты были в черное. Но траурная лента в волосах Бутти и слезы на ее обычно злых глазах были едва ли хорошим признаком…
- Такой хороший мальчик был… и Кэтти… я конечно ее особо не люблю, но так… - по щеке женщины стекла слеза. – Это ужасно!
- Тише, Эли, тише. Мы положим девочку в клинику, если будет нужно.  – тихо заметил Том. Мы с Альбусом переглянулись. Кто-то умер, это ясно… но кто и при чем тут Кэтти?
- Не стоит. Не забывайте, убить пытались не Райли, убить пытались Кэтрин. Я думаю это просто последствия шока, даже суток еще не прошло… по крайней мере она узнала крестного и брата, это уже радует… - ответил Щербак.
- Да, а особенно радует то, что она звала брата погулять с Райли! – хмыкнула Бутти. – Вы понимаете, что несете?! Вы понимаете, что она пережила? Да когда умер парень Вашей единственной дочери, Вас волновал покой кафедры! Вы бездушное бревно! Даже я не так бездушна как ты! Погулять с Райли, которого мы будем хоронить завтра или послезавтра! Райли, который на ее глазах уснул навеки! – голос колдуньи повысился – Ты и сегодня, ты и вчера думал о кафедре. О том, что будут разбираться. А это жизнь… еще вчера утром он носился по аллее с кучей идей, как и всегда. А сейчас его нет!
- А в чем, простите, дело? – наконец удалось нам влезть. Бутти замолчала, окинув Щербака  злобным взглядом. Тот понуро вздохнул и начал объяснять:
- Вчера вечером, в шесть часов, погиб наш студент, одногруппник Кэтрин, Райли Ивз. На многопрофильном тренинге. Он умер на глазах двух свидетелей. Одну вы видите… а вторая сидит наверху и ведет себя странным образом…
- На Райли упали балки перекрытия – пояснил до того момента молчавший мужчина низким хриплым голосом. – Сами они рухнуть не могли, их надо было обрушить… но факт то, что Райли погиб на месте, он прожил буквально минут пять… А для Кэтрин это удар еще и потому, что она пыталась ему помочь до последнего момента. Песня Валькирии, заклинания…И балки падали на нее, Райли заметил и оттолкнул. А его… это ужасно, в общем…Ужасное зрелище.
- Кэтти…я боюсь за нее, - прошептал Том. – Она сначала рыдала, как говорят профессора, весь вечер. То рыдала, то смеялась. То и то и другое сразу… Ночью разговаривала с Райли… а утром ее привели домой, университет пока закрыт, будет разбирательство почему такое случилось… Она никого не узнает, кроме Римуса и Гарри…в общем, смотрите сами, она у себя…
- Хорошо… - это меня уже совершенно не обрадовало, но когда мы зашли к ней, стало еще хуже… Кэтти, в компании озадаченных Гермионы и Гарри, сидела на кровати, распевая гимн Британии. И с помощью палочки управляла танцами своей «Молнии»…
- А на следующие каникулы я поеду к Райли в гости, во Францию. А с собой возьму Сириуса, а тебя, Гарри, не возьму!
- Ты Сириуса вспомнила? – с надеждой спросил Поттер, посмотрев на нас и покачав  головой.
- Конечно, братик! Вот же он! – секунду спустя Кэтти уже обнимала Альбуса – Сириус, как ты постарел… тебе нужно срочно покрасить бороду! А лучше ее сбрить…  и вообще что ты с собой сделал?!
- Кэтти, я не Сириус, я профессор Дамблдор, - вздохнул Альбус.
- Да ладно, Сир, у тебя всегда были странные шутки. А Лунатик говорит ты и в образе собаки чудишь…
- Кэтти! – взмолилась Грейнджер – я тебя ооочень прошу, посиди спокойно немножко.
- А я не хочу спокойно. А я хочу прыгать, скакать…я может вам вообще сейчас балет станцую… ой… - ее взгляд упал на меня. – Северус!
- Узнала, она узнала! – Гарри от радости едва ли не подпрыгнул. Я же напрягся. Гарри не знает и знать ему не следует…
- Северус, какая радость, я соскучилась….мы уже миллион лет не виделись и мне моих дополнительных уроков не хватает, это было интересно! – я почувствовал облегчение. И… если бы она действительно не отвечала за свои поступки, как мне показалось вначале, стала ли бы она скрывать… тут единственный кто не знает ничего – Гарри. И об уроках речь идти не могла, ибо их никогда не было на самом деле… Кэтрин тем временем поймала Пушистика, начиная его тискать и мучить…Дамблдор пару минут наблюдал эту сцену и увел Гарри вниз, якобы что-то обсудить. Едва за ними закрылась дверь, как Пушистик лежал на кровати и Кэтрин совершенно адекватно на нас с Грейнджер посмотрела.
- Герми, не переживай, я вполне отвечаю за то, что делаю, - слабо улыбнулась она. - Ночью мне конечно было тяжело, но… мне помогли выбраться из этого состояния…подумать только кто помог! – вздохнула она. – Элеонора Бутти…
- Она тоже все видела там… - заметила Гермиона.
- Она уже пережила подобное, даже хуже… на ролевых играх погиб ее жених… - мне вспомнились слова: «Вы понимаете, что она пережила? Да когда умер парень Вашей единственной дочери, Вас волновал покой кафедры!»… интересное однако совпадение…
- Да у Вас там какой-то завод убиения! – покачала головой Грейнджер – Райли жалко… он был добрый…
- Герми! Мне думаешь легко устраивать этот цирк? Прошу тебя, хотя бы ты не добивай…А иначе нельзя, меня там пытались убить. Я этот цирк с утра закатила перед всей группой, пусть убийца обрадуется что вывел меня из строя… - я сел рядом с ней, обнимая девушку…Кэтти уткнулась мне в плечо и закрыла глаза… - я себя такой злой чувствую. Райли умер, а я устраиваю такую ерунду…он меня спас, а я…знаете, это было так ужасно! Видеть эти падающие балки! И знать, что Райли останется под ними, а там каждая весом как сам Райли… маленькие и тяжелые…я ничего не смогла сделать… - Кэтти вздрагивала от слез, прижавшись ко мне. Гермиона встала у двери, слушая звуки на лестнице и в коридоре… и теперь я делаю вид, что сошла с ума, перед всеми… потому что откуда я знаю, кто это сделал. Может сам Щербак даже, он один из первых прибежал…
- А Элеонора?
- Она была с нами, со мной и Райли. И у нее с собой даже палочки не было… она как ни странно, выпала из списка злодеев.
- Ааа…почему нам ты показала, что ты нормальная? – я посмотрел ей в глаза, поскольку она подняла голову.
- Ты лучший легилимент, которого я знаю…а с Герми я поработала и ее мысли об этом никто не увидит. Пусть пока думают, что я не в себе…хотя тебе-то я дала подсказку.
- Когда не сказала кто я тебе? – улыбнулся я. Кэтрин без тени улыбки кивнула.
- Спасибо что ты здесь, мне это важно…
- Вообще-то… - неуверенно пробормотал я. Я бы пришел и если бы не звали… как только узнал бы... но нас все же позвали.
- Я знаю, но все же ты рядом, когда ты мне так нужен… спасибо! И тебе, Герми… - когда вернулся Гарри и ним Том, Кэтти снова начала скакать по комнате, на этот раз размахивая постером с какой-то командой по квиддичу.
- А когда я вырасту, мы слетаем на Луну!  С ними… правда, Гарри?
- Да, конечно, - согласился Поттер… весь вечер дальше шел в таком духе. Когда никого не было, Кэтти давала волю слезам, едва кто-то заходил, то в один миг она начинала петь, говорить глупости… обниматься с малознакомыми людьми. К вечеру гостей стало меньше, Люпин и Тонкс все еще искали что-то в материалах по психологии… Министерские покинули дом, Уизли тоже, Молли несколько раз пыталась заговорить с Кэтрин, но бесполезно. Поскольку то была пятница, утром не надо было быть в школе. Альбус ушел, но я остался ночевать – якобы помогая Тому возвращать Кэтти к реальности. Когда дом, полный гостей из Универститета – ушел только тот незнакомый профессор, зато прибавилась Анжелика Блаттон, и из школы, затих, я прошел к Кэтти. Девушка лежала уже в постели, но не спала. На глаза ее наворачивались слезы, в руке была колдография с Райли…
- Прости, друг…я тебя всегда буду помнить каким ты был… но так нужно, и ты бы меня понял… - прошептала она.  – Я так виновата…
- Не вини себя, ты не более виновата, чем в случае с Лили и остальными. Так вышло, но не ты тому виной… думаю, Райли сейчас тобой гордится… - я обнял девушку, которая села, когда я подошел к кровати. Кэтрин прижалась ко мне…
- Знаешь как у Элеоноры все вышло? Не так, как у нас с Райли… он ее оттолкнул от смертельного проклятья и его за это пытали и потом убили чем-то вроде твоей Сектумсемпры… Она пыталась помочь, но не вышло…И тогда она отказалась работать мракоборцем, когда узнал, что его мог спасти какой-то отвар. Она стала заниматься зельями…
- А ты откуда знаешь?
- Омут Памяти…она мне показала. Она в молодости была милой и не злой…Ей тогда было очень тяжело…И никто не помог это пережить… только ее мать, она тогда еще была жива… А Щербак меня шокировал. Он знаешь… он сказал, что сейчас важно что будет с кафедрой. Потому что будут разбираться кто виноват. Нас пока распустили по домам, скоро похороны и еще неделю мы по домам… а у него из-за это смерти «куча мороки» и надо отстоять свое дело… надо, конечно…но речь все же была о живом парне! – мне вспомнилась Бутти…чем-то похожие реакции и слова… странно… - а потом он умер и мы говорим об этом так спокойно…я думала Щербак человечнее, - покачала головой Кэтти. – Сев, пойдешь со мной на похороны Райли? Его мама сказала что я могу быть… хочу попрощаться… а одна не смогу пойти…
- Конечно, зайка…я все понимаю. Я пойду с тобой, но сейчас тебе нужно отдохнуть… поспать…и не думай ни о чем… - она легла…а я еще несколько часов сидел рядом, готовясь к тому, чтобы успокоить, если ей начнут сниться кошмары… но нет, прошло несколько часов, меня стало клонить в сон и я отправился спать… а наутро меня ждала Кэтти…вся в черном. Как оказалось, похороны Райли были в обед в субботу. Отказываться я не хотел, Том отпустил ее со взрослым магом под присмотром. И мы трансгрессировали в Денбридж, где хоронили мальчика… На Кэтрин начали шикать и винить ее…хотя в чем тут была виновата она? Никто даже из шикавших не знал…А Кэтти на них и внимания не обратила. Ненормальная…и она должна была быть такой до конца своей идеи…
http://i682.photobucket.com/albums/vv188/nirene/MEN/Nick%20Carter/NEWALBUM1.jpg
ммм....как бы покойный Райли Ивз
http://hilary.ucoz.ru/_fr/0/04383507.jpg
Кэтрин
http://www.medikforum.ru/news/uploads/stars/anastasiya_sivaeva/medium_eb14bb0cd2f60f3807364950ef63c200.jpeg
Анжелика)
Глава 8. "День, когда ее "не стало".
Ранее утро. Девушка с густой копной каштановых волос меряет шагами маленькую комнатку в огромном доме. Она одета в черные джинсы, черный свитер и  в волосах черная траурная лента. Но в глазах нет слез, уже недели две как она успокоилась совсем. Думаю, вы уже могли догадаться, что речь идет о Кэтрин Реддл. С момента похорон Райли Ивза прошел месяц. Первую неделю она постоянно плакала, вспоминая о нем. Бывший рядом Северус старательно поддерживал девушку, и в день похорон он был с ней. И потом… Она повела себя странно еще несколько дней после той субботы. И якобы пришла в норму. Постепенно она успокаивалась и вот сейчас никто не сказал бы, глядя на нее, что она всего лишь около 30 дней назад едва не завыла, когда в землю опустили небольшой деревянный ящик. Но теперь уже она вела себя как обычная волшебница. От природы сильная, Кэтрин справилась со своим горем довольно быстро… Нет, она тосковала и грустила, но уже без слез и истерик.
Уже через неделю валькирия научилась не думать о Райли. Занятия остановили сначала на две недели, потом вроде бы кафедра ее института ожила. Но всего несколько дней и снова закрытие. На этот раз до середины лета. Для выяснения причин смерти Райли Ивза. Экзамены сдать тоже было нельзя, и студенты любого курса не заканчивали его. Сдать можно было тем, кто на момент закрытия уже начал, и хотя бы один экзамен сдал. И вот теперь она была дома, со всеми вещами, уже неделю. Это был май, учиться ей пока было негде, и Кэтти помогала отцу в Министерстве.
Но в тот день она получила плохую новость. Денбридж и осенью не открывал кафедру, учеников устраивал в другие школы и академии. Кэтрин не собиралась отправляться неведомо куда, чтобы повторять уже два раза пройденный материал по части дисциплин. И вот теперь девушка размышляла  о том, куда ей пойти на этот год. Да. На учебу она теперь вернется следующей осенью. На последний курс. Уже полдня мысли ее снова и снова возвращались к департаменту мракоборцев, но отец категорически был против этого.
- Нет и нет! – на очередное «ну пап» ответил Томас, сидевший на краю кровати девушки – нет! Никаких мракоборцев, пока не окончишь университет!
- Том, но Кэтрин способная, дай ей шанс! – воззвал до того молчавший Северус, присевший на один из стульев. – Не сидеть же ей в самом деле дома…
- Вот! Вот и Сев со мной согласен, – девушка благодарно улыбнулась мужчине. – Ну пап!
- Нет! Хотя… может, будешь охранять школу? – улыбнулся заместитель министра – и помогать мне? Как тебе такой вариант? – девушка вместо ответа порывисто обняла отца, расцеловала в щеки
- Он прекрасен! Я больше буду в Хогвартсе, чаще. С Гарри и Северусом… - она наконец остановилась, положив ладошку на плечо более молодого мужчины и по совместительству ее жениха.
- Договорились, - кивнул Томас. И в этот самый момент девушка схватилась за правое запястье. Оба мужчины удивленно подняли на нее глаза. Та потирала руку, испуганно глядя на серебряный браслет на запястье.
- Обжигает. Гарри! – ни слова не добавив, она метнулась в другую комнату и вскоре раздался чистый голосок. Он произнес «Министерство Магии. Атриум». Том и Северус переглянулись, не понимая в чем дело. Дошло до них почти одновременно минуту спустя. Что-то угрожало Гарри Поттеру, сработал браслет и она помчалась спасать брата. Томас поспешил следом за ней в Министерство, Северус, не имевший возможности отправиться с ним – нельзя ведь выступать против Беллы, а что еще могло грозить Поттеру? – остался ждать их или новостей от них. Тогда-то и случилась его перепалка с жившим у Реддлов Сириусом Блеком.
Оба разнервничались и Сириус ушел в Министерство доказать всем, что он не трус. Именно это он вывел из сарказма Снейпа. Что тот издевался над его трусостью. Вина за эту ссору лежала на обоих. И после того, что случилось менее чем часом позже, винили себя оба. Да и не только они… Но…для начала вернемся на пару часов назад и посмотрим, зачем Гарри отправился в Министерство.

POV Гермиона.
Гарри объявил, что намерен отправиться в Министерство спасать Сириуса. Вообще его видения – сны и прочее – начались еще с осени. Он видел планы и действия Беллатрисы. Об этом постепенно рассказано было почти всем, пару раз у нас возникали подозрения что и Белла замечает эту связь. И вот теперь он видел Сириуса, в опасности. И твердо вознамерился его спасти. Разумеется, я не могла позволить себе отпустить его одного, без нас с Роном… Хотя я в глубине души сомневалась что он в этот раз видел правду.
Побег от Амбридж дался нам нелегко, нам – это мне, Джинни и Рону, Невиллу, Полумне и Гарри. Но в итоге Долорес Амбридж осталась с кентаврами – нарвавшись на большие неприятности, а впрочем так и надо. А нас Гарри подвел куда-то к пустому месту и сказал, что мы летим на фестралах… Которых почти все мы даже не видели. Со смертями сталкивались доселе только Гарри и Луна. «Если бы с нами была Кэтрин, она бы видела…» - подумала я. И тут же отогнала саму такую мысль. Она бы видела, да… но ничего хорошего в этом нет. Хотя я не сомневалась, что она придет помочь Гарри… в тот момент  еще пыталась  я его отговорить, но он не слушал. Я не настояла, о чем потом очень сильно жалела.
Малфой в замке попытался нам помешать убежать, но не смог, что было очень хорошо.
Итак, избавившись от профессора Амбридж, мы добрались до Министерства. Сначала все шло весьма неплохо, мы попали в Отдел Тайн. И вот там-то все и началось…
Гарри взял Пророчество, как выяснилось, оно было о нем и его родителях. И оказалось, что нас уже ждали.
- Великолепно, Поттер! А теперь отдай его мне! – раздался голос Люциуса Малфоя. Тот показался откуда-то среди рядов полок в хранилище, где мы были, и подошел к нам. Он был не один, в компании Долохова, Сивого и еще нескольких Пожирателей, но те были в масках.
- Отдать его? Зачем? – Гарри сильнее стиснул шарик, я приготовила палочку. Конечно, мне было немного страшно – шестеро подростков 14-15 лет, и взрослые темные маги. Но я знала, что с Гарри я буду до конца. И не оставлю друга, что бы ни случилось.
- Просто отдай его, мальчик… - улыбнулся Долохов. Гарри помотал головой.
- В обмен на Сириуса… - казалось, эти слова застигли врагов врасплох. И я окончательно уверилась, что Сириуса там нет и не было…Гарри это тоже понял пару минут спустя, но было слишком поздно.
- Ах да, Блек… - кивнул Малфой. – Да, ты отдашь мне шарик и всем будет хорошо…Ты получишь Сириуса, Белла пророчество. Сириус не пострадает… ну же, Гарри! – уговаривал Малфой. Но…отказ за отказом и Пожиратели сорвались. Отчаянно отбиваясь, мы пытались убежать из отдела Тайн, но вместо этого попали в помещение, очень похожее на амфитеатр. В центре была огромная Арка с письменами на древнем языке и занавесами. Малфой и остальные загнали нас вниз, когда откуда-то сверху послышался чистый женский голос:
- Какая милейшая сцена! Взрослые мужчины затеснили детей-школьников. Вы невероятно сильные волшебники! – с долей иронии произнес он. Кэтрин! Я знала, что она придет… и надеялась, что она пришла не одна...
- Реддл, - хищно оскалился Долохов – Рад встрече!
- Не могу ответить тем же! – секунду спустя она стояла среди нас. – Потому что не рада… Оставьте их в покое, Малфой! Это просто школьники. Не все, но большинство из них никакой угрозы не несут. И какая лакомая конфетка я и Гарри!
- Да мне и нужно лишь пророчество! – прорычал Малфой. Но новый отказ и снова схватка. Уже более жаркая.
- Малфой, отпусти ребят! Белла и за меня одну скажет тебе спасибо! Дай им уйти! – выкрикнула Кэтрин. Пожиратели замерли, Малфой выступил вперед.
- Пророчество и вы все свободны, даже Поттер.
- Ты действительно думаешь, что уйдешь с пророчеством? Люциус, по-твоему я так наивна, что пришла сюда одна? – усмехнулась Кэтрин, направляя палочку на Долохова. – С минуты на минуту здесь будет Орден Феникса. Вам не уйти…
- Да неужели! Мы попробуем…Гарри, отдай мне пророчество! – Малфой протянул руку. Почти тут же случилось неожиданное. Рон и Невилл оказались под прицелом Пожирателей в масках, Джинни стиснул Долохов, сам Малфой направил палочку на Гарри. А мое плечо стальной хваткой сжала лапа Сивого. Желтые кривые ногти… Мерзкий вид.
- Гарри, это просто… отдай шарик и твои друзья будут жить! – усмехнулся Долохов. Гарри оглядел нас всех, остановился взглядом на Кэтти. Та указала глазами куда-то в вырез своей кофты. Маховик, точно… и едва заметно кивнула.
- Да… Бери… - Гарри подошел к Малфою и отдал ему маховик. Точнее почти отдал. Они с ума сошли?! Нас сейчас точно всех убьют! Но прежде чем рука Люциуса сжала шарик, пророчество полетело куда-то в сторону. На ступени амфитеатра. Все бывшие в зале провожали стеклянный шарик глазами, понимая, что вот и он разобьется…
- Ты идиот, Поттер! – рявкнул Малфой.
- Неа… - усмехнулся Гарри, в то время как Пророчество оказалось в руке Кэтрин, поймавшей его в сантиметрах от земли.
- Люциус, ты ничего не потерял? – выпрямилась она.
- Дряная девчонка… - едва слышно ругнулся Долохов.  – Вся в мать! Малфой крикнул что-то в адрес Кэтрин, та увернулась. И в этот момент двери наверху распахнулись и в зал ворвались члены ордена. Хвала небесам! Люпин, Сириус, мистер Реддл, профессор МакГонагалл…что было странно. Уизли. Тонкс. Грюм… еще кто-то. Кэтрин не блефовала? Странно, зная ее я уверена была, что она пришла одна. У нее не было никогда чувства страха. И если что-то грозило Гарри, она и не думала о себе.
- А вот и мы! – радостно объявила Тонкс. Снова лучи, снова вспышки. Нас закрыли каким-то подобием круга все члены ОФ. Включая Кэтти. Пророчество она отдала Невиллу и велела бежать из помещения. Но увы. То ли она ошиблась с кандидатурой, то ли просто Невиллу помогли упасть. Неважно. Важно что он споткнулся на лестнице и уронил шарик. Тот упал на ступени и разбился, поднялся дымок, что-то сказал неразборчиво и растаял. Малфой на миг остановил сражение.
- Ну молодцы! Молодцы! – сверкнула новая вспышка, выведшая из строя на время Тонкс. Малфой разбивал ряды членов Ордена, появились еще Пожиратели. Мы как могли помогали фениксовцам, но… среди Пожирателей возникла сама Белла.
Тут-то это и случилось. Я даже не успела до конца все осознать. Она сражалась с Сириусом, мелькнула зеленая вспышка. Сириус отлетел от Арки, у которой находился. И кто-то медленно осел и скрылся за занавесом. Я не заметила кто именно. Я видела как поднялся ошарашенный и какой-то убитый Сириус…Как мистер Реддл схватился за сердце и его подхватил мистер Уизли.  Я заметила Гарри, упавшего перед аркой на колени и все еще не могла все осознать…
- Кэтти! Нет! Нет! – только этот полный отчаяния крик Гарри окончательно донес до меня что случилось. Кэтти оттолкнула Сириуса и Авада попала в нее. И она упала за занавеси Арки, где Гарри ранее услышал какой-то шепот. Сириус буквально оттащил Гарри от Арки.
- Я убью ее! Я убью Лестрейндж! – Гарри стиснул палочку, вырываясь из рук Сириуса. Беллатриса исчезла, Пожиратели поспешно убегали. Потому что пришли мракоборцы. Они ловили Пожирателей, среди них и Малфоя-старшего, забрали ребят. Я все еще не могла поверить в то, что только что произошло. Среди нас не было Кэтрин, но я все еще не осознавала, что ее просто больше нет… Не знаю сколько прошло времени, когда на мои плечи набросили чей-то пиджак и куда-то повели… Я просто не осознавала реальность. Впервые столкнувшись с потерей по-настоящему близкого человека…На Гарри и отца Кэтти страшно было смотреть.  Раньше я никогда не видела, как плачет Томас Реддл. Но сейчас по его щеке текли слезы, а по внезапно постаревшему лицу стал виден его возраст. Гарри даже не плакал. Он просто остекленевшими глазами смотрел на занавеси Арки и рвался к ней. Но нам объяснили, что это своего рода врата в царство загробное и она оттуда уже не вернется. От этих жестоких слов Гарри наконец прорвало. По щекам потекли слезы, пальцы дрогнули, выронив палочку. Нам не осталось даже тела, даже возможности с ней попрощаться.. ничего…
До дома нас довели те, кого это тронуло меньше. Меня, мистера Реддла и Гарри. Римуса, которого тоже трясло. Блек винил себя, Гарри почти кричал еще там, что это его и только его вина. А я не могла сказать ни слова, я даже думать не могла. Но в этом была и моя вина, я не остановила Гарри… А теперь было слишком поздно…
В Литтл-Хэйминге я все еще не плакала. Просто прошла в комнату теперь уже покойной Кэтти… ее рисунки, ее вещи. Комната Кэтрин была довольно милой и уютной. В зелено-серых цветах, как у истинной слизеринки. На стенах или картинки с котятами, совами, пейзажи или на одной из стен, ее собственные эскизы и графика. Она и Гарри, просто Гарри, Гарри с метлой – когда он наверное только-только стал ловцом. Ее отец, Люпин, школьная жизнь, какое-то милое здание примерно века так 12. С 15-тиэтажной башней. Наверное ее институт. Силы начали мне изменять и я присела на край кровати. Мне вспомнилось как мы познакомились впервые…

Это случилось еще в первый мой год в школе. В первые недели. Когда с Гарри я еще не дружила. Я сидела на улице, под деревом, с книжкой и читала, когда рядом зашуршал подол чьей-то мантии.
- Так, мое место кто-то занял! – произнес голос над моим ухом. – И не спросил даже. – Я подняла голову и увидела девушку с копной густых каштановых волос. И с добрейшей  улыбкой. А еще на ней была слизеринская форма, что меня немного напрягло.
- Я Кэтрин Реддл, а тебя как зовут? – улыбнулась она мне.
- Гермиона Грейнджер… - промямлила я, все еще косясь на ее нашивку с факультетом.
- Ты первокурсница, верно?
- Да… Я учусь на Гриффиндоре…а ты на каком курсе? – я робко улыбнулась. Кажется, она не собиралась надо мной смеяться…
- На четвертом. – Она села рядом со мной. – И это кстати мое дерево. Но я с тобой поделюсь!...  – с того дня у меня в школе появилась первая подруга. Четверокурсница-слизеринка Кэтти Реддл. Я помнила как мы варили Оборотное зелье, как я подружилась с Гарри и узнала что она его сестра… как мы с ней гуляли, как она помогала мне пережить симпатию к ее же кузену…
Как летом мы вместе жили в доме Сириуса… постепенно шок прошел и из глаз непроизвольно побежали слезы… она была моим лучшим другом, моей почти сестрой целых почти пять лет…и вот теперь ее больше не было…и не будет. Никогда…
Мне на плечи легла чья-то рука. Я подумала что это наверное Римус, и уткнулась ему в плечо… рыдания вырвались наружу…и сквозь них я услышала полный боли хриплый голос.
- Не плачь… она бы этого не одобрила…  - это был совсем не Сириус… Это был Северус Снейп. Постаревший лет на 15, с бесконечной болью в глазах… я представила, что чувствует он, если так больно мне…
- Она погибла как герой, она молодец… - сумела выдавить я из себя. – Представить боюсь каково вам всем…и… - слезы снова полились, мешая что-либо говорить. Да слова и не были сейчас уместны…Постепенно слезы перестали течь, оставив место боли…я прошла к Гарри. Его комната напротив была в цветах нашего факультета. Постеры с квиддичем, книжки, клетка Хедвига. Интересно, а как теперь будет Пушистик? Может мне разрешат его забрать? Он… память о Кэтти… - слезы снова полились…нельзя сказать даже последнее прости. Некому…
Сам Гарри лежал на кровати, безжизненно глядя в потолок. Уже не плача.
- Я не верю, не верю… - прошептал он. – Она не могла…я не чувствую что ее нет. Она не могла уйти. Дар…все…она не могла!
- Гарри… - Сириус, до того момента стоявший у стены, сел на край кровати – Ты должен принять это…разве она хотела бы чтобы ты перестал жить в реальности? Едва ли…
- Это моя вина! Только моя… зачем я пошел туда? Она не пришла бы и была бы жива…
- Нет, Гарри. Никто не виноват… - заметила я. – Такова судьба… - этот день стал худшим моим днем тогда. Это длилось почти двое суток. И странно…Ни Гарри, ни профессор Снейп не верили в это. Они ждали ее…упорно…вдвоем. Они даже один раз заговорили. И…к всеобщему удивлению оказались правы. Мистер Реддл тоже не очень верил, но…у него все же прихватило сердце…Так сильно, что его положили в Мунго.
Бесспорно, тот день стал для меня худшим… день, когда мне казалось, я потеряла одну из самых близких для меня людей…день, когда я почти лишилась единственной и лучшей подруги…

0

6

Глава 9. Часть 2. "Without you.."
POV Гарри.
Тишина, царившая в доме уже вторые сутки, меня только угнетала. В обычно шумном особняке внезапно стало тихо и пусто. Казалось что из него исчезло что-то важное. И я знал что. Кэтти…
Именно она внесла сюда столько жизни и энергии. Она всегда была рядом, когда мне было тяжело. Я не помнил ни дня, когда бы я не видел сестру, ее фирменную улыбку, не слышал ее «ГАРРИ!». И когда она уехала в институт, все равно я знал, что она есть. Что она приедет, и буквально затискает меня, обнимая. Кэтрин… Только потеряв ее, я осознал что она для меня значила. Вечно активная, вечно с кучей идей, наш маленький ураганчик. Кэтти была для меня, наверное, даже ближе, чем могла бы быть родная сестра. С шести лет я всегда был с ней. И когда пошел в школу, она была со мной. Она помогала мне привыкнуть к жизни в замке, она давала советы, защищала меня в детстве, поддерживала. Всегда…
И я платил ей тем, что я очень любил ее, сильнее чем кого бы то ни было. Когда погибла мама, и тетя Роззи, я еще был маленьким. Мне было больно, но детская память все стерла…смягчила…а сейчас я прекрасно осознавал, что в моей жизни больше нет самой близкой девушки. Моей сестренки. Моей подруги…просто…моей Кэтти. Пятнадцать лет она была со мной...Рядом.  Я даже ревновал папу к ней, когда все еще были живы. А теперь не стало и ее.
Пройдя в ее комнату, я оглядел стены. Я всей душой не верил, что ее больше нет, но разум настойчиво напоминал, что я своими глазами видел и луч авады, и то, как она упала. И все же я отказывался в это поверить…
Рисунки на стенах. Они позволяли восстановить основные моменты ее жизни, я знал, что она рисовала только их. Вот она и папа, и мы втроем. Еще детство, мы играем… и нет того, что имеется сейчас. Вот и Хогвартс, распределение, гостиная Слизерина, дормитория, уроки… команда и квиддич. Потом и мы все, я, Римус и дядя, мой приезд в Хогвартс. И я заметил, что большинство картинок так или иначе связаны со мной. Я занимал в ее жизни огромное место. Она…она жила для меня… особенно последние пару лет. И что в итоге я сделал? Заманил ее на собственную ее же смерть.
Гермиона оставалась у нас, Рон вернулся в Хогвартс. Герми плакала, даже наверное больше чем все остальные. Хотя в полном народу доме царила тоска и боль. А я все еще ждал, что это просто чудовищная ошибка и  она вот-вот вернется. Дядя Том лег в больницу, ему стало плохо с сердцем, дома за главного остался Римус. Я почти все время был в комнате Кэтти, по ее графике изучая ее жизнь и самые важные моменты. Среди ее вещей я нашел вредноскоп. Маленький, подарочный… Молния, о которой она так мечтала… я сел на ее кровать, на которой так часто сидел вместе с ней… Вспомнились все моменты  ней, как она всегда стремилась меня защитить…снова стало больно, снова стало тяжело…
Она отвела для меня в своей жизни такую роль, какой не было больше ни у кого. Разве за кем-то еще она помчалась бы тогда на третьем моем курсе? Ее баильядос… я до сих пор помнил, как мы боялись, что она не переживет проклятье. Я сидел с ней тогда, навещал… а когда она очнулась, выяснлось, что она это сделала ради меня. Для меня… четвертый курс, Турнир. Я вспомнил, как когда вынырнул, она ругалась, что я напугал ее. А Оборотное зелье, сваренное в туалете Плаксы Миртл Кэтти и Герми? Тогда, в той истории с Тайной Комнатой… А я и Квирелл? Она тогда была с нами тремя, мной и ребятами. Она привела Дамблдора, чтобы меня спасти. И тогда, в последний день Турнира, после ухода Седрика, кто примчался ко мне? Кэтрин.
Только теперь я осознал, как она всегда рисковала ради меня. А я просто бездумно рисковал собой и ей. Иногда совершенно непонятно чего ради. Она жила для меня… И только теперь это стало мне ясно. Слишком поздно… Что бы там не говорили Сириус и Герми, это моя вина. Если она все же погибла, то это только моя вина. Я должен был прислушаться к Гермионе, должен. Она всегда была в этом серьезнее и умнее меня. А я повел себя как дурак… за это заплатив немыслимо высокую цену…
За эти двое суток я даже разговаривал со Снейпом. Он тоже побывал у нас. И выразил свои соболезнования, по словам Сириуса. Но странно. Он не верил в ее смерть, о чем он сказал мне самому…Кроме меня он был единственный, кто не верил… и наша надежда оправдалась. Двое суток спустя…Кэтти вернулась…

POV. Снейп.
Возвращение всей компании из Министерства мне как-то сразу на понравилось. Все были слишком подавлены и грустны, особенно Гарри и Том. При одном только взгляде возникало ощущение, что у них кто-то умер. И как оказалось, правильное ощущение…Но когда я узнал, кто именно у них умер… Так я не чувствовал потери наверное уже лет двадцать… даже когда была убита Лили, так больно мне не было…
Мне объяснила, в чем дело, Минерва - отозвала в сторону, проведя Грейнджер наверх и вернувшись в гостиную. И объяснила, что там, в Министерстве, в Отделе Тайн, Лестрейндж сделала попытку убить Блека, но попала в Кэтти. Тела нет, потому что оно упало за занавеси Арки, образующей врата в загробный мир. Кэтти…Кэтти просто ушла. Исчезла. Навсегда.
Первой эмоцией был шок…Нет, не было слез, возникло просто оцепенение и пустота внутри. Осознание того, что ЕЕ больше нет, приходило медленно…Казалось, что из меня просто вынули все и оставили пустое место. В моей жизни Кэтти стала лучиком света, два с половиной года она дарила мне то счастье, которого никогда не было. Всего один лишь час отнял у меня целый мир…
Только уже в замке я наконец смог дать волю своим чувствам. В Литтл-Хейминге многие знали о наших отношениях, скрывать я бы сейчас и не смог… Но только в замке до меня окончательно дошло, что случилось. Едва переступив порог кабинета, я увидел на столе ее подарок на прошедшее Рождество. Подставка для пера. Ничего особенного, просто фарфоровая вещичка в виде совы. Белой совы.
О ней напоминало все… от рисунка в рамочке на стене до полок с ингредиентами. В ушах звучал ее звонкий смех, ее ласковый голос, произносивший мое имя… Мне так и казалось, что она стоит на своем любимом месте – у стола, слегка наклонившись, с закатанными рукавами мантии, колдуя над каким-то отваром. Но идти сейчас в комнату было еще хуже… туда, где я жил вместе с ней? Где кажется все, все пропитано ее запахом, ее видом.
- Северус, - пискнул в ногах знакомый голосок. О мою ногу потерлось что-то теплое и мягкое… Милли… - не держи все в себе… - я взял кошку на руки. Глазки Милли выражали соболезнование и скорбь. Она что-то чувствует…
- У тебя кто-то умер… - она опустила глаза. – Я чувствую…тебе сейчас очень тяжело…
- Кэтти… - сил мне хватило только выдавить из себя ее имя. По щеке побежала слеза, сердце пронзила резкая боль. – Кэтти…она… - слово «умерла» сил произнести не достало…мне казалось что как только я скажу его вслух, она и в самом деле умрет… А пока она словно бы жива…
- Твоя любимая… - прошептала Милли. Моей щеки коснулась ее лапка. И…рассудок отключился. Немало времени прошло, прежде чем я пришел в себя… и осознал, что сижу, прислонившись спиной к стене, машинально поглаживая Милли. Сжав в руке единственное, что я забрал из ее дома. Ее фотографию. На ней моей малышке было всего лет 15… еще до нашего романа. Еще невинная, открытая девушка…Какой больше никогда не будет в моей жизни…
- Северус… - голос Альбуса. Им еще что-то от меня надо? Им, которые доигрались? Хотя бы кто-нибудь из них хоть раз задумывался о том, что она для меня значит?!  О том, что она или Гарри, или остальные могут погибнуть. Он хоть раз о других думал? Кроме ладно уж, Поттера… о мальчике он все же задумывается…
- Что опять? Пойти сказать Белле спасибо?! – я такой ненависти сам от себя не ожидал… лицо старика вытянулось от горького удивления.  – За вторую смерть любимой мной женщины?! Где вы были все??? Почему ОН вообще ушел из школы?! Где были все они?!
- Ты…
- Я продолжу помогать Гарри…если вы об этом. Ради него самого. ОН хотя бы любил ее. А вы…вы просто заигрались. Все.
- Северус, пойми…в этом не виноват никто…
- В этом виноваты все. Включая меня…Я виноват даже больше всех…
- Тебя там и не было!
- Зато когда Белла узнала о пророчестве, я там был… я буду помогать Гарри. А сейчас оставьте меня  в покое! – подошла Минерва, но мне в тот момент никого не хотелось видеть… ни слезинки, ни даже хотя бы скорби в глазах. Она была для них никем… - ВОН! ВСЕ!!! – дверь захлопнулась, отрезав меня от них.
-Что они вообще тут делают? – я повернулся к Милли. Та посмотрела на дверь.
- Ты не запер… они минуты две тут стояли…пока ты… - она внезапно осеклась.
- Пока я что? – возникло подозрение, что отключение мое от реальности – ее лап дело.
- Ничего…неважно… - она помолчала несколько секунд. – Просто я знаю, какой ты замкнутый и все держишь в себе. Ну…я… прости… я хотела тебе помочь… - виновато затараторила кошка.
- Милли… - я уже знал, что строгий взгляд – и она во всем сознается.
- Ты…в общем, ты плакал и…шептал имя Кэтти…когда они зашли… Дамблдор и МакГонагалл... – просто замечательно! Просто превосходно! Интересно, завтра будет соболезнование типа «какое горе!»?
Милли в ту ночь заставила меня лечь спать. Наверное, если бы не она, я бы так и держал все в себе, от чего боли становилось бы только больше… Но. Уснуть я не смог бы, поэтому просто прилег, не снимая даже мантии, мой взгляд упал на камин. Вспомнилась моя первая ночь в ее компании – когда впервые я уложил ее, уснувшую на отработке, у себя. Наш с ней первый мимолетный поцелуй, и мое признание Кэтти… Этот маленький ураганчик принес в меня жизнь и счастье, показала мне, что значит взаимная любовь.
При воспоминании о том, как сначала мы скрывали свои отношения, я горько усмехнулся. Она мечтала о том, что окончит школу и мы всем все расскажем. А вместо этого вернулась Лестрейндж. И… я ненавидел Беллатрису сейчас еще сильнее, чем раньше. Это была ее Авада. Это ее палочка, всего один взмах, лишил меня смысла жизни…лишил меня моего маленького и очень эмоционального счастья. Я вспомнил и ту ночь, когда сбежал Хвост и проклял ее, и все счастливые моменты с моей девочкой. И ее письма… рука сама потянулась к папке с ее письмами и несколькими рисунками. Некоторые их них показывали меня или нас вместе. Она не хранила их дома… из-за Гарри и некоторых других, кто ничего не знал.
«Любимый! Прости, что не написала ни строчки за целых две недели… просто у нас шли дополнительные занятия,и не хватило времени. Но ничего, летом обещаю, приеду и мы с тобой побудем наедине. Я по этому ужасно скучаю… - начало одного из ее весенних писем. Март. Так недавно и так давно… и подпись «я люблю тебя… твой Совенок». Такая ласковая кличка ее анимагической сути. Это она ввела для себя такое «имя». Я, если упоминался по «имени», был как «Принц». Опять же идея моей малышки. А я не возражал. Осознание того, что больше она мне не напишет, ужасная боль в душе… по щеке снова потекла слеза, и я ощущал это откуда-то со стороны…
- Перестань себя так мучить! – внезапно уселась мне на грудь Милли. – Я тут подумала. Она же валькирия и дар не отдала. Она вернется!
- Ты так думаешь? – я перевел взгляд на кошку.
- Я знаю! Не хочешь – не верь. Но она вернется!  - слова Милли запали в мое подсознание…и я и сам задумался о них…а потом и поверил. Что Кэтрин жива и я снова ее увижу. В это же верил и Поттер. В Литтл-Хейминге, куда на следующий день я нанес визит, хотел поддержать Тома. Отец моей невесты, не молодой уже… я немного переживал за него. Все же он стал для меня весьма важным человеком,.. и…Кэтти связала нас с ним. Она была нужна и дорога нам обоим… нужна как сама жизнь…
Но он вполне разумно лег в больницу, хотя думаю, идея то скорее была Блека или Римуса.
Ревела больше всех Грейнджер, вот там действительно лились слезы непрестанно. И я мог ее понять…в первый вечер после этой новости мне просто хотелось закрыть глаза и больше не открывать…или уйти следом за Кэтрин…или…просто не хотелось жить. Но после слов Милли я всей душой  желал верить в обратное…
http://uploads.ru/t/2/L/r/2Lr09.jpg

Милли)))
Глава 10. Love is stronger than pain.
POV Severus Snape.

А двое суток спустя я увидел ее живой и невредимой. Почти невредимой. Я все же нашел в себе силы, когда Метку ожгло, пойти к Темной Леди. Она сбежала из Министерства с Долоховым, Сивым и еще парочкой тех Пожирателей, кто там был.
С кем она сбежала, стало ясно после газетных новостей о том, что случилось.  А многие там попросту не были. Например, как я… хотя о последнем я ужасно жалел. Что меня не было рядом в тот миг…
Белла находилась в какой-то дыре, в захолустном городишке, в заброшенном доме. Было еще довольно светло, когда я оказался на месте и пересек заросший травой двор. А в доме меня ждал сюрприз. Одновременно счастливый и ужасный…
- Северус, ты ж смотри, кто нам попался! – радостно объявил Антонин, выйдя мне навстречу.
- Кто? – поднял я на него глаза. Хотелось убить на месте. А я натянул улыбку до ушей, показывая, как я ему рад… после всего…я снова играю. Во имя Кэтти и для ее брата. Увидев то, как переживал ее смерть Гарри, я вдруг стал лучше относиться к нему. Не сравнивая с Джеймсом. Гарри был совсем другим… И я видел, как больно было парнишке, он едва ли любил ее меньше, чем она его…
- Смотри сам. Это шикарно! –сияя от радости, Антонин провел меня в гостиную, с покрытой чехлами мебелью. Один из диванов был освобожден от покрывала, и на нем восседала Лестрейндж. Вполне довольная жизнью… И это после того, как она убила человека, бывшего для нас троих смыслом жизни…Я с каждым годом все сильнее ненавидел ее, хотя внешне боготворил. Сначала я делал это ради Лили, затем во имя ее памяти, потом для Кэтрин. А теперь… теперь я буду делать это для самого Гарри. Он брат моей любимой девушки, тот, ради кого она готова была сделать что угодно. И кто наверное сильнее всех остальных там, в Литтл-Хейминге, испытывает боль… После слов Милли я попытался внушить ему надежду, что Кэтрин вернется. Но удастся ли? Не знаю…Итак, Лестрейндж сидела на диване. С усмешкой на губах. А у дивана на полу съежилось что-то маленькое, в черных джинсах и свитере… Белла направляла на этого человека палочку, вызывая Круциатус.
- Северус пришел! – заявил Антонин. Беллатрис опустила палочку, ее жертва встрепенулась и подняла голову… Я встретился глазами с…Кэтрин?! Нахлынувшие на меня чувства невозможно описать…Одновременно счастье, подлинное, ведь она…ЖИВА! Недоумение – как такое возможно? И испуг – учитывая, где мы находились. Все вместе эти чувства образовали какую-то неописуемую гамму, эмоций и ощущений. Но после первой минутной радости страх за ее жизнь стал сильнее.
Кэтти выглядела усталой, но вполне живой. Растрепанные волосы, разбитый уголок губы, синяк на щеке… Ее били? Им пыток мало?! И все же… я был счастлив увидеть ее. Целой. Живой, самое главное – живой.
- Еще один…  - усмехнулась девушка. – Долохов, а ты отвлекся… я тут уже почти сутки. А где же те адские муки, что ты мне обещал? Пока меня пытает только Беллатриса. А я ей ничего не говорю… - в глазах Кэтрин сверкнули огоньки. – Я такая вредная!
- Реддл, я берегу тебя на сладкое, - усмехнулся Долохов. – Как вкусный десерт.
- Помолчи, девчонка! – бросила Белла. – Северус, мне нужно с тобой поговорить… - она отвела меня чуть в сторону. - Мне уже порядком надоело с ней играть, а Антонин не хочет, и я не заставляю, мне не нужна вторая Лонгботтом, а после Долохова…Сам знаешь…Но упускать такую поимку нельзя, хочу заставить ее говорить. Я думала послать Хвоста за Фенриром, но как раз заглянул ты. – «А знаешь, какая у меня главная мечта? Не знаешь? И правильно…увидеть тебя в виде трупа. Не думаю, что тебе это понравится…» - подумалось мне. Она издевается над Кэтрин… даже счастье от того, что Кэт жива, не могло сгладить ненависть к Пожирателям…Сивый? Ну и мерзавцы! В глубине разума я уже задумался о том, как вытащить Кэтрин отсюда. – Ты откуда взялся-то? – нормально. Совсем с ума сошла?  Вызвала ведь сама!
- Метка… - невзирая на мысли, озвучил я вслух. Стараясь хранить внешнюю невозмутимость.
- А, это…так это Хвост баловался… от якобы меня вызвал. Теперь отправляет всех обратно…Похвалиться он нашей драгоценной девочкой хотел. Так вот, Сев, займись нашей красоткой. Я хочу понять, откуда они все взялись там… и где прячутся…
- Заняться?! – вырвалось у меня. Это имело только одно значение. Пытать… Мне. Кэтрин. Сейчас…
- Тебя что-то не устраивает? – нахмурилась Темная Леди. – Она между прочим сорвала мои планы!
- Нет, просто не совсем понял, - я оглянулся на Кэтрин. Та явно слышала последние слова. – Мне ее пытать или как? – молясь, чтоб не дрогнул голос, выдавил я из себя. Не скажу, что ни разу не пытал…но…не любимую же девушку! Но если отказаться… Белла убьет и ее. И меня…поняв в чем дело. А я не хочу, чтобы Кэт действительно погибла…
- Пытать. Будет молчать до завтра – применим к ней Сыворотку Правды. Раз Империус не сработал. – Они уже и Империус к ней применяли. Догадываюсь, чья работа…
- Может сразу сыворотку?  - предложил я. Я не смогу…просто не смогу… она будет меня ненавидеть…
- Нет! Я хочу, чтобы она закричала. – Влез Долохов. – Хочу услышать ее крик… этой девчонки…уже сутки, а она молчит. Дряная девчонка! – он склонился к все там же сидевшей Кэтрин. Когда-нибудь я убью человека, и это точно будет Антонин. Не сомневаюсь… его я ненавижу еще сильнее, чем Лестрейндж.
- Иди к черту, Долохов!  - с ненавистью посмотрела Кэтрин на него. И перевела взгляд на меня. В голове внезапно зазвучал ее голос.
«Давай. Ты же не хочешь нашей с тобой смерти? Давай…» - глаза смотрели серьезно и просяще. Она все понимала, но я все же не мог этого сделать. Я не мог причинить ей боль…Просто не мог…
«Но…это будет очень больно…» - мысленно ответил я, сняв для нее блокировку сознания.  Что-то сделать, нужно что-то сделать, как-то вытащить ее отсюда. Сейчас это было самым главным.
«Меня пытают каждый час… знаю…»
- Северус! Ты уснул что ли?! Начинай! – недовольный голос Лестрейндж. Я достал палочку из кармана и направил на Кэтрин. Тут вокруг, как я разглядел, было полно Пожирателей… человека три только  в соседней комнате. И во всем доме наверно еще не один. Беллатриса любит собираться большой компанией. Поэтому нужно не заводить ее и не выдать себя. Иначе… никто из ОФ отсюда живым не выйдет.
- Минута, сейчас… - я открыл рот, не в силах выдавить из себя то слово… - я концентрируюсь, чтобы посильнее…
«Давай уже!» - голос Кэтрин. Дошло, что я читаю ее мысли  - она сняла блок…Малышка моя, надеюсь, ты сумеешь мне это простить…
«Прости меня…»
«Я выдержу. Я сильная. И не буду злиться… но ты должен это сделать!»
Медленное поднимание палочки. Глубокий вдох. Желание заавадить Беллу прямо на месте, но из-за Кэтти я не могу. Я должен спасти прежде всего ее.
Взмах. Тихий шепот «Круцио»… Кэтрин до крови прикусила губы, съежившись в комочек… Сердце буквально разрывалось на части. Я просто ненавидел себя…  За то, что делаю, за то, что ей больно, за то, что началось все, вся история, с меня… И ужасная боль от одного осознания того, кого именно я пытаю.
Теперь я убедился, что Кэтрин крайне терпелива. Я постарался максимально ослабить заклинание, чтобы смягчить боль. Но все же… с ее губ не сорвалось даже стона, хотя она сжала кулачки, до крови кусая губки…Это продолжалось, казалось, бесконечно долго. И раздался крик Кэтти.
- Белла! – та мгновенно подала жест, чтобы я прекратил. Дважды повторять мне не нужно было, палочка опустилась, убирая боль любимой… - Ты когда-нибудь поймешь, что я НИЧЕГО тебе не скажу?! Ничего! Ты просто теряешь время! – Лестрейндж прищурилась. – Любой нормальный человек от этого всего уже с ума бы сошел! – вот это правда – сутки постоянных пыток, каждый час. Долохов… Но я НЕ человек, я с ума НЕ СОЙДУ! – а вот это уже новости. Что значит не человек??? Она…она человек…по крайней мере я всегда был в этом уверен…
- Не человек? – недоверчиво осведомилась Лестрейндж. – А кто ты?
- А то ты не знаешь, - Кэтти села ровнее. – Я валькирия. А мы не люди. Мы…ну скажем так, нимфы. Поэтому зря стараешься. Я все равно ничего не скажу!
- Как ты сумела выжить-то только, и шрама даже нет. После Авады! – сквозь зубы процедила Белла.
- А ты в меня не попала, - последовал слегка насмешливый ответ. – Я упала по другой причине. Полы в той комнате для кроссовок скользкие были. Лучик улетел за занавески. А там…
- Эта девчонка, Белла, уже вторую Аваду в свой адрес пропустила, - заметил Долохов. – От моей ее закрыла ненормальная мамочка...
- Так ты не будешь говорить? – бросив на него взгляд, обратилась к пленнице Темная Леди.
- Не буду. Хотя нет. Я тебе одно все же скажу. Они пришли вместе со мной, потому что мы любим Гарри и защищаем его. Мы чувствовали, что он в опасности. Все мы… просто нашла я их раньше остальных.
- Ну да, конечно… спасти братика…твоя идея фикс, да? – усмехнулся из угла Хвост. А до того я его даже и не заметил…
- Да! Точно! Как в 9 лет пристала, так и сохраняется. Живучая, зараза, эта идея, - закивала Кэтти. Я в глубине души восхищался ее самообладанием. Среди Пожирателей, безоружная, еще и способна иронизировать и сохранять оптимистичный немного настрой. А это явно была не бравада.
- Насчет Авады, думаю, она не врет, там действительно скользко, а она еще и Блека толкала, но вот все остальное… она меня тут уверяет, что Гарри победит. Потому что он и они все сражаются за свободу. Не уверена… - усмехнулась Белла. – Пока…да, пока они выиграли, но это лишь начало. В другой раз будет интереснее.
- А откуда она тут взялась вообще? – задал я интересовавший меня вопрос.
- Антонин поймал ее около суток назад, в Лондоне. Без маховика и палочки. Редкостное везение…
- Да! Просто улыбка Фортуны! – отозвалась Кэтрин.
- А ее лицо…он ее бил?
- Говорит нет. Он ее такой красивой уже встретил…
- Сомневаюсь… - Белла согласно кивнула. Нет, если только я доберусь до Долохова – убью.
- Не бил? Это как так не бил? Бил! Антонин, врать нехорошо! – снова влезла девушка. – Но что я красивая... Не спорю!
Белла кивком указала мне на дверь и вышла вместе со мной.
- Она мне надоела до ужаса. Но убивать ее… знаешь, она еще может мне пригодиться… просто сотрем память и выставим на улицу. Я хочу в дальнейшем использовать ее как приманку…
- А почему не сейчас? – невольно вырвалось у меня. Молчи, Северус, и радуйся!
- Сейчас Поттер не купится, я и так заманила его в Министерство Блеком…
- Она потом нам не помешает?
- Эта девчонка? Брось! Я уже дважды справлялась с ее жалким сопротивлением. Да, она чудом избежала моей Авады, но ведь и предназначена та была не ей! И везение вечным не бывает… ладно, давай за Сывороткой. Опробуем и если что – пусть катится и просто ничего не помнит. Еще попадется мне и вот тогда-то я уже ее не отпущу. Пока…пусть думают, что победили меня во всем…
Я принес вместо требуемого зелья…всего лишь один из витаминных отваров. Кэтрин к тому моменту немного отошла и уже сидела ровно. Девушка окинула меня полупрезрительно-полунеприязненным взглядом. Хорошая игра, она у меня умничка… в том, что это игра, я не хотел сомневаться..она поймет меня, она сможет простить…
- Нормально. На большее-то ты и не способен. Да вы все тут на большее не способны.  – Хмыкнула Кэтти. – Правильно о тебе в школе думают, что ты козел. Козел ты и есть.
- Я тебя тоже просто обожаю, Реддл. Психованная деточка с гиперлюбовью к братику-идиоту… - поднося пузырек к ее губам, ответил я. Кэтти сопротивлялась, делая глоток.  Но выпила…
- А теперь рассказывай. Много вас в Ордене?
- Понятия не имею, я там не состою… - последовал ответ. – Говорят много.
- Где живет, вне школы, твой брат?
- Не знаю…я с ним не живу. Много где он живет, мы его из дома выгнали. Надоел папе… вроде бы в Лондоне где-то летом жил… - вопросы и ответы были в таком духе еще с полчаса. Кэтрин совершенно невозмутимо и не задумываясь, отвечала. Но в показаниях не путалась.
- Хватит, - наконец нахмурилась Лестрейндж. – Не действует на нее Сыворотка. Не может Поттер жить не с Реддлами. Что же ты за существо такое?
- Я валькирия, я больше чем человек. Я ведь упала за Арку и вернулась оттуда живой! Ты это сможешь? Нет. Хвост сможет? Нет. А я смогла… и твоя сыворотка не поможет. Не хочу говорить и не скажу. Я сутки из-за тебя провела в Приграни… - Кэтти осеклась, замолчав. – Я оставила маховик…потеряла палочку…И ничего я тебе не скажу!
- Стирайте ей память и отпускайте… пусть радуются. – Беллатриса покинула комнату. – Северус, на два слова выйди… - я вышел следом за ней, снова оставив Кэтти с Долоховым. Теперь одним Долоховым. Хвост куда-то ушел, пока я приносил зелье.  – Ты, думаю, в Хогвартсе мне теперь пригодишься. У меня появилась неплохая идея… Малфой… сорвал мне весь план по Пророчеству и сел в Азкабан. И половину ребят с собой посадил.  Ничего, в этот раз я все продумаю лучше. Добьемся своего…
- В чем? – поинтересовался я. Нужно выяснить, рассказать потом Дамблдору. Но в тот день мне это не удалось.
- Потом узнаешь, я продумаю. А сейчас мне нужно поговорить с Цисси, а ты разберись с Реддл.  Антонин! – позвала она.
Из гостиной донесся душераздирающий крик…после того, как он стих, Долохов, счастливый, вышел из комнаты.
- Реддл отключилась. Она меня все же довела до Круциатуса, мазохистка. – меня просто трясло от ярости и злости на него…от боли – что он применил к ней эту пытку. А я знал, что в плане пытки Антонин изощреннее самой Беллы…
- Поэтому кричала? – улыбнулась Белла. – В следующий раз ты будешь пытать ее. Действенно получится.
- Просто я старался, а она устала… - усмехнулся тот. Мне ужасно захотелось его удушить голыми руками. Но… я не имел такой возможности… из-за Кэтти и Гарри…
Пожирателей в доме вроде больше не оставалось, Хвоста тоже видно не было… Лестрейндж задержалась после ухода Долохова.
- Все ушли, так что займись девчонкой и тоже иди. И да… временно мы перенесем штаб сюда. Подальше от Малфой-Мэнора. Хозяин нас не потревожит… Хвост должен сюда вернуться минут через 10, если что – поможет.
- Справлюсь раньше…  - она ушла…мгновение спустя я был в соседней комнате, около бессознательной Кэтрин. Прижав девушку к себе, я подхватил ее на руки. Легкая, как пушинка… Стереть память, говорите? Не тому поручили, сожалею. Но для вас, ребята, я сотру и брошу ее где-нибудь в Эдинбурге.
Трансгрессия и ворота школы, мой кабинет… По пути встретился Дамблдор, уставившийся на Кэтти, как на призрака. Но дверь моей комнаты снова захлопнулась, отгородив меня от него.
Едва я уложил девушку на диван, Кэтти слабо застонала. Веки задрожали…
- До…Дол…Долохов… - пробормотала она, открывая глаза.
- Его тут нет, тише…как ты? – я склонился к девушке, гадая, не ненавидит ли она меня после всего. Кэтти обвела комнату взглядом.
- Отпустили…Ты… ты молодец, справился… - устало улыбнулась она.
- Прости меня… - поднеся ее ладошку к щеке, прошептал я. – Прости…
- Ну я же сама просила. Я не злюсь…я все понимаю…
- Как ты себя чувствуешь? Больно?
- Нет. Уже нет…только…хочу спать и…есть. Я же двое суток не ела ничего… - дважды говорить не было нужды. С кухни была принесена еда – готовившаяся на ужин… Накормив девушку – у нее не хватало сил есть самостоятельно, за что мне еще больше хотелось убить всех, кто там был, включая себя – я осторожно уложил ее, накрыв одеялом. И отпаивая обезболивающим зельем…
- Обними меня… - тихая просьба. И это после всего сегодняшнего. Бережно обняв девушку, я прилег на край дивана. Конечно, завтра отведу домой, но пока… еще ночь они потерпят. А ей нужно немного прийти в себя…
Перебирая прядки ее волос, я был счастлив… теперь, когда опасность ей уже не грозила, я немного успокоился. Она жива, она здесь, она не злится… представив реакцию Поттера на ее приход, я невольно улыбнулся…Наверное, будет море счастья…
Наутро, после завтрака, я отвел ее домой. Кэтти не злилась, она прекрасно понимала, что иного варианта не было. Моей вины это не умаляло, но все же…
Радости действительно было много, и не только Гарри. Грейнджер едва не задушила Кэтти, Римус минут пять обнимал, ворча, как она всех напугала. А уж когда наверху лестницы – сцена встречи состоялась в холле – появился Гарри…
Кэтти я якобы встретил около школы, измученную и уставшую. По придуманной утром легенде – не рассказывать же всем, что именно случилось. И еще мне  надо было с Альбусом помириться, нехорошо я поступил предыдущим вечером, закрывшись от него и ничего не объяснив...
- Я тебя убью!!! – Гарри слетел вниз, прижав Кэтти к себе и приподняв над полом. – Ты меня…ты нас всех напугала! – сначала заругался, но уже секунду спустя мальчик просто обнял сестру, улыбаясь во весь рот. – Живая! Я верил! Живая!
Наверное, такими счастливыми я не видел их никогда… и наверное, в тот момент мое отношение к Гарри и стало улучшаться. Как бы внешне он ни был копией Джеймса…он был другим. И сейчас, счастливо улыбаясь, он смотрел на Кэтти… и в его глазах промелькнула неподдельная любовь к ней.
Это…это соединяло нас и с Томом и с ним… Любовь к этой девушке. И впоследствии, два года спустя, это проявилось в полной мере. Мы все по-своему любили ее. А она…она нас…
Глава 11.
Призрачный Холл (Кэтрин)
Белый ослепляющий свет… много света…Я попыталась открыть глаза, но это мне удалось не сразу. Наконец, привыкнув, я все же подняла веки. Сначала мне показалось, что этот свет так и есть вокруг меня и больше ничего нет. Хотя…я чувствовала что-то холодное под спиной. И постепенно в свете стали проступать контуры и наконец все, что меня окружало.
Я находилась в каком-то непонятном месте, оно чем-то напомнило мне снежный лабиринт. Белый цвет, светло, и среди снега цветут подснежники…Хотя меня окружал снег и я лежала на нем, но холода не ощущалось. А за некоторыми изгибами и вовсе – зеленая травка и доносится птичье пение…
- Проснулась? – Раздался над ухом ласковый, смутно знакомый мужской голос. Я оглянулась и не поверила своим глазам. На меня смотрели из-под круглых очков два  карих глаза. Короткие черные волосы, взъерошенные… Ласковая улыбка. Но…это было невозможно, не могло быть возможно, если только я не умерла…
Передо мной был взрослый Гарри, ничуть не изменившийся за прошедшие  с той ночи 9.5 лет. Джеймс…
- Со…Джеймс! – я резко села, вглядываясь в него. Мой друг детства рассмеялся.
- Соджеймс, да. А ты выросла, Принцесса, очень выросла, - я невольно улыбнулась. Принцесса, данное им же прозвище… и с такой интонацией произносил только он. Ласково, тепло, немного шутливо. Этой интонации голоса я не слышала уже много лет…
- Прошло много времени, - я пожала плечами, все еще пытаясь осознать то, что предстало моим глазам. Джеймс Поттер. Тот, кого нет на свете уже не один год. Это…невозможно! Хотя зависит от того, что со мной и где я сама нахожусь.
Сириуса я толкнула, чтобы Авада пролетела мимо, я просто стояла близко к нему. То, что в меня луч не попал, пролетел в нескольких сантиметрах, я тоже помнила. Но я поскользнулась и упала. А потом потеряла сознание… Так где я все-таки? Во время моих мысленных рассуждений Джеймс терпеливо ждал. Наконец я решилась задать вопрос, мучавший меня.
- Я умерла, да?
- Нет, кто тебе сказал такую глупость? Ты жива, и вполне здорова! – Джеймс покачал головой. – Тебе еще рано сюда, малышка… Слишком рано.
- Тогда где я? И как я тут оказалась?
- Ты упала за занавеси Арки, оказалась в Призрачном Холле. Это приграничная зона между вашим миром и нашим. Обычно отсюда уходят туда, - он указал рукой на те повороты, где виднелась трава. – Или туда, - непроглядная темнота. – Или становятся призраками, если не хватит смелости шагнуть дальше. Но ты вернешься домой, не призраком. Вполне живой. Белла ведь не попала в тебя.
- Ты… я смогу тебя ощущать? – промямлила я. Мне хотелось обнять друга, ведь кто знает, когда вновь я окажусь здесь. Дай Бог, нескоро!
- Сможешь. Тут сможешь, - я поднялась, обняла Джеймса и отступила на шаг. Никакого тепла, но я все же его ощущала руками. – И да, Кэтти, спасибо тебе… за Гарри и Сириуса. Ты умничка! Я всегда в тебя верил!
- Спасибо тебе за Мантию, уверена, она мне пригодится… - улыбнулась я. Джеймс взял меня за руку. Снова не такое чувство как от рук людей, но все же чувствуется. – Твои загадки были довольно интересными.
- Я знал, что тебе понравятся, - улыбнулся мой друг детства. – Ты же мой маленький большой друг, помнишь? Мы с тобой оба этим увлекались, общие интересы…Я составлял их специально для тебя, малышка, чтобы смягчить боль воспоминаний. Мне всегда хотелось заставить тебя улыбнуться. И даже тут…я внимательно слежу за твоей жизнью, и я рад, когда ты счастлива…И в случае с твоим любимым. Тут…тут все оцениваешь иначе, когда все знаешь…
- Я так соскучилась по тебе! И до сих пор не могу поверить, что это ты! – сжав его ладонь, наконец сумела сказать я. – Мой большой рогатый друг, помнишь? – Джеймс рассмеялся, закивав головой.
- Да… моя анимагическая форма…твои поездки на мне трудно забыть, особенно когда ты не удержалась и Роуз меня чуть не… - он замолчал. – Чуть не убила, - все же договорил Джеймс. Я поняла, почему он сделал паузу - он был именно убит, и для меня это стало горем…я не сомневалась, что он не хотел себе и мне напоминать о том… что тогда случилось. Но у меня в моем мире прошло время…а тут наверное такого понятия просто нет…
- Это когда я расшибла коленку? Помню, мама тогда была в ярости…
- А как твоя коллекция вкладышей из шоколадных лягушек? Долго еще собирала? – улыбнулся Джеймс. Я вспомнила, как эта коллекция была начата. Тогда мы с ним за вечер съели две больших коробки лягушек, ради вкладышей… А потом мне стало плохо от сладкого. Лили и мама ворчали: «Ладно Кэтти, маленькая, но ты-то о чем думал?» - на Джеймса. А на самом деле я съела полторы коробки, хотя Джеймс мне потом уже запрещал. Но… всю вину он взял на себя, за что получил от мамы строжайший выговор…
- Я ее собрала, полностью… Где-то в двенадцать лет нашла последний вкладыш. Она у меня дома лежит, как память о детстве, - пояснила я. – Джеймс, слушай, а где мама и Лили?
- Я думаю, ты их тоже увидишь, просто у нас немного иное устройство мира. Для тебя сейчас я вполне материален и человечен. А там, в другой сфере, мы абстрактны. Такова наша природа…
- Ну ладно…ты говоришь, следишь за нами? И как тебе Гарри? – я уже окончательно поверила своим глазам и ушам. И теперь смотрела на Джеймса, думая о том, как он посерьезнел. Хотя…все равно он мало изменился.
- Гарри? Мой сын, это видно. Активный, живой, веселый…хотя… я в его возрасте был как-то…поэнергичнее, - улыбнулся Джеймс. – Но…можно понять. Строгое воспитание твоим папой и вообще…
- Да одного папы хватило бы, - заметила я. Джеймс кивнул.
- Точно! От твоего папы даже мне захотелось перевоспитаться…А уж тем более ребенок…
- Ну знаешь. Гарри испытал на себе твое и мое влияние. По крайней мере зелье в школьном туалете мы варили не с согласия папы.
- Зелье? А, Оборотное… о да, когда мы за этим наблюдали, мне вспомнилось мародерское прошлое… Да уж, вы с ним оба молодцы, и мне нравится, что вы так дружите, - я не могла бы сказать сколько прошло времени за воспоминаниями, обсуждениями. Шутки, смех, капелька ностальгии… наверное, так беззаботно и по-детски искренне я не радовалась уже лет девять. Даже больше…
- Вот она, моя красавица! – еще один знакомый голос. Мама! И…Лили! Мама обняла меня, вот тепло ее рук я ощущала. – Какая уже большая!
- Совсем взрослая, - приобняла меня Лили. – А ведь была такой малышкой…
- А вы совсем не изменились! – улыбнулась я. -  Я вас такими и помню… - снова воспоминания, снова и снова звуки родных голосов, улыбки близких… Но время в моем мире неумолило шло. И хотя в Призрачном Холле не было времени, те, кто остался за Аркой, могли начать волноваться за меня…
- Зайка, тебе нужно вернуться обратно, у тебя там идет время, а ты и очнулась не сразу… - наконец немного печально заметила мама.
- Мы еще увидимся, думаю и мы на миг появимся в вашем мире, мы будем по возможности помогать вам. И…когда-нибудь наступит встреча. Здесь обычно встречают души, а мы встретили тебя всю, и тело тоже, - добавила Лили. Я не видела Арки и иного выхода…Куда же мне идти?
- Мама, а…как я смогу? – растерялась я.
- Тебе будет нужно лишь снять маховик и положить его на снег. И окажешься в своем мире. Валькирия, живая, может отсюда вернуться.
- Но ведь мы и не люди, как оказалось, на нас обычные законы не действуют? – улыбнулась я. – Ни Арки, ни Империуса, и еще кое-что…
- В этом удобство бытности нимфой, - улыбнулась мама. – Я бы нас так назвала. Богинями-то мы не являемся…
- А жаль, - ответила я. Но…время все же шло… настала пора прощаться. И хотя я не хотела уходить, я не могла остаться. Не могла бросить тех, кто ждал меня там, в другом мире… По очереди обняв всех троих, я вздохнула.
- Не грусти, настанет день и ты придешь, чтобы остаться, - улыбнулась мама. – Но пока еще рано, очень рано. И потом, мы ведь всегда смотрим на вас, и мы попытаемся вам помочь, если сможем! И…передай папе, что я его люблю.
- Передай Северусу, что мы не злимся. Тут нет злости, нет ненависти… у нас этих чувств больше нет, и мы простили… - неожиданно попросила Лили. Я подняла на нее глаза.
- Да. И скажи, что мне жаль, что я так себя иногда вел… не всегда был прав я. – И… он много делает для Гарри. Мы простили, - добавил Джеймс.
- Я передам… - кивнула я, немало удивленная таким поворотом дел.
- Удачи тебе, Принцесса! – обнял меня Джеймс, -  помни – мы всегда с тобой. Даже если не рядом.
- Здесь… - мама коснулась рукой того места, где билось мое сердце. – И здесь. В твоей памяти… мы с тобой…
- Всегда… удачи вам всем, - улыбнулась Лили. Я сняла маховик… рука дрогнула, когда я отпускала цепочку.
- Назови место, куда тебе надо… - заметила спохватившаяся мама. Но поздно… назвать я успела только «Лондон», а вот место – нет. Снова яркий свет и я зажмурилась….а открыла глаза я посреди Лондона. Непонятно где. Без маховика, палочки, которую видимо потеряла, денег…И что мне делать, я понятия не имела. Добраться до лондонской квартиры…там телефон и позвонить папе? Но…денег-то не было, только один галеон в кармане джинс… Примерно сообразив куда мне идти, я двинулась пешком, ибо на такси ехать не могла, да и на метро тоже…
Далеко уйти не удалось. Через минут 15 меня окликнул мужской голос.
- Мисс Реддл! – оглянувшись, я увидела говорившего. Сердце рухнуло куда-то вниз – я поняла, что вляпалась. Сильно вляпалась. Это был Антонин Долохов…

0

7

- Мисс Реддл! – оглянувшись, я увидела говорившего. Сердце рухнуло куда-то вниз – я поняла, что вляпалась. Сильно вляпалась. Это был Антонин Долохов…
Сняв капюшон длинного плаща, мужчина из моего кошмара медленно приближался…Ошибки быть не могло. Он.
- Да? – натянула я на лицо улыбку. Долохов подошел ко мне.
- Рад тебя видеть! Куда направляешься? К братику? – мужчина перехватил мое запястье. И приставил палочку к моему горлу. Обычно я бы дала отпор…но…я не могу сейчас колдовать…- Маховичка нет… - констатировал он, присмотревшись к моей шее, – Судя по страху в глазках, палочки тоже. Да ты беззащитна, малышка!
- А ты  потрясающе наблюдателен. Урод…
- Знаешь, даже жаль, что у тебя нет палочки…не слишком оно хорошо, применять силу к беззащитной… - в глазах его была ненависть. Но я уверена была, что он не опустится до применения ко мне силы.
- От тебя я не считаю нужным защищаться. Ты этого достоин даже меньше чем Малфой. Если воспользуешься таким моим положением. А на большее ты не способен. Трус!
Удар по лицу, сильный, болезненный. Долохов злобно посмотрел на меня.
- Ты пожалеешь, мерзавка! Лично я жалею, что не убил тебя в ту ночь. Но…у меня есть на это шанс!
- Ударил. Говорю же, ты трус. Даже Малфой меня не бил!  - теперь уже взмах палочки, улочка была безлюдна. Лицо обожгло как от огня. Понятно, наказывает за хамство в его адрес…
- А я больше не намерен. Тебя ждут ощущения поинтереснее. Посвежее. Лично от меня это будет очень больно.
- Будешь пытать? – стараясь хранить спокойствие, бросила я. Долохов снова усмехнулся.
- Я – не сразу…сначала кое-кто другой. Точнее другая… - почти мгновенно после этих слов он вместе со мной трансгрессировал. Дальнейшее время тянулось ужасно медленно. Оказалось, что прошли сутки, что Орден победил. Это я узнала из обрывов разговоров Пожирателей…Это давало мне силы терпеть адскую боль пыток Беллатрисы. Долохов применил ко мне Империус, но не пытал… Только раз он бросил:
«Ты слишком похожа на свою мать. Слишком сильно!». Наверное, это было оскорбление… хотя…я не поняла, что значили эти слова…
Когда пришел Северус, стало еще хуже, пришлось не только терпеть боль, помогая себе тем, что я думала о маме, Джеймсе и Лили, о нашей победе в Министерстве… и  издевалась по мере сил над Пожирателями. Пытки Беллы, Хвоста, Яксли… мне удавалось терпеть молча. Наверное, человек сошла бы с ума. Но… валькирии обладают повышенным порогом терпимости. Боль должна быть поистине адской, просто разрывающей. Тогда мы закричим…Только тогда… А Долохова мое молчание просто выбешивало. Наверное потому я и собирала всю волю, чтобы терпеть. Зля его по причине необъяснимой ненависти. Хотя нет, объяснимой. Он убил маму…
Пытка Северуса оказалась еще болезненнее для меня, чем самая сильная пытка Лестрейндж… но даже тогда я сумела стерпеть. Боль…осознание того, кто это делает… но я не злилась на него, я понимала, что иного выхода нет… И издевалась над Беллой еще ярче, показывая ему, что я терплю. Хотя внутри все рухнуло…Терпя его пытки, я думала о его поцелуях… это…немного помогало. Я не злилась.  И видела, как тяжело было ему в этот же момент. Тяжело это делать…
Когда все оставили нас с Долоховым наедине, я не знаю, что дернуло меня сказать:
- Да. Я похожа на маму. Не сомневаюсь, она так же ненавидела тебя, как и я. Убийца!
Сознание я потеряла от пытки Долохова. Это была ни с чем иным не сравнимая боль…казалось что меня просто разорвало до атомов. Сожгло внутри звезды… То ли он так сильно хотел причинить мне боль, то ли мое тело просто уже не могло терпеть… но я отключилась…
- До…Дол…Долохов… -  вынырнув из темноты, я боялась открыть глаза. А вдруг повторить решит?
- Его тут нет, тише…как ты? – голос Северуса. Я осмотрелась. Его комната, Хогвартс…значит, отпустили. Белла же и хотела стереть мне память и отпустить. Но… я все помню…
- Отпустили…Ты… ты молодец, справился… - устало улыбнулась я. Северус виновато смотрел на меня. Такой родной…и плевать что он делал там. Я знаю, он не хотел, так было нужно…
- Прости меня… - тепло его кожи. Как приятно…– Прости…
- Ну я же сама просила. Я не злюсь…я все понимаю…
- Как ты себя чувствуешь? Больно? – боли, такой сильной, уже не было. Но все тело было словно разбито…
- Нет. Уже нет…только…хочу спать и…есть. Я же двое суток не ела ничего… - ужин, обезболивающее… и его забота, его тепло… они немного успокаивали меня. С ним мне почему-то стало спокойно и уютно. Невзирая ни на что…
- Обними меня… - попросила я, засыпая. Северус послушался, лег рядом и приобнял. Боль, сбавленная еще и зельями, утихала. Я сумела уснуть…
Наутро я была дома, меня буквально задушили в объятиях. Оказалось, что меня посчитали погибшей, ну в принципе этого следовало ждать…
- Кэтрин! Кэтти! Жива! – неслось со всех сторон еще полдня. Мне стало даже неловко, что я так напугала всю свою семью… включая Северуса.
Вечером вместе с Гарри и Римусом я навестила попавшего в больницу папу, тот заулыбался при виде меня. И…ему стало лучше. Как он сам сказал, я подействовала лучше любых лекарств…
В воскресенье вечером я отвела Гарри и Гермиону в школу, проведя с братишкой все выходные…А на следующей неделе папу выписали, и он вернулся домой, здоровый, повеселевший, отдохнувший. На работу он выходил еще через неделю, и пока мы с ним были дома…но на выходных я решила побыть с любимым. Поговорить да и просто мы с ним давно уже не были наедине… папе я сообщила, что планирую на выходных остаться в Лондоне, в квартире, с Северусом. И самого Сева предупредила еще в среду…Навестив Хогвартс в совином облике. Палочку я купила на следующий день после возвращения, маховик мне выдали через три дня, с выговором за утрату прошлого. И в общем-то все вернулось на круги своя.
Встретились мы в субботу, после обеда, в Гайд-Парке. Место встречи назначила я, решив немного погулять с моим единственным…
Мне был подарен букет цветов, розы…стало очень приятно на душе, цветы мне уже давно не дарили… а тут алые, белые, розовые…и плюс открытка «Любимой девушке»…
Первым местом нашего посещения стало небольшое кафе, где я заказала мороженное, Северус кофе. Магглы вокруг ели, мирно болтали, кто-то читал, кто-то  просто смотрел на прохожих. Мне всегда было интересно наблюдать за ними. Вроде бы тоже люди, но так сильно не похожи на волшебников!
- Наблюдаешь за мирными британцами? – улыбнулся Северус. Я кивнула. Того, что нас увидит кто-то из Пожирателей, я не боялась. Едва ли Долохова привлечет такое заведение. Или еще кого-нибудь.
- Да… это интересно. Они совсем не такие, как мы…
- Почему же? Они вполне люди, просто у них другой мир. Как и у нас… - коснулся он моей руки. Я рассмеялась.
- Я не говорю что они не люди. Просто они другие, у них другие приспособления, и другие интересы…мне и в Денбридже было интересно смотреть на китайцев, немцев, румын… каждый уникален!
- Не спорю! – Северус снова улыбнулся.  – Угостишь?  - он указал глазами на мороженое. Я протянула ему ложечку, на миг коснувшись его руки. Это невольно заставило меня снова улыбнуться…
После кафе мы еще несколько часов гуляли по парку, разговаривая… я передала ему слова Джеймса и Лили, рассказала о встрече с ними. Северус внимательно слушал, слегка посерьезнев. И наконец немного грустно улыбнулся.
- Я постепенно прощаю Джеймса, но…что бы они не говорили, я виноват. Они могли быть живы.
- Перестань! Ты искупишь свою вину, помогая Гарри и мне. И не так уж она ужасна! Если тебя любит валькирия, ты хороший человек! – Северус при этих словах обнял меня за талию и приподнял над землей. Я обняла его за шею, заглянув в черные как ночь глаза. Для меня – пожалуй самые теплые и ласковые…
- А если я люблю валькирию?  - прошептал он. Я пожала плечами, прижимаясь к нему.
- Тогда ты замечательный человек! – мой ответ далее был заглушен его поцелуем. Долгим, нежным, немного страстным… Так мы не целовались уже наверное с зимы… Никуда не торопясь, без свидетелей… искренне и любя…
- Сев… ты же вечером со мной останешься? – когда поцелуй закончился, спросила я. Он кивнул.
- Да…как ты и просила. Я твой на сутки.
- Тогда мы пойдем ко мне домой… - я прижалась к нему – проведем вместе целый вечер, ночь, и потом еще утро!
- К тебе? А отец и Римус? – не понял он. Я вздохнула…вот скажи ему, что у меня  своя квартира, и опять начнет самобичевание…
- Сев, у меня…у нас…есть квартира в Лондоне. – буркнула я. – И не смей мне тут говорить, что ты для меня слишком беден. Это квартира старая, мы там еще до переезда жили!
- Не смею… - кивнул он. Хотя не сомневаюсь, что мысль такая его посетила. По крайней мере радости в глазах поубавилось, но ничего, прибавим…Что дома есть еда, я не сомневалась – сама лично ее туда отнесла и закупила. Еще утром…готовилась старательно. Так что свидание обещало пройти сытно… Но. До того, как отправиться домой, Северус накормил меня в кафе. Домой мы  добрались сытые и он значительно повеселел. А вот дома…
- Проходи, располагайся, будем отдыхать,  - проведя его внутрь маленькой двухкомнатной квартирки, заметила я.
- А тут мило… - улыбнулся любимый. – Живете тут?
- Иногда папа ночует… или Римус. Я тут бываю редко.
- Просто тут вполне обжито, - пока я ставила его букет в вазу, заметил Северус. Цветочки подувяли, но я-валькирия, привела их в нормальный вид. Всего немного поплакав над ними. Слезы, кровь и песня. Наша лекарская сила…
Осмотрев квартиру, Сев присел на край дивана в зале.
- Вот теперь  я точно спокоен. Не очень богато. Так что говорить, что для тебя я беден, я не смею… - я присела ему на колени, обнимая за шею.
- И правильно… - прошептала, целуя его. И… стук в дверь…
- И правильно… - прошептала, целуя его. И… стук в дверь…
- Спросишь кто? – посмотрел на меня Северус. Я кивнула, думая, что спросить стоит, мало ли что…может что-то важное, или какие-нибудь счета принесли. Но нет…Это была наша соседка, миссис Флаггинс. Старушка примерно лет 70, но еще довольно активная, я бы сказала, чрезмерно активная. Дотошная и знакомая с папой…прощай покой!
- Кэтти! А я думаю кто это тут в квартиру вашу заходит. А ты с кем тут? Все в порядке?
- Да, миссис Флаггинс, все хорошо, все в порядке. Как Ваши дела? – вежливо улыбнулась я. Та же тряхнула головой с седыми волосами.
- Мои дела прекрасно, занимаюсь гимнастикой для оздоровления, чувствую себя превосходно… - порадовавшись за нее, я закрыла дверь. Вернулась к Северусу. Еще пара минут разговора, за окном темнело. Я снова селя рядом. Поцелуй… его руки скользнули по моей спине, губы коснулись моей шеи… по тело разлилось приятное тепло, я закрыла глаза…стук в дверь…
- Извини, - слабо улыбаясь, я снова открыла миссис Флаггинс.
- Кэтти, детка, а у тебя нет соли? Немножко… - невинно улыбнулась та. Я молча вынесла соль.
- А как зовут твоего друга? – ангельский голосочек… - ты же не одна пришла…
- Северус, - мило улыбнулась я. Она следила что ли за нашей дверью?
- Ну пойду, не буду мешать…
Примерно полчала мы провели спокойно, поцелуи…и пока не большее… едва я расстегнула верхнюю пуговку рубашки Северуса, целуя его шею, как снова…стук в дверь.
- Не открывай… - прошептал любимый, но я покачала головой.
- Лучше открыть…она дотошная, она достанет... – дверь была открыта. Миссис Флаггинс принесла пирог.
- Угощайтесь, я сама пекла, и папе кусочек отнеси, и братишке…
- Спасибо, миссис Флаггинс! – мило улыбалась я. Захотелось ее заморозить и затолкать в свою же квартиру при вопросе:
- А сколько твоему другу лет? А кем он работает? – ей это жизненно важно?! Вот старуха! Благие намерения не доводят до добра…когда их слишком много.
- Он старше меня, профессор в закрытой школе для одаренных детей, - ответила я. Снова закрыла дверь и теперь прошла в душ…пытаясь успокоиться и веря, что она отстанет. Ан нет….пока я купалась она снова зашла. По словам открывшего ей Сева, спросила, не мещает ли нам громкость ее телевизора. И потом, когда я в халатике вышла, увидела меня. Поджала губы. Мама дорогая! Она меня точно достанет!
- Еще раз постучит, убью… - оказавшись в руках Северуса, едва она ушла, заметила я.
- Неа…не убьешь… - усмехнулся он, целуя меня… Оттенок страсти стал ярче, поцелуй настойчевее… его рубашка была все же снята, теперь я сильнее ощущала тепло его тела…Сев нежно коснулся губами моей шейки, подхватив меня на руки…стук в дверь…
- Пошла убивать бабушку… - вздохнула я. Запахнула халатик сильнее и приоткрыла через цепочку. – Миссис Флаггинс, я понимаю Ваше беспокойство, но дайте нам с мужем побыть наедине! Это мой  муж, все нормально! Я замуж вышла, полгода уже как! – почему-то прорвало меня именно так. Бабуля закивала.
- Так ты б сразу сказала… поздравляю, милая! И больше не побеспокою, ты уж извини…
- Не сердимся, и не обижайтесь…мы просто решили тут побыть немножко, наедине… а то далеко живем, а в Лондон приехали по делам… - снова распрощались и я вернулась в спальню, куда мы переместились в последнюю попытку…постель уже была готова, покрывало с кровати снято…

Сцена повышенного рейтинга! Не рекомендуется к прочтению лицам до 17 лет!

Больше она не стучалась, поэтому на сей раз успех был…развязав пояс моего халатика, Северус притянул меня к себе.
- Ты божественна! – целуя мой животик, заметил он. – ты красива до…
- Просто ты давно меня в таком виде не видел… - смутилась я. Его поцелуи вызвали разряд тока по телу, заставили сердце биться чаще, и дыхание начало сбиваться…
- Просто ты совершенна! – ответил он, поднимаясь дорожкой поцелуев. Немного забытое ощущение трепета, наслаждения его ласками, тепла его тела… сердце билось как сумасшедшее, я сильнее прижалась к нему… Мой халатик наконец был стянут, за ним последовали остатки одежды.
- Я люблю тебя… - прошептал Северус, касаясь моих губ своими. – Люблю… - его руки скользнули по моей спине, вызывая новую волну желания… я покрыла поцелуями его торс, сильнее прижимаясь к нему, на миг повернув его на спину… дыхание сбилось окончательно, мир отошел на второй план…
- А я тебя… - я спустилась поцелуями к его пупку, ощущая, как он провел рукой по моей спине…обжигающее касание, вызывавшее дрожь по телу…
Наслаждение…единственное в тот момент чувство. Наслаждение, какого у меня не было так долго…
Я сама не заметила, как оказалась вновь лежащей на спине, теперь его поцелуи спустились от губ к груди… касания рук, огонь, разлившийся от новых поцелуев… я не сдержала тихий стон, сильнее впившись ноготками в его плечи. Не желая, чтобы это ощущение закончилось…Его ласки становились то настойчивыми, то легкими, нежными, изредка перемежаясь моим поцелуями, по телу прошла дрожь от очередного касания его губами моей груди...
- Сев… - шепнула я. И почти одновременно ощутила, что наша близость стала полной…Каждое движение заставляло меня просто таять в его руках, подаваясь ему навстречу…Наслаждение становилось все сильнее, стоны мои громче и сдержать их уже не было возможности…Северус заглушил их поцелуями, шепча слова любви в мои губы… Реальность исчезла.
Пик удовольствия…и я бессильно опустилась на подушку, восстанавливая дыхание…
конец сцены
- Любимый…это было прекрасно… - прижавшись к нему, пробормотала я, слегка отдышавшись…
- Это было чудесно, зайка, - улыбнулся Северус. – моя любимая зайка…  - он потерся носок о мою щечку. Новый поцелуй…и за ним еще один….и еще…
Лишь поздно ночью я уснула в его руках. Сильных, но очень нежных. Спалось мне спокойно, сладко, без кошмаров. И утром, проснувшись, я увидела его рядом. Мирно спавшего… Как когда-то в Хоге. Стало тепло и легко на душе, я подумала о таких вот утрах в будущем. Искренне веря, что они наступят. Это было одно из наших чудесных совместных утр… одно из…и тогда я всей душой мечтала, что оно было далеко не последнее…
Глава 11. Северус. Первое проявление Хранителей.
Солнечный луч, пробившись в окно и посветив мне в глаза, разбудил меня… Еще не отойдя от дремы и не открыв глаз, я почувствовал знакомый и любимый запах шалфея…так пахла кожа моей Кэтти… а тепло рядом со мной говорило, что она сейчас здесь. При воспоминании о прошедшей ночи мои губы невольно растянулись в улыбке. Прекрасная ночь… Одна из лучших, потому что с ней рядом…
- Солнышко… - прошептал я, открывая глаза. Потому что боялся, что если она спит – разбужу ее движением или голосом, чего собственно мне и не хотелось.
- Да, любимый? – раздался над ухом родной голосок. Кэтти приподнялась от подушки, как раз когда я открыл глаза.  И ласково улыбалась своей неповторимой улыбкой, похожей на… улыбку наверное счастья. Ангела…
- Доброе утро! – улыбнулся я, притянув ее к себе и нежно поцеловав в щеку – моя красавица!
- Перестань! – Кэтрин стукнула меня по плечу, поморщив носик. – Никакая я не красавица, просто симпатичная!
- Ну уж нет, моя симпатичная!  Не смей перечить! – не отпуская ее, я заглянул в ее глаза – для меня ты – самая красивая. И не докажешь обратное…
- И не собираюсь… - последовал ответ, прерванный нежным поцелуем. Тепло ее тела, ощущение ее нежной кожи… это стало истинным удовольствием для меня еще за прошлые годы…и сейчас, после столь частых и долгих разлук, после ее мнимой гибели, напугавшей меня до смерти, ощущать ее рядом было практически счастьем…
- Северус, я собираюсь вставать! – прервав поцелуй, она тряхнула кудряшками. – Отпусти меня!
- Не-а… - я помотал головой, сильнее обняв ее. Девушка посмотрела на меня, улыбнулась и укусила за кончик носа. Я разжал объятия. Мне было не столько больно, сколько даже наоборот – приятно. Ее прикосновения всегда были мне приятны, даже выраженные в такой вот форме… Но сердить ее не хотелось  - надутая мордочка конечно милая, но все же хуже улыбки.
Кэтти же, проворно встав,  мгновенно надела мою рубашку, лежавшую на полу... я успел только сесть и оглядеть спальню. Кэтрин застегнула несколько пуговок и с улыбкой посмотрела на меня.
- Будешь ходить с голым торсом, раз не успел одеться! Да  и мне так больше нравится!  - рубашка была ей велика, поэтому прикрывала ее ножки почти до середины бедра. И…надо заметить, она ей очень даже шла, это выглядело мило. Светлая кожа контрастировала с черной тканью, длинные рукава закрывали маленькие худенькие ручки, и сама рубашка была на ней как короткий халатик или платье… открывая кожу ее бедер, она закрывала ее животик, плечи… и Кэтти почему-то казалась такой по-детски милой и хрупкой…что хотелось прижать ее к себе, увести от всех опасностей и никогда не отпускать…
-Тебе идет!  - улыбнулся я, надев протянутые ей брюки. – Очень мило смотришься!
- А я давно уже хотела надеть твою рубашку, - призналась она – мне в ней тепло…уютно…и пахнет тобой!
- Любишь мой запах? И чем я пахну?
- Для меня тобой пахнет Амортенция…запах лаборатории, шоколад и кофе… как и ты сам… кстати о кофе. Сварить? Ты же его любишь… - улыбнулась любимая.
- Не откажусь… - я кивнул. Кэтти ускользнула на кухню, я застелил постель и прошел к ней. Из маленького кувшинчика на плите доносился ароматный запах кофе, которое в нем варилось. Кэтти умела готовить, и готовить потрясающе вкусно. Но вот ее кофе я еще ни разу не пил. Тосты с джемом, бекон и фрукты, салатик… по-настоящему вкусное меню.
- Ты решила меня побаловать? – обнимая ее за талию со спины, спросил я. – Покормить вкусненьким…
- Да…я решила устроить тебе сутки семейной жизни, и себе тоже… - положив ладошки на мои ладони, улыбнулась девушка, немного повернув ко мне голову. – Умывайся и садись за стол! – следующие часы были мерными и уютными, спокойными… Кэтти в моей рубашке и босиком сидела сначала за кухонным столом, с нежнейшей улыбкой глядя на меня…Маленькая, худенькая, она наелась быстро и потом просто ждала. Я помог ей убрать посуду и потом мы переместились в гостиную, где моя малышка уселась мне на колени и ласково провела рукой по моей груди, это прикосновение вызывало только самые лучшие ощущения и эмоции.
- Я наверное сюда перееду, осенью, когда работать начну… ну или даже в школу, - она положила голову мне на плечо. – Папа согласился на стажера в мракоборцы, буду охранять Хогвартс.
- Будем чаще видеть друг друга, - улыбнулся я. – Я так скучал по тебе весь этот год. Так редко тебя видел…
- А я скучала по тебе. Каждый вечер о тебе думала перед сном, и мне так хорошо спалось, так спокойно…а ты мне еще письма писал, я их все сохранила.
- Как и я твои! Но ты гораздо лучше, чем твои письма. Ты любимая…
- Когда-нибудь мы с тобой уже никогда не будем расставаться, война закончится и мы будем вместе. Всегда! – уверенность в ее голосе всегда нравилась мне. Я и сам искренне хотел верить, что все будет хорошо. Вот только иногда все выглядело довольно плохо. Но... война есть война и исход ее мы вполне можем изменить. Сделать лучше для нас.
- Конечно зайка. Конечно! – улыбнулся я. – И потом я тебя уже не отпущу, и не мечтай!
- И не мечтаю! – Кэтти потерлась носиком о мою щеку. – Опять не брился? – послышался возмущенный голосок – ты колючий!
- Прости…  - нежно поцеловав ее в щечку, ответил я. – Так какие у тебя планы на сегодня после обеда?
- Ты уйдешь в обед? – я кивнул – пойду домой и буду помогать папе и Рему накладывать защитные чары, - она пожала плечиками. – Через недельку уже получу документы и карточки из университета и пойду устраиваться на работу. Еле уговорила папу… - Кэтти улыбнулась. – Потом твоя малышка тоже будет работать.
- Моя малышка становится совсем взрослой, - улыбнулся я. – Но это не плохо! Ты становишься серьезнее…умнее…
- Вот за это я тебя и люблю. Не считаешь меня маленькой! – Кэтти нежно поцеловала меня. – Знаешь, а тебе идет так. Без рубашки! Даже не хочу ее тебе отдавать!
- В таком случае мне придется уйти без нее и так идти через школу… - я изобразил коварную улыбку – мимо студенток…
- Ну уж нет! ЭТО могу видеть только я! – рассердилась Кэтти. – Никаких походов в школе без рубашки!
- Но ты же не отдашь!
- Тогда ты никуда не пойдешь! – Кэтти рассмеялась, я нежно коснулся ее губ своими, забывая во время этих поцелуев обо всем, кроме нее. Она стала для меня всем, и она стала дороже всего. Мне нередко вспоминалось начало наших отношений, и все чаще я осознавал, что хочу быть только ее, только с ней. И… в такие минуты верил, что так и будет. Что отныне я только ее…
Время мчалось незаметно.
Но все на свете имеет конец, и ближе к вечеру мне все же пришлось уходить. Кэтти накормила меня обедом, очень вкусным…кстати, сваренное ей кофе было просто изумительно для меня. Мы распрощались и она ушла домой, а я – в школу… вечером я с улыбкой вспомнил наши сутки вместе и немного нахмурился при воспоминании о ее соседке – мешавшей нам поначалу и сунувшей нос в жизнь Кэтти… хотя…это позже казалось даже немного забавным…
Какое-то время все было тихо, и Белла со своим коварным планом, о котором пока знал только Долохов, не беспокоила мирных волшебников. Однако долго так длиться не могло, шла война. И вот, дав нам короткую передышку, судьба повернулась к нам. Ну не скажу что спиной. Боком.
- Профессор Снейп, профессор Дамблдор просит Вас немедленно быть, в его кабинете. Там собрано срочное совещание профессоров и лекарей… - дав студентам задание, я поспешил к Альбусу, гадая, что случилось. Дверь была открыта и прямо передо мной поднималась Минерва.
- Очень хорошо, все в сборе… - заметил директор, когда зашел я и следом за нами – Флитвик. – Дело в том, коллеги, что мы только что столкнулись с абсолютно нам неизвестным случаем применения магии…
- А что случилось? – спросила МакГонагалл. Преподаватели и сотрудники больницы  молча расступились и мне стал виден диван, на котором лежал очень хорошо знакомый мне человек. Том Реддл. Его глаза были открыты, но и дыхание, и неподвижность были такими, словно он спит…и в то же время глаза двигались. Не паралич…вообще непонятно что…
- Мы не знаем что это, и как это лечится… - заметил кто-то из врачей. – Мы даже не в силах понять, спит он или это паралич. Его нашли буквально минут двадцать назад. У ворот школы. Подозреваю, что он успел трансгрессировать и после этого сразу случилось вот то, результат чего мы видим.
Его речь прервало появление запыхавшегося Гарри. Мальчик влетел в комнату и пытался отдышаться.
- А что случилось? Вы меня вызвали, директор? – тут он заметил Тома. Глаза Гарри расширились, он около половины минуты не моргая смотрел на своего опекуна. Но после парнишка как-то посерьезнел и даже стал казаться старше и солиднее.
– Кэтрин уже сообщили? – кто-то сказал «нет» - это даже хорошо… ее нужно подготовить, для нее это будет шок. Дядя жив?
- Жив…но больше мы ничего сказать не можем… - ответили врачи.
- Нужно будет сначала сообщить сестре, что произошло, подготовить…я наверное сам попробую это сделать…что произошло? – но ему никто не успел ничего пояснить. И предупредить Кэтти тоже никто не успел. Потому что на лестнице раздались легкие шаги и звонкий немного возмущенный голосок, напевавший что-то…
- А что тут такое происходит? – улыбнулась Кэтти, зайдя – что это вас так много? – я открыл было рот, Гарри тоже. Но сотрудники Мунго молча, с лицами, выражавшими соболезнование и сочувствие, расступились перед ней.
Кэтти подняла взгляд на диван. Улыбка медленно сползла с ее лица… глаза наполнились слезами, и Кэтти слегка оступилась. Ее тут же подхватил близко к ней стоявший Гарри…
- Кто это сделал? – неестественно высоким голосом спросила Кэтти – кто применил к нему lethargum traem? Что произошло?! – Гарри сжал ее руку, и голос Кэтти, повысившийся было еще сильнее, немного стих.
- Применил что? – вытянулись лица у лекарей.
- Это проклятье Хранителей. КТО это сделал?!
- Мы не знаем, Кэтти, мы таким его обнаружили… - извиняющимся голосом ответил Римус.
- Папочка… - Кэтти казалось и не слышала этих слов. – Папа… - она вздрогнула от слез. Меня наконец отпустило налетевшее при ее появлении оцепенение и секунду спустя я взял ее за другую руку, встав напротив Гарри. Кэтти же молча смотрела куда-то в стену и внезапно вздрогнула, вырывая руки.
- Нож у кого-нибудь есть? – и добавила - мне нужен серебряный нож. Именно нож а не что-то в него превращенное... и быстрее… - пару минут спустя нож ей был принесен, точнее кинжал. Серебрянный. За ним ушел кто-то из профессоров, кажется. Мы с Гарри все еще стояли за ее спиной готовые подхватить в случае обморока или истерики. Но…кинжал принесли, Кэтти взяла его под настороженность всех остальных. И, пройдя пару шагов к дивану, провела лезвием сначала по ладони Тома, встав на колени. Выступила кровь… медики шагнули к ней, но Альбус остановил их.
Кэтти же резко провела лезвием по собственной ладони и приложила порез к порезу, что-то шепча на латыни. Нам оставалось только ждать, что будет. Постепенно глаза Тома закрылись, дыхание становилось все ровнее и положение тоже. Девушка сидела, низко наклонив голову и всхлипывая, но шепча… затем шепот ее сменился Песней Валькирии. После этих манипуляций, когда уже и часть медиков ушла, и часть профессоров, Том окончательно просто уснул. Теперь это явно был обычный сон.
- Спи…ты проснешься через год… - поднялась с колен Кэтти. – Большего я сделать для тебя не могу…спи спокойно…
- Кэтти, а что с ним произошло? – спросил Дамблдор. Я снова сжал руку девушки, которую начинала бить дрожь.
- Хранители, думаю, применили к нему свое проклятье. Это когда человек не спит, нет, притом совсем… но все его тело словно спит. Обычно жертвы сходили с ума либо же…умирали. Валькирии могут от этого исцелить, но разбудить мы не властны. Сократить срок и только. И еще сделать это нормальным обычным сном… - Кэтрин сжала мою руку – За ним не надо повышенного ухода, просто присматривать,  - она посмотрела на врачей. – я оформлю для него все документы…
- Хорошо! – ответил кто-то из сотрудников Мунго – мы приготовим для него место в пожалуй одиночной палате. Это проклятье?
- Да, можно сказать да. Проклятье… - все так же с полными слез глазами Кэтти кивнула.
- Тогда палата будет в соответствующем отделе, - ответил тот же сотрудник. И волшебники из Мунго ушли. Сейчас уже оставались только мы  - я, Флитвик, Дамблдор, Минерва и ребята. Ну и если можно так выразиться – Том. Кэтти, которую уже давно трясло, теперь расплакалась, Гарри обнял ее, а я бережно погладил по руке.
- Все позади… - заметила Минерва – папа ведь проснется?
- Через год… - сквозь слезы кивнула Кэтти. Кровь из ладони Тома давно уже не шла, а вот из ее ладошки еще сочилась. Я вспомнил что песня валькирии  принципе слабо действует на саму валькирию. Минус их дара – себе не помогать.
- Все будет хорошо…ты умничка… - Минерва погладила Кэтти по голове. – Поплачь…тебе сейчас это даже нужно. Представляю, что ты чувствуешь… - постепенно нам всем – я старательно говорил нейтральными фразами – Гарри – удалось успокоить ее. Тогда-то Дамблдор и отдал ей записку, которая была при томе.
«Das ist den Anfang nur» - гласила она. Моих знаний немецкого хватило чтобы прочесть только слово «Это». Но Кэтти поняла.
- Это только начало… - вздохнула она. – Интересно, что дальше? Убивать будут? Гарри…прошу тебя… осторожнее. Это уже не твоя, это моя война и враг этот страшен тем, что я его не знаю…
- Я буду осторожнее. Правда! – очень серьезно кивнул Гарри. Я снова подумал о том, что он совсем в общем-то неплохой мальчик. Он… он уже начинает серьезнеть. Это плохо, да… но. В условиях войны ему это очень нужно…
- Теперь еще нужно будет решить вопрос с опекуном Гарри, - заметил Римус – мне не дадут. Работы нет. Получается Сириус…
- Ты забыл обо мне? – посмотрела на него Кэтти. – Я с сегодняшнего дня уже практически работаю и у меня все для Гарри есть. И дом на год мой, потому что папа не сможет им пользоваться. И вообще…
- Но ведь Сириус его крестный… - робко  заметил Люпин.
- А я сестра. Так вот. Что бы там ни было и кто бы там ни хотел. Опекуном буду я.
- Скажи это Сириусу…
- И скажу! – с уверенность парировала она. Чуть позже они с Римусом ушли, Кэтти уже успокоилась. Перед уходом она еще проводила Гарри и после подошла ко мне.
- Спасибо что проявил толику заботы. Не побоявшись Гарри…мне…знаешь, мне на самом деле повезло, что вы были рядом. Вы стали моей опорой… оба… - она прижалась ко мне. – Обещай, что будешь осторожен.
- Обещаю! – серьезно ответил я.
- Я люблю тебя… - прошептала она. – Больше жизни… и да…обещаю тебе быть осторожнее, с этого дня мы втянуты в две войны…две разных  войны. И враг в каждой очень даже силен. Но мы победим, главное верь… - она улыбнулась мне. – и просто будь…
Две разных войны. Да. Это было так… вот только тогда мы еще не знали, что они переплетутся. Станут одной огромной войной…с того дня ситуация перестала казаться легкой окончательно. Но все же…хотя и прошло много всего в следующие года, две войны, став одной, стали даже проще. И тогда мы еще не знали, что будет дальше. Кому суждено это знать? Только…быть может судьбе. Но не нам…

0


Вы здесь » Фанфики » Другие рассказы » Поцелуй валькирии: Две разных войны. (Автор: Ketrine Riddle)